Наследник - Яна Голд

– Тебе дать урок? – хмуро спросила я, изогнув бровь.

Адель рассмеялась.

– Ладно. С тобой все понятно. У тебя есть зубки. Я вижу, – Адель отвернулась от меня и посмотрела на Марка. – А ты, Маркус? Ты разве не в курсе, что спать с девушкой брата нехорошо? И вообще для таких случаев есть контрацепция… Впрочем, это не мое дело.

Адель снова повернулась к Адриану и улыбнулась самой сладкой из своих приторно-сахарных улыбок.

– Любимый, надеюсь, ты понимаешь, что о свадьбе не может быть и речи без теста ДНК? Вдруг, вы все врете…

– С чего ты взяла, что тебе его кто-то даст? – невозмутимо спросил Марк.

– А есть что скрывать? – подняла изящно уложенные брови Адель. – Маркус, можешь не отвечать. Это и так понятно. Если вы с Теоной соглашаетесь на тест, значит, ребенок действительно ваш. Разве вы не поможете Адриану? Вроде бы, это должно быть в ваших интересах…

– Мне плевать, что ты там себе напридумывала, – не поддался на провокацию Марк, – но я считаю, что ты суешь нос не в свое дело. Поэтому прости, Адель, но я не собираюсь обслуживать твои капризы. Либо верь на слово, либо…

– Что ж… – Адель сложила руки на столе, размышляя, как быть.

Какое-то время она молчала, глядя куда-то в сторону. Затем повернулась к Адриану и положила руку на его плечо.

– Милый, – вкрадчиво начала она, – как бы Маркус не пытался диктовать свои условия, я тоже не намерена отказываться от своих требований. Мне кажется, вам всем есть, о чем поразмышлять. Все-таки вопрос важный… А я пока займусь своими делами. Меня пригласили на съемку в Саудовскую Аравию. Я как раз думала, лететь или нет.

Адель встала из-за стола, наклонилась к Адриану, целуя его в гладко выбритую щеку.

– Счастливо оставаться, – мурлыкнула она и, помахав нам всем на прощание, удалилась из столовой, громко цокая каблуками и покачивая бедрами.

Несмотря на всю свою выдержку Адриан выглядел так, будто на него вылили ушат помоев. Он не рвал на себе волосы, не бил посуду. Просто сидел с таким обреченным и уставшим видом, как будто ему уже все равно, что там вокруг него происходит: взрыв, эпидемия или техногенная катастрофа. Морально он был готов выдержать еще с десяток ударов судьбы.

Он не смотрел ни на меня, ни на Марка, а на его лице бегущей строкой транслировалась примерно следующая мысль: «Как же вы все меня достали…».

Я думала, он попытается остановить Адель, пойдет за ней, но он не сдвинулся с места, и такое молчаливое принятие удивляло. Кажется, если твоя помолвка повисла на волоске, все-таки как-то стоит подсуетиться, если только…

Если только тебе не все равно.

В комбинации с его предложением «сбежать с помолвки» такое поведение выглядело совсем в другом свете. Может, он и правда тогда был готов расстаться с Адель?

В любом случае, это уже неважно. Но все-таки мне было любопытно, почему он подавлен. Неужели из-за того, что ему пришлось солгать? Отречься от собственного ребенка, поддерживая версию Марка?

Хотя, о чем это я? Благородство и Адриан – это сказка, страницы которой я успела перелистнуть. Он делал это в собственных интересах. Вряд ли он мог сказать Адель: «Да, это мой ребенок», если даже его потенциальное родительство вызывало в ней такую бурю. Он ждал, что она поверит, и не рассчитывал, что Адель начнет настаивать на тесте ДНК.

– Да уж, – фыркнул Адриан, откидываясь на спинку кресла. – Возобновили семейные традиции.

– В лучшем виде, – иронично усмехнулся Марк. – Собрались за одним столом, разругались в пух и прах. Все как в детстве.

– Адриан, и ты так легко отпустишь Адель? – кивнула я в сторону двери, за который скрылась его невеста.

– Да мне плевать, – раздраженно отрезал он, – пусть катится к черту!

– Адриан, мне кажется, в тебе сейчас говорят эмоции, – осторожно заметила я. – Последняя неделя была сложной…

– Сложной? – перебил он, удивленно вскинув брови. – Да, черт возьми! Ты права! Отца ищем уже неделю. Мать заперлась в комнате и отказывается выходить. Моя невеста только что повела себя как последняя стерва. А я… – он пристально посмотрел мне в глаза. – А я сижу здесь и пытаюсь разобраться, почему мне, черт возьми, так плевать на большинство из этих проблем.

«Да ну, нет» – подумала я, заерзав на мягком сидении.

Каждой клеточкой тела я прочувствовала то, что он сказал между строк.

За долю секунды перед глазами пронеслось несколько воспоминаний: от его просьбы подождать, когда он вручал мне помолвочное кольцо, до виноватых взглядов в больнице и слез от звуков сердцебиения нашего ребенка.

Но верить этой догадке я не хотела. Все в прошлом. Хоть я и не сожгла все мосты, но выбор сделала и менять свое решение не собиралась.

Марк тоже уловил скрытый намек в словах брата.

– Давай ты не будешь истерить, – предостерег он, – у всех поступков есть последствия. Я думал, тебе это известно.

– Что-то запамятовал, – хмыкнул Адриан и поднялся из-за стола. – Ладно, не буду вам портить вечер.

***

Следующим утром я спустилась в холл вместе с Марком, чтобы проводить его на встречу с представителями береговой охраны. Он собирался обсудить с ними дальнейший план работ, потому что поиски затягивались, а результатов все не было. Мы вышли на улицу и замерли на пороге. К дому подъехала машина и из нее вышли детективы Сорель и Гроссо.

– О, мсье Рошфор, поздравляем вас с новым статусом, – вместо приветствия сказал Гроссо. Впрочем, ничего похожего на радость в его голосе не наблюдалось.

– Это с каким же? – хмуро уточнил Марк.

Мы оба подозревали, каким будет ответ.

Оказалось, не одна Адель испытала неподдельный интерес к репортажу про младшего Рошфора, который готовился стать папочкой. Эта новость заинтересовала и правоохранительные органы.

– Как же? Вы скоро станете отцом. Вы ведь еще не успели узаконить свои отношения? – спросил Гроссо, указывая на меня пальцем. – Я ничего не путаю?

Его напарник Сорель виновато топтался с ноги на ногу, дожидаясь, пока Гроссо закончит расспросы, но вмешиваться