Враг императора - Жасмин Мас

Он протянул руку, и его пальцы медленно скользнули по моей длинной косе.

Я вздрогнула и отшатнулась. Его ладонь застыла в воздухе.

— Иди ко мне, Равенал, — приказал он, сжимая и разжимая пальцы. — Или ты боишься?

Заверши задание.

Соблазни его.

Ты ведь сама этого хочешь.

Я шагнула вперёд и прислонилась головой к его протянутой руке.

— Я ненавижу тебя, — сказала я.

— Знаю.

Он провёл ладонью по моей щеке, запутывая пальцы в моей косе, и его веки медленно опустились.

Я прижала ладонь к его груди. Мы оба уставились туда, где соприкасалась наша кожа. Серебристые нити магии заискрились, поднимаясь от него и обвиваясь вокруг моего запястья. Наши тела вспыхнули мягким сиянием.

Я осторожно толкнула его, но он даже не шелохнулся.

— Здесь командую я.

Он вскинул брови.

— Ты уверена?

— Да.

Он тихо рассмеялся, и в его глазах вспыхнул тёмный огонёк.

— Как пожелает леди.

Я толкнула сильнее.

Он рухнул обратно на матрас, изображая беспомощность под моими прикосновениями. От этого пьянящего, покалывающего прилива власти у меня закружилась голова.

— Ну же, — насмешливо бросил он.

Я угрожающе подняла кинжал, а он лишь ухмыльнулся, будто это его забавляло.

Я покажу ему.

Плавно покачивая бёдрами, я медленно стянула штаны, позволяя изорванному шифону осыпаться к моим ногам.

Он застыл.

Всё веселье исчезло с его лица. Глаза стали угольно-чёрными. Лунный свет скрылся за облаками, и единственным источником света осталось серебристое мерцание его магии. В тенях скулы стали ещё резче.

Неторопливо он соскользнул вниз по изголовью, пока не лёг навзничь, вытянувшись на кровати.

Ожидая.

Меня.

То, что мы делаем, — неправильно.

Забравшись сверху, я оседлала его бёдра, широко разведя ноги. Я медленно потёрлась о его возбуждение, отчаянно нуждаясь в этом трении. Он выругался, мучительно застонав, и вцепился в ворот моей рубашки.

Треск.

Пуговицы разлетелись, и он отбросил рубашку прочь. Затем сорвал тонкую полоску ткани, прикрывавшую мою грудь, словно сама одежда глубоко его оскорбляла.

Его зрачки расширились. Дыхание сбилось.

Он поднял светящиеся ладони к моей коже, но остановился в нескольких дюймах.

— Можно? — тихо спросил он, и его голос звучал ещё ниже прежнего.

— Можно.

Но он всё равно не двигался. Пальцы зависли у моего плеча.

— Это было бы… невежливо.

— Очень невежливо, — согласилась я.

— Крайне неподобающе.

— Совершенно.

— Неэтично.

— Разумеется.

— Ты… уверена? — Он внимательно всматривался в мои глаза, и его лицо вдруг стало совершенно серьёзным.

— Да.

Его подушечки пальцев были тёплыми и грубыми от мозолей; он резко втянул воздух сквозь стиснутые зубы, словно его терзала невыносимая боль.

Я рассыпалась на тысячи осколков.

Он глухо застонал, и я невольно кивнула, соглашаясь. Его прикосновение было огнём, а я сгорала в этом пламени. Никогда прежде ничто не казалось мне настолько божественным, хотя он всего лишь проводил пальцами по моей руке.

Медленно я поползла вверх по его телу.

Жар в его глазах становился всё сильнее, пока он следил за каждым моим движением. Его бёдра подались навстречу, а ладони собственнически скользнули вдоль моего позвоночника, оставляя за собой полосу разрушения.

Он приблизил губы к моему уху.

— Просто знай… я позволю тебе сделать со мной всё, что угодно — с моим телом или душой — до конца моей жизни.

Я вздрогнула и провела ногтями по раскалённым мышцам его груди.

— Всё.

Он коснулся языком моего уха, и по телу пробежала дрожь.

Адреналин сделал меня невесомой от эйфории, и я молча кивнула, не в силах вымолвить ни слова.

— Можно мне попробовать тебя на вкус?

Я судорожно сглотнула.

— Пожалуйста.

Осторожно он обвил длинными пальцами мою талию. Медленно подтянул меня вперёд, выше, через свою грудь, пока я не оказалась прямо над его лицом. Мои ноги сами собой раздвинулись.

— Благородная, совершенная Равенал, — хрипло произнёс он, глядя между моих бёдер.

Его горячее дыхание коснулось меня, и он глубоко вдохнул. Я хотела что-то сказать, но он уже жадно провёл языком, словно неисправимый сладкоежка, а я была чистым кленовым сиропом.

Проклятие.

Мои бёдра разошлись ещё шире, и я опустилась ниже на подушку, открывая ему больше.

Жар свернулся глубоко внутри, удовольствие нарастало, когда он крепко обхватил губами мой клитор. Я беспомощно подалась вперёд, одной рукой всё ещё сжимая кинжал, а другой цепляясь за изголовье кровати.

Он буквально поглощал меня.

— Зора, — низко прохрипел он, и на его губах моё имя прозвучало греховно. — Почему ты на вкус как самый изысканный нектар? — обвиняюще спросил он, будто это я каким-то образом его обманула.

Я тихо всхлипнула, отчаянно желая большего.

— Оседлай меня, Рыцарь, — приказал он.

Жёстко удерживая меня за бёдра, он притянул меня ещё ниже к своему лицу. Его язык стал ещё требовательнее, а шершавый большой палец медленно скользнул вниз, сладостно царапнув меня по ягодице. Он жадно ласкал меня, одновременно медленно вводя указательный палец в моё содрогающееся тело.

Я выгнулась и подчинилась, начиная двигаться на его лице. Жар разворачивался глубоко в животе. Что-то огромное стремительно приближалось.

— Не останавливайся… Сайжа, — умоляла я.

Его язык замер.

Он что-то пробормотал прямо у моего лона, и кончик языка снова коснулся клитора. Ко второму пальцу присоединился ещё один — медленно, осторожно, словно он изучал моё тело, делая каждое движение нарочно медленным и наблюдая за моей реакцией.

Ублюдок.

Два пальца одновременно погрузились глубже, и удовольствие закрутилось вихрем. Я выгнула спину, когда он нашёл особенно чувствительную точку. Затем медленно повторил это снова.

Я выругалась, ударив ладонью по стене, пока лицо вспыхивало жаром, а мышцы всё сильнее напрягались на краю бездны. Безжалостно, снова и снова, он попадал точно в неё, одновременно шумно посасывая мой клитор. Дрожь усиливалась, и я отчаянно сжимала внутренние мышцы, пытаясь не сорваться.

Он осыпал поцелуями внутреннюю сторону моих бёдер.

— Скажи моё имя ещё раз.

Его зубы слегка царапнули кожу, когда пальцы снова вошли глубже.

— Пожалуйста. Произнеси его своим соблазнительным языком.

— Сайжа, — выдохнула я.

Он сильно прикусил.

Острая боль молнией пронеслась между ног, мгновенно превращаясь в обжигающий жар.

Стиснув мою ягодицу, он издал мучительный стон и приподнял голову, продолжая жадно ласкать меня, словно умирающий от голода. Я ещё сильнее сжала внутренние мышцы, отчаянно пытаясь не рассыпаться.

— Ты восхитительна на вкус, — благоговейно прошептал он, касаясь губами моей чувствительной кожи. — Сладкая… сводящая с ума… непорочность.

Серебристые нити ветра ласково скользнули по моему лицу, шее, груди и животу. Кожа тихо вибрировала, пока его магия касалась меня с почти благоговейной нежностью.

Его зубы вновь коснулись клитора. Он втянул его губами, и резкая вспышка удовольствия пронзила