Дарующая нити - Тата Верная
— Ну, — Грэг задумчиво почесал подбородок, — исключать ничего нельзя. Только в тот день она почти не общалась с Мариной Рудольфовной. Судя по записям в тот день Марина вообще мало с кем общалась в тот день. Ей было плохо ещё до приезда в университет.
— И это сходится со словами Татьяны, — добавил Ярослав. Он витал мыслями где-то не здесь.
— Вернись сюда! — одёрнул его Грэг, — хватит о девочках мечтать, кобелюга!
— Я не кобелюга! — обижено сказал Ярослав. — Я — волк! Оборотень!
— Иди уже, волк! Работай!
Расследование топталось на месте, мне это не нравилось. Руслан и Грэг это понимали и рыли землю носом, пытаясь найти тех, кому Мара перешла дорогу.
Поэтому мы и собрали совещание рано утром. После этого у меня были запланированы рабочие встречи.
Глава 45
Мара
Мне так не хотелось, чтобы Иван уходил! Но Фридрих был прав: моему мужу нужен был отдых.
Как только дверь за ним закрылась, две медсестры помогли мне подняться и принять душ. От слабости я не могла стоять, а сидела на специальном стульчике. Чувствовала себя при этом немощной старушкой лет эдак под девяносто. Хотелось закрыть глаза, и чтобы меня не трогали.
Когда я вернулась в палату, всё было заставлено цветами. Я расплылась в улыбке и опустилась на кровать, прижав к себе один маленький букетик, который лежал на подушке.
— Это больница, а не оранжерея! — возмутился Фридрих Олегович, который появился после того, как у меня взяли анализы и накормили. Однако результатами осмотра остался доволен.
Я проспала с обеда и до утра. Из-за этого я только мельком видела Ивана, который велел мне отдыхать и ничего не делать. Хотя ноут и телефон принёс. И вновь я ощутила, как сердце выпрыгивает из груди, стремясь находиться к Ивану как можно ближе. И из уголков сознания вышла волчица, которая тоскливо позвала своего волка. У меня потекли слёзы.
— Что ты делаешь со мной⁈ — услышала над ухом, открыла глаза, и увидела Ивана, который уже прижимал меня к себе и гладил, пытаясь успокоить.
Я сидела, обнимая его за шею, и не хотела отпускать. Но пришлось.
— Скоро мы всё выясним, и ты вернёшься домой, — он провёл пальцем по моей щеке, а я всхлипнула. Ну прям как маленькая! От этой мысли слёзы полились ещё сильнее, а Иван продолжал нежно сцеловывать их.
* * *Через два дня я чувствовала уже достаточно сил, чтобы читать конспекты лекций, которые мне присылала Татьяна. Не хотелось отставать в учёбе, да и занять себя тоже чем-то надо было, пока Иван занимался делами. Он приезжал вечером и спал рядом, придвинув вторую кровать вплотную к моей. Всю ночь он держал меня за руку, а я боялась пошевелиться, чтобы не разбудить его. Ему нужен был отдых и свежая голова, чтобы разобраться с произошедшем.
Этим утром он ушёл рано — у него было совещание. Я немного подремала, а потом в палату постучали, и на пороге появилась улыбающаяся Маргарита. В руках у неё был большой пакет, сквозь который просвечивали апельсины, яблоки и какие-то контейнеры.
— Здравствуй, девочка моя! — она по-хозяйски подошла к столу у окна, за которым мне обычно накрывали поесть, и начала доставать продукты.
Что-то кольнуло у меня в мозгу, но она принялась причитать своим обычным мягким тоном:
— Ты, наверное, соскучилась по домашней еде, — она достала контейнер и поставила на стол, — вот принесла тебе твою любимую кашу. Специально утром пораньше встала.
— Спасибо, Маргарита, — я благодарно улыбнулась и спустила ноги с кровати, — но меня здесь кормят как на убой.
— Но моя каша очень вкусная, я специально её газетами обмотала, чтобы тёпленькая была, — я наблюдала, как она заботливо распаковывает контейнер, достаёт ложку, открывает крышку и подносит это всё ко мне.
От этого запаха к горлу подступил ком, сердце стало колотиться как бешеное, в желудке поднялась резь. Голова кружилась, узнавая запах, который я изучала вместе с Фридрихом. Запах вербены! Травы-убийцы вампиров!
Маргарита уже подносила ложку с кашей мне ко рту, но я отстранилась.
— Маргарита, я ещё не хочу есть, — попыталась я сказать спокойно, — и у меня ещё анализы не брали, а их…
— Это ты убила мою дочь!
Её глаза стали ярко-янтарными, начали появляться клыки. Я почувствовала волну внушения, но на меня это не действовало. Я попыталась ударить ментальной волной, но то ли я была слаба после отравления, то ли она была сильнее в силу возраста и опыта.
Маргарита кинула в меня контейнер, но я увернулась. Она бросилась, а я поднырнула ей под руку и побежала к двери: там же должен быть Пётр. Но он сидел на стуле, как-то странно сгорбившись. Не стала проверять, что с ним, а побежала по коридору. За спиной хлопнула дверь и послышались звуки когтей. Обернулась — за мной бежала серая волчица, с ей челюсти капала слюна.
Побежала быстрее, завернула на лестницу, сбежала вниз на пару этажей и остановилась. Дыхания не хватало, ноги тряслись.
Единственный способ спастись — испариться. Спряталась за дверь, прижалась к стене. Прохлада подействовала отрезвляюще. Я сделала несколько вдохов, успокоилась. Звук когтей медленно приближался. Видимо, Маргарите было сложно передвигаться по лестнице. Единственное, на чём я смогла сосредоточиться — точнее на ком — это Иван. Закрыла глаза, представила перед собой лицо Ивана и…
… оказалась рядом с Иваном, который сидел за рабочим столом в нашем доме. Перед ним сидели люди. Или оборотни. Лиц я от волнения различить не могла. Один из них что-то ему говорил, но увидев меня, замолчал. От затраченной энергии на перемещение накатила слабость, и я начала медленно опускаться на пол. Но Иван успел подхватить.
Он усадил меня в кресло и опустился рядом на колени.
— Мара, что случилось? — он похлопывал меня по щекам, не давая моему сознанию ускользнуть. Грэг сунул мне под нос нашатырь. Грубо, но действенно. Резкий запах придал мыслям стройность, и