Книга для тебя - Ника Волшебница

Утро помчалось стремительно. Мы обе то и дело смотрели на часы, словно мечтая остановить время, но суматоха сделала свои дела: макияж, укладка, фотограф, бесконечно щёлкающий вспышкой, звонки, сборы ближайших родственников… Дом гудел, как пчелиный рой, и никто даже не замечал, что невеста словно неживая.

Какая-то полная тётушка расцеловала Айю, испачкав щёки алой помадой, и громогласно произнесла:

— Вот же тебе повезло выходить замуж молоденькой! А то повзрослеешь, поумнеешь — и вовсе не захочешь жить с мужиком, — и громогласно расхохоталась, видимо, сочтя свою шутку искромётной.

Брезгливо сморщившись, Айя молча отвернулась и отправилась поправлять мейк к ещё не успевшей уйти визажистке.

— О, жених подъехал! — раздался чей-то голос из кухни, и я увидела, как Айя сначала испуганно распахнула глаза, а затем безвольно обмякла.

— Вы в порядке? — девушка, делавшая макияж, участливо посмотрела на невесту.

— Мхм, — Айя слабо кивнула.

— Может, вам сбежать, пока не поздно? — она робко улыбнулась и тут же извинилась, услышав судорожный вздох невесты. — Простите, пожалуйста. Я просто бестактно пошутила, — девушка залилась краской.

— Ничего-ничего, — слабо произнесла Айя. — Вы хотя бы заметили, что мне это всё невмоготу. Посмотрите на этот балаган… — подруга кивнула в сторону коридора, где стоял радостный гомон.

Девушка смущённо потупилась, не зная, что сказать, а я положила ладонь на плечо подруги.

Внезапно гомон стал вдвое громче. Начали раздаваться возгласы и громкие приветствия.

— Ну что за красавец-жених! — первой в комнату с Айей вбежала полная тётушка. — Ах, какие детки у вас получатся!

Айя закатила глаза и обратилась к визажистке:

— Закончили?

— Угу, — девушка убрала материалы и отошла в уголок, пытаясь просочиться сквозь толпу.

— А где моя будущая жена? — голос Вадима, перекрыв гомон, зазвучал так, словно он играл Шекспира на сцене. Следом за голосом появился в глубине коридора и он сам с необъятным букетом в руках и в сопровождении гордо вышагивающих родителей.

Его мать с оттенком брезгливости оглядывала квартиру. Отец просто отстранённо смотрел вперёд, словно был выше всей происходящей суеты. Сам же жених лучезарно улыбался, продвигаясь павлиньей походкой мимо родственников Айи.

Зайдя в комнату, где были мы с Айей, он выдавил:

— Боже, как ты прекрасна! Друзья, я выбрал лучшую невесту на свете!

Восхищённая родня разрозненно захлопала, но жених, перехватив мой взгляд, словно померк и невольно попятился, уткнувшись спиной в живую стену, подпирающую сзади.

Я вдруг ощутила свою ведьминскую мощь: ничего не стоило сделать так, чтобы он сбежал сию же секунду… Вот только ситуацию это не исправит — родители всё равно устроят свадьбу, покуда приняли это решение, — и, опустив глаза, я подошла к окну.

— А это самой прекрасной женщине в комнате, — раздался бодрый голос — и Вадим вручил необъятный букет порозовевшей от смущения маме Аглае Леонидовне, а затем подошёл к Айе и, сделав вид, что целует, что-то шепнул ей на ухо, от чего подруга покачнулась, и я поспешила подхватить её под локоть…

Четверть часа спустя вся толпа вывалила на улицу. Мы с Айей шли последние: жених, громогласно привлекая всеобщее внимание, спускался под ручку с мамой невесты, его родители и отец Айи шли следом. Дальше — вся толпа.

— Что он тебе сказал?

— Назвал дрянью и пообещал устроить счастливую семейную жизнь и каждый день припоминать «сюрприз», который мы решили ему устроить… — голос Айи звучал, словно глухое эхо без единой эмоции, и меня начало трясти от ярости. — Может, самое время исчезнуть? — безрадостно усмехнулась подруга. — Похоже, я лишняя на этом празднике жизни.

— А ты готова? — я сжала ладонь Айи и остановилась, с надеждой уставившись ей в глаза.

Та на миг замерла, посмотрев на меня, а затем тяжело вздохнула:

— Нет, так нельзя. Я подставлю всех… — и продолжила спускаться.

Ничего не оставалось, как покорно последовать за ней.

За дверью подъезда, к которой мы подошли, стоял невообразимый гомон.

— О, похоже, репортёры приехали. Сто процентов этот нарцисс созвал всех, кого только можно, — лицо Айи выглядело так, словно её тошнит.

Толкнув дверь я замерла. Двое высоких мужчин в строгих чёрных костюмах разговаривали с родителями Вадима, чей гонор напрочь растворился — и выглядели они сейчас более, чем растерянно. Сам Вадим стоял рядом, испуганно глядя то на родителей, то на мужчин. Вся толпа родственников озадаченно переговаривалась. Кто-то кричал, что вышла ошибка и быть такого не может. А чуть в отдалении стоял Марс, удовлетворённо оглядывая происходящее.

Дальше всё происходило словно в замедленной съёмке.

Мужчины в тёмных костюмах синхронно взяли Вадима и его отца под локти и повели к машине с проблесковым маячком. Мать Вадима бежала за ними, истошно вереща что-то нечленораздельное, перемежающееся с грубыми угрозами. Мать Айи пыталась вникнуть в ситуацию и одновременно успокоить толпу, бесконечно повторяя: «Уважаемые гости, произошло какое-то недоразумение. Пожалуйста, не расходитесь, сейчас всё решится».

Репортёры, которые действительно стояли неподалёку в ожидании выхода жениха и невесты, активно щёлкали камерами, словно стервятники клювами над неожиданно свалившимся на их голову куском падали, слепя вспышками присутствующих. Зеваки и случайные прохожие замирали, глядя на происходящее. Кто-то узнавал отца Вадима и указывал на него пальцем, удовлетворённо крича: «О, это же тот самый миллиардер! Я знал, что он нечист на руку!»

Айя какое-то время стояла в ступоре, как и я, стараясь уместить в голову происходящее, но вдруг сорвалась с места и бросилась на шею Марсу, в голос разрыдавшись.

Мужчина, растерявшись, начал похлопывать мою подругу по плечу, а часть репортёров переключилась на новый кадр. Я, представив завтрашние новостные заголовки, невольно прыснула и подошла к ним.

Айя уже отпустила шею Марса, но продолжила держаться за его предплечье обеими руками, уткнувшись носом в плечо и громко всхлипывая.

— Как ты это провернул? — я восхищённо посмотрела на возлюбленного.

— Давай увезём её отсюда, и я всё расскажу, — Марс легко кивнул в сторону Айи.

— Ах ты ж дрянь эдакая! — за моей спиной раздался визгливый крик, и я тут же поняла, кому он принадлежит. — Поди сама подставила своего жениха, и тут же вешаешься на шею к другому, дрянь?! — продолжала изрыгать гадости толстая тётка, — а твоя мать ведь говорила, что ты почему-то не хочешь замуж за этого прекрасного юношу, но я и подумать не могла, что ты настолько гнилая внутри, что ничем не побрезгуешь…

Я почувствовала, как неудержимая волна ярости поднимается во мне и уже готова была направить её на вездесущую противную бабу, чтоб её смело отсюда, но не успела.

— Знаете, что,