Этот дракон одержим мной - Екатерина Вострова

Его глаза расширились.

— Что…

Я почувствовала, как напряглись его мышцы напряглись. Его лицо окаменело, а в глазах мелькнули опасные золотые искры.

— Ариэлла, — прорычал Кирон предупреждающе, — не смей…

Я резко опустила руку, но не к изголовью, а к своему запястью. Щелк.

Звук металлае прокатился эхом в тишине.

Кирон уставился на мое прикованное запястье, словно увидел призрак. — Ты… — выдохнул он. — Что ты…

Еще один щелчок, и я вытянула обе руки, цепь звякнула между ними. Я посмотрела Кирону в глаза.

— Я в вашей власти, генерал Де'Мар.

В комнате повисла абсолютная тишина. Кирон смотрел на мои скованные руки и не только не шевелился, но, кажется, и не дышал.

я сдаюсь,

— едва слышно произнесла я дрожащим голосом. — Добровольно. Сама. Ты ведь хотел этого? Я больше не буду убегать.

Как загипнотизированный, Кирон осторожно взял мои скованные запястья и притянули к своим губам, целуя кожу под наручниками.

— Знаешь, что это значит? — прошептал он, и его свободная рука скользнула по моей талии. Я задрожала под его почти безумным взглядом.

— Это значит, что теперь я могу делать с тобой все, что захочу. — Он несильно укусил меня, отчего я

вздрогнула. — И ты не убежишь, не оттолкнешь, потому что сама это выбрала. Кирон расстегнул первую пуговицу на моем платье. Я попыталась опустить руки, но наручники звякнули, а хватка на моих запястьях усилилась.

Не двигайся! — приказал он, поднимая взгляд. -

Ты отдалась мне, так что я возьму то, что уже

мое.

Телу.

Вторая пуговица, третья, затем завязки. Платье раскрылось, голодный взгляд скользнул по моему- Моя прекрасная пленница, — выдохнул Кирон и в одно молниеносное движение перевернул нас. Мир качнулся, я ахнула, когда спина встретилась с мягкими подушками, а Кирон навис надо мной, тяжелый, горячий, властный. Его пальцы сомкнулись на моих скованных запястьях и вжали их в подушки над моей головой. — Хорошая девочка, — прорычал он довольно. Губами снова накрыл мои, и я ответила, выгибаясь под ним. — Моя, — рычал между поцелуями, — полностью, навсегда

Он прошелся рукой по бедру, и я едва не задохнулась, когда его пальцы коснулись сокровенного места.

Кирон! — вырвалось у меня.

Да, — прорычал Кирон торжествующе. — Говори мое имя. Кричи его! Его пальцы двинулись ниже, и мой мир взорвался. Наручники звякали, когда я извивалась от ласки Кирона. Он держал мои руки крепко, контролируя каждое мое движение, каждый вздох. Не смей закрывать глаза, приказал он хрипло и взглядом впился в мой. — Смотри на меня. Хочу видеть, как ты…

Слова оборвались с моим стоном, когда волна наслаждения накрыла меня. Я кричала имя Кирона, снова и снова, пока он не поглотил мои крики поцелуем.

Его рубашка исчезла где-то между поцелуями. Я чувствовала жар его кожи и мышцы, напряженные под моими скованными руками, которые он наконец отпустил. — Кирон… — прошептала я неуверенно. — Я…

Но он отвлекал меня поцелуями, когда его рука скользнула между нами, и я резко втянула воздух, почувствовав боль.

_ Мод! — шептал Кирон в мои губы, в шею, в кожу. — Моя, моя, моя… Я невольно напряглась, пальцами впились в его плечи. Его было слишком много. Слишком… Кирон замер. Поднял голову, посмотрел на меня.

— Ариэлла? — Голос был хриплым. — Ты… ты в порядке?

Я кивнула, хотя слезы жгли глаза от непривычного ощущения. — Да, просто… просто продолжай.

Но он не двигался. Его глаза сузились, изучая мое лицо, а потом вдруг широко распахнулись. — Ты… Ты никогда…

— выдохнул он потрясено и начал отстраняться, но я схватила его за плечи. Прости, что когда-то сомневался, — простонал он, целуя мое лицо, шею, губы. — Что не верил. Что заставил тебя страдать…

Прощаю. Просто… просто люби меня.

— Всегда. До конца дней!

Кирон двинулся снова, на этот раз медленно и осторожно, давая мне время привыкнуть. Боль пульсировала, но вместе с ней приходило ощущение полноты и близости. — Дыши, — шептал он мне в шею и гладил успокаивающе мой бок. — Просто дыши, я здесь, с тобой. Я цеплялась за него, чувствуя, как боль медленно отступает

— Двигайся. — прошептала я.

Пожалуйста!

Он застонал снова.

Ты уверена?

— Да.

Мир сузился до нас двоих. До жара, который поглощал нас обоих, сжигал дотла и возрождал заново. Кирон… — Я задыхалась, цепляясь за его плечи.

Я здесь. — Его голос дрожал. — Всегда буду. Никогда не отпущу! Боль отступила окончательно, сменившись волнами удовольствия. Я выгнулась под Кироном, и он застонал:

Моя! — движения стали глубже, но все еще были осторожны.

— Только моя. Всегда была только

моей!

Волна накрывала снова и снова, каждый раз сильнее предыдущей, пока я не перестала понимать, где заканчиваюсь я и начинается он.

Когда мы закончили, Кирон осторожно отстранился, и я вздрогнула от дискомфорта. Он посмотрел вниз, увидел кровь на простынях, на себе. Его челюсть сжалась- Я причинил тебе боль,

прошептал он виновато.

Все хорошо, — я коснулась его щеки. — Ты был осторожен. Насколько мог. Кирон поднялся, принес влажное полотенце, осторожно вытер меня, целуя каждое место, которого касался.

— Больно? Немного, — призналась я. — Но… терпимо.

Он лег рядом и бережно притянул меня к себе.

Завтра может болеть. Прости.

Я не жалею, — призналась я.

Мы лежали, запутавшись в простынях. Он обнимал меня, моя голова покоилась на его груди. Руки все еще были в наручниках, но он держал их в своих ладонях, а я слушала его сердцебиение. Через какое-то время Кирон снял цепи, поцеловав покрасневшие запястья. Кирон? — позвала я.

M? _Он лениво провел пальцами по моей руке.

Я набрала воздуха:

— Я доверилась тебе полностью. Отдала всю себя…

Он замер.

— …Теперь ты доверься мне, — продолжила я, подняв голову, чтобы посмотреть на него. — Отведи меня