Генерал драконов. Его лекарка-попаданка - Татьяна Озерова

Генерал спрашивал про своего адъютанта. Значит, вот кого я вылечила…

Тем временем генерал прошёл внутрь, пристально глядя на молодого дракона, который всё ещё был без сознания.

За ним в дверном проёме возникли двое в таких же тёмных мундирах. Они остались на лестнице, по эту сторону порога.

— Я задал вопрос, — не отводя взгляда от раненого, низко и властно сказал генерал.

— Госпожа Риана лечила, — сказал кто-то. — Она искусная…

Слова оборвались от чёрного взгляда генерала на говорившего.

Затем генерал снова посмотрел на своего адъютанта. Я видела, как его цепкий взгляд прошёл по перевязанной груди, по повязками на левом боку и предплечье.

Секунда. Две.

Воздух, пока он смотрел на адъютанта, стал чуть легче. Я поймала этот момент, втянула его в лёгкие так быстро, как могла.

А затем генерал медленно, тяжело, перевёл взгляд на меня.

Я стояла под давящим чёрным взглядом, а вокруг всё растворялось. Люди у стен. Низкие огоньки. Стены и потолок. Даже запахи отступили куда-то за край сознания.

Остались только глаза генерала. Непроницаемые. Страшные. Те самые, которые когда-то были последним, что я видела перед смертью Нореаны.

Генерал молчал. От этого становилось хуже.

В груди всё сжалось до тугого, болезненного комка. Я тонула в этом взгляде, горела под ним и никак не могла заставить себя отвести глаза.

Генерал ждал, а я вспоминала эту его особенность. Умение ждать и молчать. Неподвижное. Тяжёлое. Без малейшего движения навстречу.

Он умел полностью лишить воли одним только молчанием. Когда-то Нореана терялась от этого и путалась в словах.

Но когда-то он смотрел на меня иначе. Так же прямо и властно, но в глубине чёрных глаз было что-то, от чего хотелось сделать шаг ближе.

Сейчас любое приближение означало для меня гибель. Это я понимала слишком чётко.

Я заставила пальцы разжаться. Ладонь отлипла от края стола. Кожа горела от шероховатого дерева.

— Да, я вылечила, — наконец смогла заставить себя заговорить.

— Вывести людей, поручить Ольдрику позаботиться, — тут же бросил генерал двум гвардейцам, не отводя непроницаемого взгляда от меня. — Лекарка остаётся здесь.

Тут же всё пришло в движение.

Один из гвардейцев указал на выход, говоря, что город освобождён и никому ничего не угрожает. Всех разместят в безопасности. Населению уже оказывают помощь.

Другой гвардеец метнулся вверх по лестнице, выкрикивая приказы.

Появились быстрые люди в форме армии Аринхорда. Я увидела среди них лекаря, который стремительно осматривал людей в подвале и точно знал своё дело. Это меня успокоило. Те, кого я восстановила своим целительским даром, теперь были в умелых руках.

К тому же слово «позаботиться» от генерала означало именно это. О них позаботятся.

Уж что-что, а генерал Эрнард заботиться умел не только о своих драконах и людях, но и обо всех, кто попадал в тень его крыла. Это лишь подчёркивало ту жёсткость и непримиримость к тем, кто был настолько безрассуден, что становился врагом его самого и всего дома Аринхорда.

Ещё один лекарь, высокий пожилой дракон с непроницаемым взглядом, возник рядом с адъютантом, который всё ещё был без сознания. Я оценила мощь и эффективность диагностических заклинаний, которыми он опутал молодого дракона. До такого уровня мне было ещё далеко.

Лекарь сказал генералу, что трогать адъютанта нельзя и вмешиваться он не будет, потому что всё сделано грамотно. При этом целитель так косился на меня, что по коже прошёл холод.

Мне не оставалось ничего иного, кроме как стоять и ждать.

Впрочем, всё заняло считанные минуты. Подвал опустел. В нём остались лишь мой внезапный пациент, всё ещё без сознания лежащий на столе, я и монументальная фигура генерала, который так и не двинулся с места за всё это время.

— Докладывай, что сделала, — отрывисто приказал мне генерал.

Я облизнула губы и замерла от внезапного потока мурашек по коже. Тяжёлый взгляд генерала опустился к моим губам, мысли тут же улетучились, по телу рассыпалась тысяча искр. Щёки вспыхнули.

Вот ещё чего не хватало… Я заставила себя собраться.

— Я справлялась с тремя поражениями… — начала было я, но мой голос прозвучал сипло, а затем и вовсе оборвался.

Я сглотнула, откашлялась и упрямо продолжила, ведь я ничего плохого не сделала. Наоборот.

— В нём был яд, — продолжила я уже увереннее. — Сильный, магический. Проклятие-паразит в каналах. И ожог.

Генерал молча слушал, а я продолжала смотреть ему в глаза, хотя внутри всё требовало опустить голову, а ещё лучше бежать как можно дальше без оглядки. От дракона. От генерала.

От высокого и мощного, смертельно опасного мужчины, которого я любила в прошлой жизни, а теперь боялась сильнее всего на свете. Ни в одной из моих жизней страх не подступал так близко, как сейчас. Перед ним.

Не знаю, как у меня хватало сил произносить новые слова.

— Яд вывела. Проклятие убрала, — упрямо говорила я. — Ожог закрыла настолько, насколько это возможно здесь, без нормальных условий. Скоро очнётся. И будет жить.

Всё. Больше ни слова не скажу…

Только бы не упасть сейчас. Кажется, всё моё самообладание ушло на эти слова.

В этот момент молодой дракон на столе пришёл в себя.

Очнулся сразу. Открыл глаза, сфокусировался на генерале.

Тут же одним движением попытался встать. Резко. Упрямо. Так, словно боль была мелкой помехой, а лежать в присутствии генерала ему было недопустимо.

— Генерал Эрнард! — скривив губы, упрямо процедил адъютант.

Прежде чем я успела хоть как-то отреагировать, мой пациент, которого я только что выцарапала у смерти, уже вскочил. И стоял, опираясь на стол, чуть сгорбившись и тяжело дыша.

Всё произошло так быстро, что при всём желании остановить его было невозможно. А я уже успела забыть, какие эти драконы быстрые.

Повязки на его боку натянулись. На белой ткани выступило тёмное влажное пятно.

— Лежать, немедленно! — вырвалось у меня.

Молодой дракон буквально окаменел и тут же мрачно посмотрел на меня.

До этого он был раненым на моём столе. Молодым, красивым, сильным. И умирающим. Теперь, даже бледный, с посеревшими губами, он выглядел тем, кем был на самом деле. Драконом. В человеческом облике, но от этого ничуть не менее опасным.

Взгляд у него был тёмный, прямой. Тяжёлый. В нём проявилась сталь, привычка подчинять, а не подчиняться.

Холод прошёл по коже мелкими иглами. Я вдруг очень ясно поняла, кого лечила. Дракона из ближнего круга генерала Эрнарда. Того, кто привык идти рядом с ним и выживать там, где обычные люди превратились бы в