Последний дракон Запределья (Академия Познаний - 6) - Настя О

— На дракона, который меня сюда принес, тоже найдете управу?

— О нем будет, кому позаботиться. Не волнуйся, дитя, тебе скоро станет совершенно не до этого.

— Вы понимаете, что рушите с трудом восстановленное доверие между драконами и демонами?

— Кто сказал, дитя, что его нужно было восстанавливать?..

— Вы… снова хотите войны, Астарот? И поэтому просто прикрываетесь сказкой о противостоянии богов? Это очень низко с вашей стороны! Вы же один из высших демонов!

— У меня устали руки, дитя. Пора прощаться. Передавай привет всем, кого увидишь на той стороне.

Его объятие ослабло, и я завизжала, что было силы, когда оказалась без последней призрачной опоры. В ушах зашумел ветер, и я камнем полетела вниз. В пугающую темноту. Страх так сильно сковал все мое тело, что крик внезапно оборвался. Мне стало трудно дышать. Руки безуспешно пытались найти, за что зацепиться, — и натыкались только на холодный воздух. Возможно, на фоне этого у меня и начались галлюцинации.

Мне чудилось, как отверстие наверху горы вспыхнуло сотнями золотых искр, а ко мне стремительно приближается светлая точка, летящая с огромной скоростью. Дракон? Мне на помощь летел какой-то дракон? Неужели кто-то услышал мой недолгий крик?

Когда же он оказался совсем рядом, у меня снова перехватило дыхание.

Это был Эдриниан!

Ко мне несся потрясающей красоты белый дракон, покрытый не чешуей, а блестящими белыми перьями, которые слетами с его тела из-за огромной скорости. Это было не единственное чудо, случившееся с ним. Рин на ходу сменил ипостась, оставшись в промежуточной форме. В обличие крылатого человека. Кажется, любить его больше, чем я любила в тот момент, было просто невозможно.

Но именно тогда он стал единственным смыслом моей жизни.

Когда меня резко подхватили на руки и прижали к родной груди, я не могла поверить, что это произошло. Я даже не успела приготовиться к смерти, как уже оказалась спасена. Как Рин смог меня отыскать?

Тем временем Эдриниан, продолжая держать меня на руках и не говоря ни слова, начал подниматься наверх. Асура, посланного Астаротом на перехват, он обезвредил резким движением крыла, так что тот упал ровно рядом с высшим демоном.

— Вас настигнет участь ваших жертв, — бросил Рин в ответ на немую ярость великого герцога.

И взмыл со мной к вершине горы.

Северный Дальний Предел, горы на территории демонов

Когда мы вылетели наружу, Рин начал постепенно опускаться. Пока не оказался у того самого входа в пещеру, куда принес меня фиолетовый дракон. Мой крылатый возлюбленный устроился на земле на коленях, а потом аккуратно устроил на них и меня.

— Ты ранена? — обеспокоенно спросил Эдриниан, ощупывая мое тело и осматривая, насколько позволяло положение.

— Плечо болит немного, — хрипло отозвалась я. — Астарот меня за него поднимал.

Голос изменился после крика. Но об этом не нужно было говорить Рину. Он и сам все прекрасно понял, когда после вылеченного плеча перешел к горлу. Теплые ладони бережно легли на мою кожу, и из глаз полились слезы облегчения. Я была так рада видеть своего дракона, что в сумерках, в свете сияния магии, он казался мне настоящим ангелом с крыльями.

Я не могла говорить связно. Пока не могла. Но Рин слишком хорошо знал меня, и ему не нужны были объяснения.

— Все хорошо. Все позади. Больше никто тебя не обидит.

— Они добрались до академии…

— Эдвин уже всех сдал. Хлипкий оказался злоумышленник.

— Астарот вынашивал идею снова посеять зерно сомнения между драконами и демонами…

— Боюсь, у него это уже не получится. Только посмотри туда.

Эдриниан указал на алую точку в темном небе. Ее было видно даже несмотря на то, что Аурон давно закатился за горизонт. В фиолетовом небе, разбавленном серыми облаками, стремительно летел красивый алый дракон. Этого дракона я никогда и ни с кем не спутала бы.

— Папа! — восторженно воскликнула я.

— Бьюсь об заклад, у него на загривке сидит Владыка демонов, злой настолько, что тысяча чертей покажутся Астароту цветочками.

— Откуда ты набрался словечек от моей бабушки? — спросила я совершенно неожиданно.

Рин снисходительно хмыкнул:

— Ты, кажется, забыла, что пару раз я ездил к ней вместе с тобой, и она любила меня явно больше. Это ты была сорванцом в юбке, а я — «примерным молодым человеком», который помогал ей собирать летом красную смородину и крыжовник. Это ты только и делала, что носилась по огороду и набивала себе синяки, а я всегда был на подхвате.

— И возразить-то нечем, — вздохнула я, ощущая, как горло постепенно приходит в норму.

Своей болтовней Рин явно пытался отвлечь меня от увечий. Но с его целительной магией этого и не требовалось. Я понемногу приходила в себя.

— Лучше скажи, как себя чувствуешь.

— Гораздо лучше. А ты?..

— Что я?

— Как… ты теперь, Рин? Ты же превратился в дракона.

— Я и блок полностью разрушил. И теперь обладаю своей магией в полную силу. Но память возвращается медленно. Я только успел вспомнить, кто поставил мне блок.

Я затаила дыхание.

— И кто это был?

— Женщина. Красивая. Добрая. Милосердная.

— Богиня… Нинор.

— Думаешь?

— Если вспомнишь, как она выглядела, и расскажешь маме, я думаю, она подтвердит.

— А еще — знаешь, что? — загадочно посмотрел на меня он.

— Что?

— Я знаю, как излечить Древо. Но у меня не хватит для этого резерва, Айна.

— Ох, мамочки… ну и новости!

— Летим домой? — предложил Рин. — Нужно привести тебя в порядок.

Мог бы и не говорить. С ним я бы отправилась хоть на край света.

Эдриниан аккуратно поднялся, а затем отошел от меня на небольшое расстояние:

— Последний рывок. По крылу сможешь подняться?

— Думаю, да. Ноги отошли после полета на этом фиолетовом чудовище. А руку ты подлечил.

— Отлично. Тогда залезай.

Рин перевоплощался совсем не как папа. Папа, чего греха таить, до сих пор любил произвести впечатление на маму, когда прыгал со стены Академии или еще откуда-нибудь. А мама до сих пор восхищалась второй ипостасью папы. Все-таки любовь творила настоящие чудеса. И я очень надеялась, что мы с Рином тоже когда-нибудь сможем так жить.

Фигуру Эдриниана охватило мягкое золотистое свечение, которое, постепенно увеличиваясь, приобрело контуры драконьего тела. Конечно, по размерам Рину было далеко до папы, но он точно превосходил то фиолетовое убожество, которое принесло меня сюда. А еще… прекрасные белые перья, которые