Личная юрэй первого принца - Селина Катрин

Сам государственный аппарат предполагал четырёхранговую систему. Высшие чиновники носили те самые фиолетовые или пурпурные халаты — это старшие советники, управляющие крупными островами и занимающиеся отдельными направлениями: флот, земледелие, торговля, суд, дипломатия, храмы, строительство и многое другое. Области, которые называл Катэль, не всегда казались мне логично выделенными, но на Огненном Архипелаге они сложились исторически. Именно в кругу крикливых старших советников я видела Катэля, и именно к ним относился тот самый Тархунчик… то есть Такахиро-доно. У него даже суффикс у имени был специальным, показывающим особый высший ранг.

Средний ярус носил кимоно особого красно-оранжевого оттенка — не путать с алым цветом, символом рода Аккрийских! — состоял приблизительно из двухсот существ и подчинялся высшему ярусу. Так называемый полевой ярус — зелёные кимоно. Это инспекторы, помощники управляющих, надзиратели на мелких островах. Их было много. Совсем младшим отводился синий цвет. Это были писари, счетоводы и архивисты, официально признанные учёные — одним словом, те, кто знал про Огненный Архипелаг всё и при этом не имел никакой власти.

Чтобы получить право даже на синее кимоно, необходимо было сдать экзамены. Раз в три года на Центральном острове во дворце Аккрийских проводится открытый экзамен. Теоретически любой — человек, дракон, оборотень или маг — может попытаться сдать его. Практически — только тот, кто годами готовился. Дети богатых семей нанимают учителей, дети бедных семей учатся сами и почти никогда не проходят дальше первого тура. А соответственно, чтобы пройти в верхние ярусы, надо это право заслужить.

Таким образом, я выяснила, что почти все обладатели фиолетово-пурпурно-сиреневых кимоно, то есть чиновники высшего яруса, являлись сплошь драконами или оборотнями. Конкретно заинтересовавший меня Такахиро-доно относился к роду барсучьих. Когда Катэль сказал об этом с серьёзным лицом, я чуть не прыснула со смеху, но всё же удержалась. Для него это всё было само собой разумеющимся, а для меня — диковинным.

Ну и ещё одна любопытная деталь: с получением нового ранга чиновники должны проходить определённую «стажировку» и их намеренно назначают служить на территории, где у них нет родственников — чтобы не обрастали связями. Такахиро-доно на острове Рыбьих Слёз, возможно, именно поэтому так охотно включил в смету собственное кимоно — далеко от дома, проверять некому. Последняя мысль была уже моя собственная, Катэлю я её не озвучила.

Я открыла было рот, чтобы задать ещё ворох вопросов, но в этот момент бесшумно подошедший Икари-сан объявил, что мы швартуемся к острову Рыбьих Слёз.

Юля

— Я же говорил. Икари-сан обо всём позаботится. Теперь ты спокойна, Юля? — спросил Катэль и, не дожидаясь ответа, повернулся к морю. Ветер тут же бросил ему в лицо вишнёвые пряди, он чуть дёрнул головой — резко, по-мужски — и прищурился на горизонт.

Разгрузка корабля шла полным ходом. Староста деревни Боян-сан многократно кланялся в землю, принимал бочки от подчинённых Икари-сана и передавал их наиболее крепким и жилистым жителям острова. Те так же уважительно кланялись и катили бочки в сторону приземистого склада с широкой соломенной крышей и массивными деревянными воротами — единственного строения в деревне, выглядевшего по-настоящему добротно. Вроде бы всё в этой картине было правильным, вот только что-то мне совершенно не нравилось, и я не могла понять, что именно. Боян-сан, как мне показалось, выглядел растерянным, что я не преминула озвучить.

— Разумеется. — Катэль пожал плечами, всё так же с удовольствием смотря на солнце. — Обычно питьевая вода на остров поставляется раз в месяц, а тут спустя две седмицы пришёл ещё один корабль.

Ясно-понятно. Вот откуда растерянность, объяснение принимается. Но почему тогда нет радости? Поклоны и прочее наличествует, вон как все бегают-суетятся, но поведение Боян-сана не похоже на поведение человека, который мог умереть от засухи, а ему в последний день подвезли несколько тонн воды. Хм-м-м… то ли выражать радость так бурно здесь не принято, то ли я слишком подозрительная.

— А почему они откатывают бочки в ангар? — не унималась я.

— Куда-куда? Ан-хар? — переспросил принц, а я прикусила язык.

М-да. Ангары в моём мире изобрели как здания для хранения и обслуживания самолётов. Этой чудесной техники на Огненном Архипелаге нет, зато есть существа, которые при желании целый авиапарк заменить могут. По крайней мере, так утверждается. Сама-то я драконов пока не видела.

— Хранилище, — быстренько поправилась.

— А куда им ещё их катить? Сейчас поставят, потом — польют рис.

— Нет, я хочу посмотреть, как они это делают!

Катэль нахмурился.

— Юля, мы уже обговаривали, что я не могу задерживаться. Во-первых, у меня дела во дворце, во-вторых, вечером праздник. Если хочешь, можешь остаться и всё проконтролировать, но я должен уплыть обратно.

— А как я их заставлю поливать рис? Может, они вовсе ни сегодня, ни завтра не соберутся? — возмутилась я.

Сомнительно, конечно, но мало ли.

К этому моменту к нам подошёл личный телохранитель Катэля.

— Ваше высочество, всё готово. Корабль разгружен. Семьдесят бочек с питьевой водой переданы жителям острова Рыбьих Слёз. Мы можем отчаливать. Я отдаю приказ?

Принц повернулся, делая вид, что раздумывает, а я, разумеется, подлетела чуть выше и зависла напротив.

— Пожа-а-алуйста! — и даже руки сложила, как тут принято — ладошками друг к другу. — Мы всё равно уже здесь! Хотя бы одну бочку! Просто пусть на моих глазах польют несчастный рис, и я успокоюсь.

Катэль иронично выгнул смоляную бровь, а я добавила:

— Правда-правда! Ты же сам сказал, что я юрэй без памяти. Меня ну очень тянет к их рисовым террасам. Наверняка со мной что-то случилось в прошлой жизни, связанное с рисом. Возможно, мои близкие и я умерли от голода и во мне говорит долг крови!

Соврала не моргнув и глазом. В том, что я совершенно точно никогда не видела подобного чуда, я могла поклясться, но… я же могу как дух заблуждаться насчет прошлой жизни, верно?

Катэль тем временем тяжело вздохнул.

— Хорошо.

— Отлично, я сейчас же велю…

— Нет-нет, простите, Икари-сан, я ответил собственным мыслям. Велите старосте взять одну из бочек, довезти до ближайшей рисовой террасы и показать, как они поливают ростки.

— Но, ваше высочество, — у бедного Левого Крыла аж лицо по-смешному вытянулось, — мало того что вы испачкаетесь по дороге и, скорее всего, опоздаете на праздник Розового Ветра… Зачем вам это⁈

— Потому что я так хочу.

На лице Икари-сана промелькнула целая буря: тревога, растерянность, профессиональный долг. Последний победил.

— Понял. — Левое Крыло склонил голову и быстрым шагом направился к