Бэд бой - Кристина Кардо

Я молчала. Потому что голос пропал. Потому что воздуха не хватало. Потому что внутри все горело — жарко, постыдно, неостановимо.

— Я тебя трахну, Мия. — Он наклонился к самому уху и его шепот пробрал до позвоночника, до самых костей. — Прямо здесь. На этом столе. Так, что ты забудешь как дышать без моего имени. И будешь умолять трахать тебя снова.

Его ладонь легла на мое бедро. Сжала. Пальцы впились в нежную кожу сквозь грубую ткань джинсов. Я замерзала, сидя у него на коленях.

Чувствовала, как в области его ширинки твердеет плоть.

— Дрожишь, — констатировал очевидное. У меня от его тембра, ставшего невыносимо хриплым, искрило перед глазами. — Хорошая девочка.

Вторая рука Дамира скользнула мне за спину, нащупала застежку лифчика. Одним движением расстегнула. Я ахнула и тут же закусила губу, потому что его взгляд стал совсем черным. Нечеловеческим.

— Ты моя, — зрачки Дамира расширились. В них полыхнуло что-то темное, первобытное. — Поэтому не жалуйся потом, малыш. Я тебя предупреждал.

Его пальцы растягнули пуговцу моих джинс и дернули сабачку вниз.

Он погладил меня по животу, опустил ладонь ниже.

В этот момент я словно очнулась. Кровь ударила в лицо… а его пальцы нагло залезли под трусики.

Чувствовала, как они уверенно скользят по плоскому животу к треугольнику между ног.

Там внизу все горело и становилось влажным.

От этого было ужасно стыдно.

И он это заметил..

Хрипло усмехнулся.

— Я…, — выдавила из себя растерянно.

Осеклась, мгновенно прикусывая губы.

Преграды в виде лифчика больше не было. И его рука свободно блуждала по холмику, ощутимо задевая сосок. Заставляя твердеть, реагировать жаркой дрожью.

Я пыталась что-то сказать, а во рту пересохло.

Мне хотелось кусать губы.

Грудь от его порочной ласки налилась и потяжелела. Через нее словно проходили микротоки.

А пальцы… порочные мужские пальцы… были уже между моих бедер.

— Раздвинь свои ножки, девочка.

Не приказ и не требование.

Я не понимала.

У меня мутнело сознание.

Чувствовала, как меня пробило странным ознобом. И внизу живота стало часто и прерывисто потягивать.

Он гладил… касался… Там где все было влажным.

Нашел выступающий бугорок и стал его теребить.

Вверх— вниз. Снова и снова.

Дыхание участилось. Я жадно хватала ртом воздух.

Его грубые шершавые пальцы делали со мной что-то невероятное. По телу прошла жаркая волна. Одна. Вторая. Внизу живота все закручивалось. Нежная плоть набухала От возбуждения.

Сосок стал слишком чувствительным и прикосновения Дамира вызывали жжения. Сладкие. Черт возьми… приятные.

Я сидела на его коленях, расставив ноги. Так грязно и порочно. Чувствовала, как каменный бугор все сильнее упирается мне в попу. И хотела еще сильнее раздвигать бедра, потому что то, что происходило со мной — полностью лишало рассудка.

Трусики намокли, клитор пульсировал. С губ срывались стоны. Я пыталась их сдержать. Кусала губы до крови, до привкуса соли и железа во рту.

Между ног было такое напряжение, что казалось, еще немного и я взорвусь.

А потом мужская рука скользнула по влажным складкам, подушечки стали надавливать на дырочку, осторожно, но уверенно проникать в меня.

И от этого у меня заискрило перед глазами. Тело пробило током, я выгнулась дугой.

Застонала с хрипом.

Стыдно. Ужасно. И так остро.

От этой остроты я стала извиваться змеей, ерзать на его члене, продолжая чувствовать, как он давит между бедер. Как его пальцы продолжают мучать меня, проникая в тело. Все быстрее и быстрее долбя дырочку. Имитируя движения члена. При этом большим пальцем он задевал клитор. Специально, усиливая ощущения, доводя меня до такого состояния, когда я могла чувствовать только нарастающее удовольствие.

— Давай, девочка, кричи, — шепнул на ухо, прикусывая мочку моего уха. — Громче.

Мужская ладонь сильно, до сладкой боли, сжала чувствительный сосок. Пальцы другой руки ускорились, стали яростнее и жестче теребить мою плоть, мое отверстие.

Я покрылась испариной. Глаза закатились и меня накрыло вспышкой оргазма.

Первого. Моего. Оргазма.

Между ног взорвалось наслаждение, но грудь словно хотела еще ласки… соски вибрировали и горели.

Я сжала край его футболки. Не знаю зачем… я вообще находилась в прострации.

Меня пока не отпустило и потряхивало

Сквозь туман в голове слышала, как Дамир тихо выругался.

В следующую секунду он резко поставил меня на ноги, развернул и надавил на плечо ладонью.

Я упала грудью на твердую поверхность стола. С губ сорвался рваный выдох. Поверхность стола казалась ледяной, но мне было душно. Жар исходил от Дамира. Он навис сверху. Огромный, горячий, способный сделать со мной что угодно.

И самое пугающее, что я не собиралась его останавливать.

Даже когда он грубо опустил мои джинсы. И когда его ладонь скользнула по моему бедру, сжимая так властно, что колени предательски ослабли.

— Вот так лучше, — выдохнул он хриплым голодным голосом. Затем содрал трусы. Ткань треснула прямо на коже, оставляя отметины. Воздух опалил влажную промежность и кожу. Я застыла, пытаясь не забыть как дышать.

— Ненавижу вас... — прошептала сбивчиво.

Он усмехнулся. Медленно. Хищно.

— Врешь плохо, малыш.

Он развел мои ноги шире и снова коснулся пальцами лона.

— Больно не будет. Ты достаточно мокрая.

Я судорожно вцепилась пальцами в края стола. Он снова проникал в меня. Дразнил, не давая остыть. Заставляя жалобно постанывать от снова нарастающего желания. А параллельно я слышала, как расстегивается его ремень.

Еще немного и вместо пальцев я почувствую его плоть.

Пока сидела на его коленях — могла сделать вывод о его размере. Мне будет больно… хоть он утверждает обратное.

Будет.

Дамир резко наклонился и прикусил кожу на моей шее.

Я тихо ахнула.

По позвоночнику пробежала дрожь.

— Дамир... — сорвалось с моих губ.

Он замер.

На долю секунды.

Будто ему самому снесло крышу от того, как прозвучало его имя в моем голосе.

А потом дверь кабинета резко распахнулась.

— Босс.

Мы одновременно обернулись.

В дверях стоял Игнатов. Мрачный. Напряженный. С кровью на рукаве куртки.

Я чуть не завизжала от всей ситуации. На мое счастье, Дамир быстро выпрямился и накинул на меня свою куртку.

Впрочем, Игнатов и так увидел достаточно. Отвернулся в ту же секунду.

— Какого черта ты врываешься без стука? — рыкнул Дамир.

Игнатов продолжил пялиться в дверной косяк.

— Мы нашли Максима, — ответил, не поворачивался.

Воздух в комнате будто исчез.

Я почувствовала, как сердце рухнуло вниз.

Дамир несколько секунд молчал. Я не сводила с него глаза. Поглядывала испуганным кроликом.

А когда он улыбнулся, у меня онемело все.

— Где он? —