Розов Александрович - Чужая в чужом море
К трем часам ночи, Чубби и Микеле пришли к общему выводу, что магическая практика увенчалась полным и безоговорочным успехом, для закрепления которого необходимо было только полежать немного, держась за руки, и глядя в ясное звездное небо, а потом, не торопясь, выкурить по сигарете и поболтать о том – о сем.
- Знаешь, - сказала Чубби, выпустив изо рта аккуратное полупрозрачное колечко дыма в сторону созвездия Хамелеона, - Иногда так жалко, что у меня не получится стать просто фермершей. Типа, маленькая мечта: каждую ночь быть такой счастливой, как сейчас.
- Зачем обязательно фермершей? – спросил он, - Ты могла бы преподавать прикладную механику. Давай завтра зайдем к директору Агротехнического колледжа? Это же совсем рядом, в Таоа, много времени не займет. Я знаю, что он как раз ищет…
- Ми - ке - ле, - пропела она, - Это не руководство к действию. Это я просто мечтаю.
- А-а… Ну, как хочешь, хотя мне кажется, что…
- Когда-нибудь я обязательно это сделаю, - пообещала она, - Только не сейчас. Сейчас я просто не могу. Есть множество причин… А давай поговорим о чем-нибудь другом?
- Давай. Хочешь, я расскажу тебе про ацтеков? Тех самых, в честь которых ацтекбол? Я интересовался их агротехникой, а конкретно - искусственными плавучими островами, «chinampa». Ацтеки строили их еще полторы тысячи лет назад, на озере Текскоско. Это потрясающе-простые и эффективные штуки. С них можно снимать пять урожаев в год. Знаешь, почему я ими занялся? Они очень похожи на агломераты, которые образуются при искусственном уплотнении планктонных полей. Неожиданная аналогия, верно?
- Действительно, - согласилась она, - надо же… Слушай, ты не очень обидишься, если я перескочу на другую тему. Я хочу с тобой посоветоваться по поводу одной истории.
- Aita pe-a, - ответил он, - Про «chinampa» я тебе расскажу в другой раз. Так даже лучше На ноуте у меня есть картинки… Если тебе интересно.
- Ага. Давай ты мне расскажешь завтра? А с этой историей надо срочно что-то решать.
- Срочно – значит срочно. Так что за история?
- Та, из-за которой я смылась, не доделав завтрак. Расстрел авиа-эскорта эмира Сарджа. Это оказалась настолько мутная тема, что у меня просто мозги рассыпаются. Короче…
…
Следующие полчаса Микеле молча слушал, принимая то позу Будды Амитаба, то позу роденовского мыслителя, то позу папуасского охотника: сидя на корточках, с духовой трубкой, прижатой ко рту (только вместо трубки у него была сигарета). Когда краткое изложение завершилось, он почесал макушку жестом озадаченного орангутана и, будто бы невзначай, поинтересовался:
- А почему так много шума из-за расстрела одного дерьмового арабского царька?
- Это не просто дерьмовый арабский царек. Аккан был знаковой фигурой. Как вице-президент «Красного Полумесяца», он обеспечивал связи между арабскими лидерами радикально-суннитского толка и международными гуманитарными организациями в Европе. Он был посредником, через которого шейхи покупали мнение чиновников в Женеве, в результате чего исламские экстремисты в Центральной Африке получали помощь «Красного Креста» (оружие, лекарства и опиум для шахидов) и возможность сбывать в Европу человеческие ткани и органы, добытые в локальных конфликтах. По линии «Красного Креста», он содействовал реставрации «Афганского Шоссе».
- В Афганистане есть шоссе? – удивился Микеле.
- Извини, милый, это сленг. Так называют стабильный воздушный мост, по которому опиумное сырье из Афганистана попадает в Европу. До начала нашего века, оно шло через миссии «Красного Полумесяца», но потом мост сильно повредила армия США.
- Понятно. Вообще-то я уже высказывался на счет вашего дикого сленга…
- Я больше не буду, - перебила она, - Так вот, главное достижение Аль-Аккана - это не торговля, а идеология. Он вывел исламско-христианский диалог на качественно-новый уровень. Он сделал ставку на Доктрину Всемирного Халифата (ДВХ), придуманную в начале века палестинским шейхом Раэд Салахом, и это сработало!
- Сработало? В смысле, что адепты Аллаха и Христа окончательно поссорились?
- Нет, милый, наоборот! Они почти что помирились. Ключевая идея ДВХ: 200-летний либеральный эксперимент на Западе провалился, народ погряз в безответственности, разврате, гедонизме, эгоизме и неуважении к властям. Только исламская твердость при защите консервативных ценностей спасет западную культуру от окончательного краха. Большинство добрых христиан (говорил Салах) мусульмане в душе, им близки идеалы религии, семьи и государства, установленные шариатом. Женева и Ватикан не могли иметь дело с Салахом – он был лидером исламских террористов, которые провели ряд взрывов в городах Европы. Аль-Аккан убивал только африканцев, так что европейские христианские консерваторы принимали его с распростертыми объятиями.
- Спасителей культуры надо расстреливать без суда, - проворчал Микеле.
Чубби в быстром темпе похлопала в ладоши.
- Браво! Я рада, что ты высоко оценил гуманную направленность моей работы!
- Да, - сказал он, - но лучше бы ты преподавала прикладную механику в колледже. Не делай обиженное лицо, это просто к слову. Правильно ли я понял, что в торговле найти замену этому царьку не проблема, но на религиозно-политической арене новую фигуру объединителя консерваторов надо выращивать много лет, и потому - такой резонанс?
- Точно, - подтвердила она, - Еще какой резонанс. Все так возбудились, что третий мир оказался по уши в джихадах и блокадах, а полиция Нью-Йорка не успевает убирать с панели тела фондовых брокеров. Они слишком густым потоком вылетают из окон. А полиция Гамбурга не успевает хватать исламистов и фанов Ндунти-Штаубе, которые спорят, кто культурнее, с помощью стальной арматуры и бутылок с огнесмесью.
- Ндунти и Штаубе тоже спасают европейскую культуру?
- А как же! Они спасают ее от толерантности по отношению к бандитам-исламистам.
- Тоже перспективный бизнес, - заметил Микеле, - А что мешало этим двум лавочкам договориться между собой и вместе потрошить карманы европейцев, как это делали когда-то коммунисты и фашисты? Простая олигополия на рынке поп-идеологий.
- Личная неприязнь Ндунти и Аль-Аккана, - ответила Чубби, - У них долго был общий бизнес, но после однодневной войны в Мпулу, они что-то не поделили и разосрались.
- Но с преемником Аль-Аккана Ндунти смог бы договориться?
- Да. Но уже не сможет. Мы отняли у него Штаубе и строго указали на необходимость держаться в рамках своей песочницы.
Микеле, задумался на несколько секунд и кивнул.