Нил Шустерман - Беглецы

— Пожалуйста... — говорит парень.

Пожалуйста? Что? Пожалуйста, пойдите на нарушение закона? Пожалуйста, поставьте под угрозу порядок в школе? Но нет, он хотел ска­зать что-то другое, думает мисс Стейнберг. Его глаза говорят: пожалуйста, будьте человеком. В мире, где так много законов и правил, так просто сделаться нарушителем. Учительница понимает — и знает, — как часто сочувствие бе­рет верх над долгом.

— Ханна? — зовет ее кто-то от двери.

Мисс Стейнберг оборачивается и видит знакомую учительницу. Коллега вопроситель­но смотрит на нее. Выглядит она слегка растре­панной, — очевидно, попытки организованно эвакуировать орды непослушных детей даются ей нелегко. Вероятно, она слышала плач ребен­ка, думает Ханна, да и кто бы не услышал, про­ходя мимо.

— Все в порядке? — спрашивает ее коллега.

— Да, — отвечает Ханна, удивляясь тому, как спокойно звучит голос, учитывая непростую ситуацию, в которой она оказалась. — Помощь не нужна, — добавляет мисс Стейнберг. — Я раз­берусь.

Коллега кивает и поспешно ретируется, чувствуя, очевидно, облегчение от того, что не нужно взваливать на себя еще и заботу о моло­дой матери с испуганным ребенком.

Что ж, теперь Ханне понятно, в чем дело; по крайней мере, одно предположение у нее есть: такое отчаяние в глазах она видела только у детей, обреченных отправиться на разборку.

— Идите за мной, — говорит она, протягивая руку девочке. Ребята колеблются, и она по­спешно добавляет: — Если вас ищут, то обяза­тельно найдут, когда здание опустеет. Здесь прятаться бесполезно. Если вы хотите уйти, нужно делать это сейчас, пока другие дети еще не вышли. Вставайте, я вам помогу.

В конце концов мальчик с девочкой выби­раются из укрытия, и Ханна облегченно взды­хает. Они ей по-прежнему не доверяют — но, с другой стороны, с какой стати им ей доверять? Подростки, старающиеся избежать принуди­тельной разборки, живут в атмосфере постоян­ного страха, опасаясь быть преданными кем угодно. Но сейчас доверие и не требуется. Нуж­но только пойти за учительницей.

— Ничего мне не рассказывайте, — преду­преждает ребят мисс Стейнберг, — иначе по­том, на допросе, мне, возможно, придется лгать, если будут спрашивать, что я знаю.

В коридоре по-прежнему полным-полно де­тей, не успевших еще покинуть стены школы. Мисс Стейнберг, ведя за собой ребят, с трудом протискивается к ближайшему выходу. Она твердо решила помочь им, вывести из-под ог­ня, что бы они ни натворили. Да и какой бы она была учительницей, что бы рассказывала детям о морали и нравственности, если бы по­ступила иначе?

Полицейские повсюду! В холле, в коридорах, у выходов! Ясно, что это дело рук Льва. Он не просто сбежал, он еще и сдал их. Учительница сказала, что поможет им, но что, если она лжет? Что, если она ведет их прямо в поли­цию?

Не нужно об этом сейчас думать! Нужно смотреть на ребенка.

Полицейских учат выискивать тех, кто бо­ится их. Но если я буду смотреть на ребенка, ду­мает Риса, они подумают, что я расстроена его плачем.

— Если я еще когда-нибудь встречу Льва, — го­ворит Коннор, — котлету из него сделаю.

— Тише, — говорит учительница, помогая им протиснуться к выходу.

Даже Риса ничего не возражает против то­го, что сказал Коннор. Наоборот, она мыслен­но укоряет себя за то, что не разглядела во Льве предателя, решила, что он действительно на их стороне. Как она могла быть такой наивной?

— Нужно было оставить маленького поганца родителям, чтобы они его отдали на разбор­ку, — шипит Коннор.

— Замолчи! — приказывает ему Риса. — Пого­ворим, когда выберемся отсюда.

Когда они подбираются к самому выходу, выясняется, что снаружи стоит полицей­ский.

— Давай ребенка, — требует учительница, и Риса беспрекословно подчиняется. Она даже не успевает понять, почему женщина хочет взять малыша, но это не важно, ведь учитель­ница помогает им, и это само по себе уже пре­красно. Как хорошо, когда хоть кто-то знает, что делать, и берет на себя командование! Эта женщина вовсе не враг, думает Риса. Похоже, она искренне хочет нам помочь.

— Я пойду вперед, — говорит учительница, — а вы должны будете разделиться и выйти в толпе других детей.

Рисе больше некуда спрятать глаза. Ребен­ка у нее забрали, и теперь любой полицейский сможет прочесть в ее взгляде страх быть пой­манной. Зато она неожиданно понимает, за­чем женщина забрала ребенка, а заодно и то, что паника в глазах в такой ситуации нормаль­ное явление. Да, Лев их предал. Но если им по­везет, у местных полицейских нет ничего, кро­ме устного описания. Они ищут мальчика с торчащими во все стороны жесткими волоса­ми и темноволосую девочку с ребенком. Без ребенка они с Коннором похожи на других де­тей, и как минимум половина из них подходит под описание.

Учительница — Ханна — проходит мимо по­лицейского, который едва смотрит на нее. Бро­сив на нее беглый взгляд, он снова начинает изучать проходящих детей и останавливает взгляд на Рисе. Девочка понимает, что, возмож­но, чем-то себя выдала.

Что делать? Развернуться и бежать назад, в школу? Где сейчас Коннор? Позади, впереди? Ри­са этого не знает, но чувствует, что осталась одна.

Спасение приходит немедленно, но в фор­ме, в которой Риса его никак не ожидала.

— Привет, Диди! — говорит за спиной чей-то тонкий голосок.

Да это же Алексис, болтливая девочка, с ко­торой они познакомились в автобусе! Она до­гоняет Рису, неся на плече хнычущего Чейса.

— Вечно кто-нибудь сигнализацию включа­ет, — жалуется она. — Ну, ладно, по крайней ме­ре, хоть математикой заниматься не надо.

Неожиданно внимание полицейского пере­ключается на Алексис.

— Пройдемте со мной, мисс.

Пораженная Алексис останавливается как вкопанная.

— Кто, я?

— Да. Прошу пройти со мной. Мы бы хотели задать вам несколько вопросов.

Риса, не дыша, проходит мимо, боясь, как бы вздох облегчения не привлек к ней снова внимание полицейского. Полицейский решил, что она не подходит под описание девочки с ребенком, которую они ищут. Зато Алексис подходит! Риса, не оглядываясь, спускается по ступенькам и оказывается на улице.

Через несколько секунд Коннор присоеди­няется к ней.

— Я видел, что произошло. Девчонка тебе, возможно, жизнь спасла.

— Нужно будет позже ее поблагодарить.

Идущая на несколько шагов впереди мисс Стейнберг опускает свободную руку в карман, достает ключи от автомобиля и сворачивает налево, на дорожку, ведущую к школьной сто­янке. Все будет хорошо, думает Риса. Она нас вывезет отсюда. Девочке впервые в жизни ка­жется, что истории о чудесах и ангелах не вы­мысел... но тут за спиной раздается знакомый голос: