Аварийщик. Дом №0 - Алекс Андрович

Под ногами раздался стук.

Глухой. Тяжёлый. Будто кто-то ударил по бетону из глубины.

Раз.

Все замерли.

Второй удар.

Петрович отступил от стола.

Третий.

Сергей почувствовал, как индикаторная отвёртка в кармане нагрелась.

Три удара.

Точно так же стучали из-за двери квартиры № 0.

После третьего удара никто не торопился двигаться. Бетон под ногами снова стал обычным, но от этого не было спокойнее. Сергей смотрел на точку на мониторе: глубина семнадцать целых четыре десятых метра. Под зданием официально существовали только неглубокий подвал, коммуникации и грунт. Никаких технических подвалов, бомбоубежищ и никаких ремонтных тоннелей в метро не должно было быть. Неофициально там кто-то только что постучал в ответ на запрос системы.

— Ну? — спросил Петрович.

Сергей посмотрел на него.

— Что «ну»?

— Полезем?

— Ты пять минут назад жаловался, что всю жизнь страдаешь от того, что слишком любопытный.

— Я уже старый. Поздно исправляться.

— Отличный девиз для памятки по технике безопасности.

Они вернулись к бетонной крышке под верстаком. Теперь знак в центре был виден без Диагностики: тонкие металлические линии проступили на поверхности, образуя треугольник внутри круга. Сергей коснулся символа индикаторной отвёрткой. Инструмент нагрелся, перед глазами развернулась надпись.

ЛОКАЛЬНЫЙ УЗЕЛ № 0

ЗАПРОС ДОСТУПА ПОЛУЧЕН

ОПЕРАТОР: С. БЕЛЯЕВ

СТАТУС: ВРЕМЕННЫЙ

ТРЕБУЕТСЯ ПОДТВЕРЖДЕНИЕ ФУНКЦИИ

Ниже мигало пустое поле.

— Подтверждение функции, — прочитал Сергей.

— Это чего? — спросил Коля.

— Профессию спрашивает, наверное.

— Напиши «электрик».

— Очень хочется. Чтобы двадцать метров бетона потом ответили: «вакансия закрыта».

Сергей попробовал мысленно выбрать варианты. Никакого списка. Система ждала формулировку. Он сказал вслух:

— Аварийный электрик.

Ничего.

— Электромонтёр аварийно-восстановительных работ.

Ничего.

Петрович ухмыльнулся.

— Скажи по-человечески.

— По-человечески это как?

— Чем ты ночью занимался?

Сергей посмотрел на знак.

— Чинил.

Система мигнула.

ФУНКЦИЯ РАСПОЗНАНА ЧАСТИЧНО

Он усмехнулся.

— Видишь. Даже оно считает, что ты халявщик и работаешь недостаточно.

Сергей вспомнил дом № 1847, временную схему, квартиру, собственную дочь, существо в трансформаторе. В каждом случае он делал одно и то же: приходил туда, где что-то сломалось, находил причину и пытался вернуть объект в рабочее состояние.

— Аварийщик, — сказал он.

Знак вспыхнул белым.

ФУНКЦИЯ ПОДТВЕРЖДЕНА

АВАРИЙНЫЙ ОПЕРАТОР

ВХОД РАЗРЕШЁН

Бетонная крышка дрогнула с характерным тяжелым звуком. Не поднялась — начала медленно уходить вниз, превращаясь в ступени. Материал словно размягчался и перестраивался прямо на глазах. Через несколько секунд под верстаком открылась узкая лестница куда-то в пустоту.

Коля сделал шаг назад.

— Я туда не пойду.

— Наконец-то хоть один разумный человек, — сказал Сергей.

— Нет, я серьёзно.

— И правильно. Все сразу мы точно туда не пойдём.

Он распределил роли. Лена остаётся наверху у диспетчерской и каждые пять минут пытается связаться с ними по рации. Коля и Андрей — у входа. Вниз идут Сергей и Петрович. Шурик с Семёнычем, которые всё это время держались в стороне от самых странных событий, получают простую задачу: никого чужого не впускать и не выпускать, а если снова приедут люди Миронова — тянуть время.

— А если будут прорываться силой? — спросил Семёныч.

— Тогда не геройствовать. У нас секретный бункер под коммуналкой, а страховка всё ещё обычная.

— Начальнику кто объяснять будет?

— Если доживём, кинем жребий.

Сергей взял фонарь, инструмент, кусок кабеля и рацию. Петрович прихватил ещё и монтировку.

— Зачем?

— Мне с ней как-то спокойнее. Увереннее себя чувствую.

— С куском железа против пространственной аномалии?

— А вдруг она плохо воспитана. Тогда убедительный аргумент пригодится.

Лестница уходила вниз гораздо глубже обычного подвала. Стены сначала были бетонными, потом сменились чем-то похожим на старую облицовочную плитку. Через десять метров Сергей заметил кабельные лотки. Провода в них выглядели советскими: тканевая оплётка, металлические коробки, фарфоровые изоляторы. Однако Диагностика показывала почти идеальное состояние.

— Сколько лет этому месту? — спросил Петрович.

— Судя по виду — много. Судя по износу — вчера построили.

— Мне это всё уже не нравится.

— Ты эту фразу сегодня часто говоришь.

На отметке примерно пятнадцать метров лестница закончилась металлической дверью. На ней висела эмалированная табличка:

ПОСТОРОННИМ ВХОД ВОСПРЕЩЁН

Ниже мелкими буквами:

ГАСН, участок № 0.

— ГАСН, — прочитал Петрович. — Государственный архитектурно-строительный надзор?

— Может, «Городская аварийная служба…» чего-нибудь.

Сергей толкнул дверь. Но она не открылась.

Диагностика:

МЕХАНИЧЕСКАЯ БЛОКИРОВКА

ПИТАНИЕ: ОТСУТСТВУЕТ

ЛОКАЛЬНЫЙ РЕМОНТ ДОСТУПЕН

— Вот тут я хотя бы понимаю, что делать.

Он применил Локальный ремонт. Стоимость — одна единица резерва. Внутри двери щёлкнул древний электромагнитный замок. Сергей осторожно нажал ручку.

За дверью загорелся свет.

Не вспышкой, а последовательно: первая лампа, вторая, третья, уходя вдоль коридора. Почти как в чужом пространстве за лифтом, только здесь не было ощущения угрозы. Скорее старое помещение просыпалось после долгого ожидания.

Коридор оказался коротким. Справа — три двери, слева — склад, в конце большое помещение с окнами диспетчерской. На стенах висели пожелтевшие плакаты по электробезопасности, схема эвакуации и доска с инструментами. Всё покрывал тонкий слой пыли, но воздух не был затхлым.

Сергей провёл пальцем по столу.

— Кто-то здесь бывает.

— Почему?

— Пыли мало.

Диагностика сказала точнее:

ПОСЛЕДНЕЕ АКТИВНОЕ ОБСЛУЖИВАНИЕ: 12 ЛЕТ 7 МЕСЯЦЕВ НАЗАД

Сергей замер.

— Ладно. Может и не бывает.

— Что?

— Система говорит, двенадцать лет никто не обслуживал.

— А пыли чего так мало?

— Потому что здесь даже грязь, видимо, оседает по инструкции и строго в регламентированном количестве.

Они вошли в центральную комнату. На дальней стене крупными металлическими буквами было написано:

ГОРОДСКАЯ АВАРИЙНАЯ СЛУЖБА ОСОБОГО НАЗНАЧЕНИЯ

Петрович присвистнул.

— ГАСОН.

— Мы почти угадали.

Под названием висел старый герб СССР, но без привычного лозунга. Вместо него на металлической ленте была выбита фраза:

«УСТОЙЧИВОСТЬ — ЭТО РАБОТА»

Сергей прочитал и невольно усмехнулся.

— Вот теперь точно коммуналка.

В помещении стояло шесть рабочих столов. На каждом — старые телефоны, лампы, папки, схемы. На стене большая карта города с множеством лампочек. Большинство не горело. Двенадцать светились зелёным,