Жизнь После - Василий Сергеев
Мадара, остановившись на месте еще при первых звуках чужой речи, равнодушно смотрел прямо в огонек висевшей в углу камеры. Казалось, он просто ждал.
— Я всегда уважал силу. Я предлагал лишь сотрудничество, и если оно вам не интересно, пусть будет так. Но я не позволю обращаться с собой в таком духе. Если вы планируете захватить это место, боюсь, вам придется пересмотреть свое решение.
Шиноби чуть склонил голову набок, по-прежнему просто наблюдая за камерой.
— Не вы первый, кто решается на подобное. Но, как и остальные, даже в случае успеха, вы не получите ничего. Каждое из моих творений надежно защищено как от предательства, так и от попадания в чужие руки. Мне достаточно просто пожелать, и это место станет одной общей могилой. Если же умру я — они закончат свой путь точно так же. Захватите меня, попробуете принудить к сотрудничеству — и снова их ждет смерть, всего через двадцать часов. Хотите собранную мной информацию? Ситуация аналогична. Вы не сможете получить даже само это место, просто в качестве трофея. Весь корабль начинен большим количеством взрывчатки, равный десятку авиационных бомб в тротиловом эквиваленте. Даже если вы выживете при взрыве, то, затратив столько усилий, все равно останетесь ни с чем. Стоит ли оно того? — вещавший через систему корабельной связи взял паузу, словно бы давая молчаливому гостю возможность обдумать последние слова. После чего, спустя еще минуту, заговорил вновь:
— Я предлагаю вам просто развернуться и уйти, пока мы с вами еще не дошли до крайней черты. Давайте забудем о том, что произошло между нами, после чего каждый просто будет следовать своему пути. Это мое последнее предложение, поэтому хорошенько подумайте над ним. В противном случае, не вините меня за грубость.
— Слишком много болтаешь, насекомое, — демонстративно поковырялся в правом ухе шиноби, словно бы прочищая его ото всего услышанного только что бреда. — Зачем мне уходить? Я же сам так старательно раскидывал своих клонов по стране, даже заставил главу местного Анбу слить об этом информацию каждому из отобранных мной лично кандидатов. Вини лишь себя, что ты оказался самым жадным из них, и первым угодил в мою ловушку.
— Ты все равно не получишь ничего, так зачем?.. — теперь в обезличенном голосе угадывалось куда больше эмоций — и страха, и неуверенности. Он даже слегка дрожал. — Давай просто договоримся? Я отдам тебе все коды доступа, если ты предоставишь мне необходимые гара…
— Ты об этой куче брусков, что складированы около главного двигателя? Чему вас только тут учат? Так бездарно размещать всю взрывчатку в одном месте, вместо того, чтобы сделать замкнутую, чувствительную к малейшему внешнему вмешательству систему уничтожения. Прости уж, я позаботился об этой мелочи. — равнодушно произнес больше не смотревший в камеру Учиха Мадара, легкими движениями отряхивая рукав своей куртки от видимых лишь ему одному мелких соринок. — А твои так называемые чипы контроля? Идея так себе, хотя за состав яда я тебя похвалю, насекомое. Мне пришлось потратить целых два часа, чтобы подобрать для него наиболее эффективное противоядие. А для шиноби моего уровня это уже какой-никакой но показатель.
Шиноби буквально ощутил, как волна неверия и сумасшедшей надежды прокатилась по стоявшим поблизости Вдовам сразу после его слов. Окинув женщин коротким оценивающим взглядом, он кивнул сам себе, довольный увиденным. Ощутил с помощью сенсорики, как многочисленные небольшие бутоны на тончайших ветвях, буквально заполонившие всю корабельную вентиляцию, неспешно распускаются, превращаясь в красивые светло — фиолетовые цветы, чем-то напоминающие Короставник. А после снова заговорил, вот только теперь его голос странным образом звучал буквально повсюду под куполом:
— Кстати, я как раз закончил распылять по всему кораблю этот самый антидот. Разве не замечательно? А теперь, так называемые Вдовы, раз уж вы все получили столь желанную вами свободу. Покажите мне, был ли я прав, сняв эти нелепые ошейники и оставив всех вас в живых. Можете развлекаться так, как пожелаете. Без рамок, без ограничений. Дайте волю своим эмоциям, ибо я, Учиха Мадара, даю на это свое разрешение.
— Убейте его! Это приказ! Код 0! Я приказы… — надрывался наконец-то опомнившийся механический голос в динамике, отдавая одну команду за другой, но никто уже не обращал на него никакого внимания. Слишком поздно.
Парой этажей ниже, еще недавно смирно стоявшая у стены молодая девушка с маниакальным блеском в глазах буквально растерзала поджарого, весьма мускулистого военного, раз за разом вонзая в уже не сопротивлявшееся тело своего персонального тренера и мучителя обычные канцелярские ножницы.
Через несколько секций от нее пара женщин слегка за тридцать с легкостью расправилась с пятью вооруженными военными, с изяществом перерезав каждому из них горло и избежав при этом попадания даже малейшей капли крови на свою одежду.
Четверо пятнадцатилетних девчат буквально облепили собой преподававшую им искусство соблазнения пожилую полную женщину, раз за разом полосуя ее заточенными заколками, служившими тренировочными образцами для отработки скрытных убийств.
Двойка самых старших Вдов, сохраняя изрядное хладнокровие, все это время пробивалась к центру управления, где засел сам генерал Дрейков. Они буквально изнывали от желания вновь пообщаться с ним лицом к лицу.
И подобные этим сцены происходили практически по всему кораблю. Однако Мадара уже не обращал на это внимание, поскольку к нему вернулась чакра одного из двух теневых клонов, предусмотрительно оставленных с Цуме и остальными.
Он уже ощущал ранее, когда удалялся от оставшейся позади охраны, появление пары сильных аур, объем одной из которых весьма его впечатлил. На доли секунды мужчина даже захотел вернуться и лично оценить, что именно представлял из себя только прибывший мутант. А это, судя по ощущениям, был несомненно он. Однако объем его «жизненных сил» был все же не настолько впечатляющ, чтобы откладывать ради него почти завершенное дело.
И все же этот идиот, и не подозревающий об оказанной ему милости в виде оставленной жизни, решился не только следовать по его пути, притащив за собой всю оставшуюся охрану. Он посмел покуситься на его дитя, отправив туда своего товарища.
Мадара медленно выдохнул, чувствуя все нарастающее раздражение от того, что очередное насекомое возомнило себя достаточно способным, чтобы быть вершителем его судьбы.
Что же, если этот жалкий червь не ценит дарованную ему жизнь, значит — он ее и не достоин.
* * *
Себастьян Шоу сделал медленный глоток из только