2:5030/Эльф. Нежданный коннект - Станислав Миков
В выцветших глазах архимага заплескалась неподдельная паника. Он столкнулся с технологией, которая безжалостно рушила основы его стройной картины мира.
— Первозданный Свет, милостивый и всепрощающий, защити мой скудный разум, — сдавленно прошептал Арантир, отшатываясь от стола. — Это не демоны, мой принц. Это обрывки их коллективной переписки. Ужасающе дефектной переписки, где инструмент калечит мысли творца...
Старец резко развернулся и бросился к принесенным гримуарам, в спешке едва не опрокинув локтем колбы со звездным светом. Сухие, узловатые пальцы старца начали с лихорадочной, пугающей скоростью листать ветхие, рассыпающиеся в мелкую пыль страницы тяжелых справочников. Арантир отчаянно, судорожно искал хоть малейшие визуальные совпадения этих земных символов с известными ему оккультными, запретными или давно мертвыми алфавитами мультивселенной. Пыль веков густым облаком поднялась в воздух, хаотично танцуя в лучах изумрудного света, льющегося от экрана.
— Этого просто не может быть! Это физически невозможно! — сорвался на высокий, истеричный крик архимаг, бросая очередной бесполезный том и начиная бегать вокруг стола мелкими, суетливыми, совершенно нелепыми шажками. — Их структуры данных не поддаются никакой логике эфира! Я пытаюсь проанализировать эти ряды сквозь призму классической мантики. Это... это какой-то чудовищный, неестественный астральный сдвиг регистров! Они используют несовместимые энергетические матрицы, которые пожирают сами себя! Кодировка их проклятого мира не ложится на наши базовые руны понимания. Происходит фатальное, необратимое искажение смысловых потоков на самом глубоком уровне! Дерево не понимает логики их железа! Мой бедный светляк сходит с ума и транслирует ложные эманации!
Старец в отчаянии взмахнул длинными рукавами испачканной мантии, чуть не выбив из собственных ослабевших пальцев очередной древний фолиант в медном переплете.
— Этот язык не демонический, Ваше Высочество! О, если бы он был просто демоническим! Он нелогичен до последней буквы! Это ошибка самого мироздания, возведенная этими дикарями в закон!
На протяжении всей этой истеричной, брызжущей слюной тирады Иллиэль продолжал неподвижно сидеть в своем глубоком кресле. Он даже не шелохнулся, ни один мускул не дрогнул на его лице. Его руки по-прежнему расслабленно покоились на подлокотниках. На лице принца застыло спокойствие бессмертного существа, которому некуда спешить. Иллиэль смотрел на мечущегося по комнате, обильно потеющего и сыплющего непонятными псевдонаучными терминами старого архимага, и в уголках его губ таилась едва заметная, холодная полуулыбка. Ему нравилось наблюдать, как в прах рассыпаются догмы, в которые этот старый глупец верил тысячелетиями. Это был маленький, живой сбой в мертвом царстве идеальной симметрии. Иллиэль упорно молчал. Он не задавал вопросов и не давал советов. Он просто ждал, когда слуга, доведенный до отчаяния, найдет решение возникшей проблемы.
* * *
Арантир замер посреди покоев, тяжело втягивая воздух. Он с отвращением посмотрел на раскрытый фолиант и просто разжал пальцы. Тяжелая медь переплета грохнула о безупречный белый пол, подняв облачко пыли. Старый архимаг осознал абсолютное бессилие. Классическая эльфийская магия не могла исцелить этот машинный бред. Чтобы придать уродливым символам смысл, требовалось создать противоестественный конструкт — грубую таблицу подмен и энергетических соответствий.
Пальцы мага, скрюченные от напряжения, вычерчивали в воздухе рваные, пульсирующие линии. В астральном потоке, окружающем искаженные послания, Арантир уловил незримые паразитические печати, ломающие форму знаков.
— Вин-двенадцать-пятьдесят-один… Кои-восемь-эр… Си-пи-восемьсот-шестьдесят-шесть, — с содроганием прошептал он, выплевывая эти звуки так, словно перечислял имена заразных, уродливых бесов.
Эти клейма он безжалостно вплетал в новую структуру, сшивая запретные иллюзии с рунами сдвига восприятия. Маг на ходу формировал чудовищный узел-конвертер, заставляя больную чужую логику насильно проецироваться на гармонию эльфийского алфавита.
Иллиэль наблюдал за метаниями слуги с холодным, почти осязаемым удовольствием. Принц глубоко откинулся в кресле. Его восхищало то, как тысячелетиями выверенная магия рушится под натиском угловатого хаоса с другого конца вселенной. Земные символы оживали, ломая привычный порядок, и это стоило любых затраченных усилий.
Завершив плетение, Арантир резко толкнул ладони вперед. Ядовито-фиолетовый геометрический узор с шипением врезался в переднюю панель Бежевого Ящика и без остатка впитался в древесину.
Артефакт ответил громким треском ломающихся магических связей. Световые пятна на экране забились в бешеной пляске, меняя цвет с грязно-багрового на болезненно-желтый. Центральное ядро из концентрированной маны захлебнулось. Непрерывный, потоковый перевод чужеродных структур сжигал ресурсы импровизированного вычислителя. Бежевый Ящик раскалился до предела. Древесина застонала, и из узких щелей вокруг золотых жил-шлейфов повалил едкий черный дым, пахнущий жженой вековой щепой и горелым озоном.
— О боги Первозданного Света, он сейчас рванет! — вскрикнул Арантир, в ужасе отпрыгивая от стола на добрых два метра.
Опытный глаз мага сразу распознал критический перегрев системы. Животный ужас ледяной хваткой сдавил горло старца. Он панически, до унизительной дрожи в коленях боялся этой нелогичной, чуждой, абсолютно непонятной ему «технологии», которую сам же, своими собственными руками и породил. Арантир был абсолютно уверен, что через несколько ничтожных мгновений перегретое ядро детонирует, и этот проклятый ящик разнесет половину дворца, устроив чудовищный магический пожар, который спалит личные покои наследника престола дотла.
— Ваше Высочество, умоляю, нужно немедленно разорвать связь! — завопил маг в панике, инстинктивно протягивая трясущиеся руки к артефакту, но не решаясь к нему прикоснуться из-за нестерпимого жара. — Он сейчас взорвется и обратит нас в пепел!
Иллиэль, даже не шелохнувшись в своем кресле и не отводя завороженного взгляда от меняющихся на экране красок, лишь коротко, предостерегающе поднял указательный палец левой руки, категорически запрещая прерывать сеанс. Связь с новым миром должна была быть сохранена любой ценой, даже если ради этого придется пожертвовать половиной дворца.
Осознав, что приказ не обсуждается и отступать попросту некуда, Арантир в абсолютном отчаянии принял решение прибегнуть к радикальным мерам. Если это чудовищное устройство горит, его нужно было остудить. И немедленно. Не тратя драгоценные секунды на раздумья, маг обратился к самому мрачному разделу своего арсенала — к чистой боевой магии. Он выхватил из глубин памяти конструкт разрушительного заклинания стихии льда, Руну Охлаждения Снежной Бури, которая в древние, кровавые эпохи использовалась исключительно для того, чтобы мгновенно замораживать насмерть целые вражеские легионы. Сложив пальцы правой руки в агрессивный, ломающий суставы жест, Арантир с первобытной силой впечатал сияющую ослепительно-синим светом ледяную руну прямо в верхнюю, почерневшую и дымящуюся крышку Бежевого Ящика.
В момент прямого контакта могущественной боевой магии с раскаленным деревом произошел резкий, бьющий по ушам вакуумный хлопок. Температура воздуха вокруг белого мраморного стола мгновенно, за долю секунды, упала глубоко ниже