Тени Великого Королевства - Артем Бах

— Всё-таки лич, — сдавленно произнёс Тимур, поигрывая пальцами костяной руки в тщетной попытке успокоить свои нервы.

Сидящий на троне лич приподнял свободную руку, и в неё тут же врезалась пара ворон, которые преобразовались в раскрытый толстый фолиант.

— Возможно, сейчас он будет читать заклинание, — прошептал Чумной Доктор, уже успев смириться с превратностями судьбы и с собственным бессилием.

Повелительница нежити внушала страх. Она играючи управлялась с магическими потоками, и её сила не вызывала никаких сомнений. Понадеяться на то, что мы сумеем с ней совладать столь малой группой авантюристов, было очень серьёзной ошибкой.

Лич провёл костлявым указательным пальцем по книге, а затем вновь поднял взгляд на нас. Инстинктивно мы с Кириллом тут же положили ладони на рукояти наших клинков, а Тимур отшагнул назад, и лишь Азрия смотрела на повелительницу мёртвых непоколебимо. Лич приоткрыл свою челюсть, из его пасти вырвался всполох зелёного пламени.

— Внемлите голосу восходящей королевы! — разнёсся по всей округе необычайно громкий и холодный шёпот, от которого я невольно вздрогнул. — Власть церкви Солнечного Императора подходит к концу! «Праведный» огонь больше не будет лакомиться плотью! Король Великого Королевства отныне не властен над своими подданными! Он больше не определяет, кто будет гореть на кострах, а кто — замерзать посреди безжизненной холодной пустоши! Эпоха Солнца завершается!

Нам потребовалось несколько секунд, чтобы совладать с эмоциями и переварить услышанное. Лич вновь опустил взгляд на свой фолиант и принялся быстро перелистывать страницы.

— Эпоха Солнца? — шёпотом переспросил я у Азрии.

— Так называется текущая эпоха, которая длится с той поры, как последние служители Первородного Бога ушли в другие миры или скрылись за магическими барьерами в своих городах, — пояснила рогатая воительница.

— Повелительница нежити считает, что с её возвышением настанет новая эпоха?

— Судя по всему, — мрачно ответил Кирилл.

Я тревожно посмотрел на мёртвую королеву и приметил странную деталь: на её голый череп опустилась вполне себе обыкновенная муха. Муха не сгорела и не умерла от ауры негативной энергии, а лишь мирно сидела посреди охваченной зелёным огнём макушки лича, потирая свои передние лапки. Лич вновь посмотрел на меня, и я осознал, что от нас ждут какого-то ответа.

— Всё, чего мы хотим, — это избежать войны, которая унесёт тысячи жизней! — решительно воскликнул я. — Мы надеемся, что конфликт может быть решён мирно, но если это не так, то…

Совладав со внутренним страхом, я вынул из ножен Созывателя и молча указал лезвием своего клинка на череп королевы. Тимур и Кирилл опасливо покосились в мою сторону.

— Ты, верно, думаешь, что я страшусь тебя и твоего меча, смертный! — вновь разнёсся шёпот, и лич поднялся со своего трона, выпрямившись во весь свой двухметровый рос. — Ты наивно полагаешь, что твои имбалансные способности тебя защитят! Ты забываешь, что перед тобой…

— Имбалансные? — недоумённо переспросил я, нечаянно перебив повелительницу нежити и склонив голову набок. — Погоди… Ты что, тоже являешься иномирцем?

Лич замолчал и одарил меня угрожающим холодным взглядом.

— Нас раскрыли! — внезапно раздался из его пасти совершенно другой хриплый, мужской голос, который явно не имел ничего общего с шёпотом.

Череп повелительницы нежити отделился от тела и взмыл в воздух, а затем стремительно улетел внутрь дворца. Само же тело попыталось поймать свою взбунтовавшуюся голову и резко взмахнуло рукой, но результат получился неудовлетворительным: рука вылетела из мантии, шмякнулась на одну из ступеней, а затем медленно поползла обратно к личу на своих пальцах.

— Какого хрена здесь происходит? — растерянно проговорил Кирилл.

Окружавшая нас толпа начала перешёптываться, некоторые орки и северяне потянулись к оружию, но раздавшийся шёпот их быстро вразумил.

— Никто не тронет моих гостей без моего приказа! — безголовый лич вставил свою потерянную руку обратно в рукав, а затем махнул ей, жестом приказав нам следовать за собой. — Мы продолжим разговор в моих покоях.

Всё ещё пребывая в недоумении от происходящего, но порешив, что оставаться в окружении сотен мертвецов и множества недобро смотрящих на нас шаманов может оказаться не самой удачной идеей, мы последовали за повелительницей нежити. Костяные ступени лишь едва слышно поскрипывали под нашим весом, оказавшись на удивление прочными. Когда же мы поднялись по лестнице, лич уже скрылся внутри своего дворца, двое из четвёрки стражей разошлись в стороны, уступив нам дорогу, а другие двое раздвинули перед нами шторы на входе.

Обстановка внутри оказалась на удивление уютной, хоть и всё ещё отдавала смесью варварства и готики. Мебель была исполнена из грубой древесины, но была покрыта очень изящной и тонкой резьбой, напоминавшей рунную письменность. Шкафы и тумбы были украшены множеством раскрашенных костяных фигурок, очень похожих на различных персонажей популярных видеоигр, аниме и мультиков. Под потолком повсюду летали светящиеся огоньки, создающие тёплое освещение. Большинство дверных проёмов были перекрыты шкурами, но в некоторых стояли деревянные двери. На входе лежал белый пушистый коврик, о который было жалко вытирать ноги.

Возле шкафа в прихожей я приметил ту самую «королевскую мантию», которую мы видели на личе, вот только сейчас она была вся изгвазданной, рваной и местами проеденной насквозь насекомыми. Рядом с ней валялась берцовая кость, а также пара скелетных рук, одна из которых ползла вперёд по коридору, а другая указывала пальцем ей вслед. Переглянувшись, мы какое-то время помялись в дверях, а затем сняли сапоги и уже без обуви проследовали за уползающей рукой.

Комната, в которой мы оказались, напоминала столовую. Здесь было множество шкафов с деревянной и костяной посудой, массивный дубовый стол посередине, а также семь стульев: шесть грубых и неотёсанных и один эльфийской работы, изящный и тонкий. Именно на последнем сидела настоящая повелительница нежити.

Ею оказалась молодая девушка с очень миловидным лицом и голубыми глазами. Среди её длинных, прямых волос, что были чернее ночи, затесалась ярко-красная прядь, переходящая в чёлку. Ногти незнакомки были длинными и покрашенными в чёрный цвет, поверх которого была изображена белая паутинка. Особенно аутентичным вид девушки становился благодаря облегающему платью, целиком покрытым тёмными перьями, которое хорошо подчёркивало достоинства её женственной фигуры.

Впрочем, дочь Реймонда Ланге научила меня тому, что внешность бывает обманчива, и я не позволял себе расслабиться. Моему расслаблению также мешал облачённый в кожаную броню и походную одежду скелет, который неподвижно сидел за столом и держал