Настоящий извращенец - Константин Владимирович Ежов

Парень посмотрел на пацана, и на его губах мельком проскользнула ироничная ухмылка. Тараканы, говоришь? Он усмехнулся и просто сделал шаг вперед. Картинка тут же пошла помехами, затрещала и развалилась на пиксели.

Первый этап — зачет автоматом!

Второй этап — проверка боевых параметров.

В пустоте перед Лисицыным соткался силуэт. Не успела тень даже руку вскинуть для атаки, как Лисицын лениво повел ладонью и выдал один-единственный шлеп. Спаринг-партнер разлетелся на тысячи искр, даже не поняв, за что его так.

— Второй этап пройден, — бесстрастно отчеканил Искусственный Интеллект. — Оценка: идеально.

Лисицын смахнул пылинку с рукава.

На третьем этапе проверяли соображалку. Перед ним повис огрызок древней методики. Парень смерил его быстрым взглядом, выждал три секунды для приличия и начертал в воздухе недостающие каналы.

Искусственный Интеллект на мгновение поперхнулся паузой, а потом выдал:

— Третий этап пройден. Оценка: идеально. Дописанная практика совпадает с оригиналом на сто процентов. Активирован скрытый куш.

Перед Лисицыным с глухим стуком вывалилась горка крупных кристаллов и пару пухлых фолиантов. Парень даже взгляд на них не задержал и просто шагнул дальше.

Четвертый этап.

Пятый.

Шестой, седьмой, восьмой…

Он щелкал эти испытания как сухие семечки. Те самые тесты, на которых Светлана Власова с Еленой Ненашевой жилы рвали и зубами скрипели, для него оказались детской забавой.

Когда затихли эхо восьмого уровня, Искусственный Интеллект долго молчал. В виртуале висела тишина. Наконец голос произнес:

— Открыт девятый этап. Финальное испытание: познай самого себя.

Лисицын усмехнулся. Познать себя? Ну-ну, давай попробуем. Декорации тут же схлопнулись. Он оказался в бесконечной черной пустоте, где только под ногами теплился пятачок света. Чуть вдалеке из тьмы сгущалась плотная тень. Секунда — и напротив встал его точный клон. То же лицо, то же телосложение, та же осанка. Вот только моща от двойника фонила куда серьезнее.

Лисицын прищурился. Выше этапа Сократа?

Клон открыл глаза и смерил его тяжелым взглядом:

— Пришел-таки? — Голос один в один, не отличишь. — Долго же я тебя ждал.

Лисицын молчал, внимательно разглядывая копию.

— Гадаешь, откуда во мне столько силы? — хмыкнул двойник. — Да потому что я — это все твои нераскрытые возможности. Твое прошлое, настоящее и то, кем ты должен стать.

Он сделать шаг вперед, и воздух вокруг задрожал:

— Сколько ты уже торчишь на пике этапа Сократа? Триста лет? Или того больше? Мечешься, ищешь прорыв, а толку чуть. А знаешь почему? Ты просто ссышь. Боишься того, что ждет тебя за этой чертой. Ты привык быть самым крутым парнем на деревне, тебе комфортно на этой вершине. И ты до смерти боишься потерять этот статус, когда шагнешь дальше.

Лисицын молча выслушал этот поток откровений, а потом коротко хохотнул:

— Выговорился?

Клон осекся.

Парень поднял руку, и на пальцах мгновенно соткалась густая дымка:

— Больно много треплешься.

И со всей дури засадил ладонью вперед. Двойник вскинул руку в ответном ударе. Ладони столкнулись.

Бабах!

Вся подземная пустота заходила ходуном. Лисицына отбросило назад на три шага, а вот клон даже не шелохнулся. В глазах Лисицына вспыхнул азарт. Вот это да. Настоящий соперник! Он уже и забыл, когда в последний раз его кто-то заставлял отступать хотя бы на шаг.

Клон смерил его с такой же ироничной ухмылкой:

— И это все?

Секунда — и двойник материализовался прямо перед носом, всаживая кулак ему в грудь. Лисицын вильнул корпусом, уклоняясь, и одновременно рубанул ладонью клону по шее. Тот даже не подумал уворачиваться: принял удар на грудь и ответил жестким хуком в плечо.

Оба отскочили.

Лисицын глянул на свое плечо — кость хрустнула и ушла в сторону. Он крутанул суставом, и с сухим щелчком все встало на место. Клон точно так же крутанул шеей и мгновенно восстановился. Они уставились друг на друга и в один голос заржали.

— Забавно, — выдохнул Лисицын.

— Не то слово, — отозвался клон.

И они снова сошлись в бешенной схватке. Это была уже не разминка, а лютая бойня. В кромешной тьме две тени сходились, разлетались и снова таранили друг друга. От каждого удара пространство трещало по швам, а далёкие искры звезд рвались в клочья от взрывных волн.

Лисицын ударил наотмашь, выплеснув энергию, которая рассыпалась сотней плетей. Клон крутанул рукой и выставил точно такие же. При столкновении они гасили друг друга, оставляя в воздухе метки миниатюрных черных дыр.

Лисицын сделал шаг, зашел с тыла и всадил кулак двойнику между лопаток. Но тот, даже не оборачиваясь, встретил удар своим локтем.

Бум! Их опять разнесло в разные стороны.

Лисицын тяжело дышал, не сводя глаз с противника. Силен, гад. Дело было даже не в физической дури, а в том, что этот черт читал его как открытую книгу. Все его финты, все заготовки — клон знал всё наперед. Впечатление было такое, будто колотишь собственное отражение в зеркале, только это отражение дерется чуть умелее.

— Что, сдулся? — усмехнулся клон.

Лисицын молчал. В голове неожиданно щелкнула одна деталь. Если этот тип говорит, что он — сборка всех его потенциалов, значит… Он умеет делать все то же самое, плюс кое-что сверху?

Двойник, будто прочитав его мысли, расплылся в довольной роже:

— Соображаешь. Я знаю то, до чего ты еще не дорос.

Он поднял руку, и на его ладони сформировался светящийся шар. Это была не обычная энергия — нечто совершенно незнакомое, от чего у Лисицына мурашки побежали по спине.

— Это сила следующего уровня, — отчеканил клон. — Уровень Перерождения.

И засадил этим шаром прямо в Лисицына. Зрачки парня сузились. Он попытался уклониться, но светлый сгусток все-таки зацепил левое плечо. Левая рука испарилась мгновенно. Не оторвалась, не обуглилась — просто исчезла, будто ее никогда и не было. Ни капли крови, только пустой рукав.

Лисицын глянул на пустую пройму, помолчал секунду… а потом расхохотался. Громко, во все горло, на всю подземную залу.

Клон даже опешил:

— Ты чего ржешь?

Лисицын поднял глаза:

— Сила Перерождения, говоришь? Ну теперь-то я понял.

Пустой рукав дернулся, и новая рука выросла мгновенно, за долю секунды, без всякой задержки.

Двойник вытаращился на него:

— Ты… ты что, пробился?!

Лисицын стоял прямо, и аура вокруг него поплыла. Барьер, удерживавший его триста лет на одном месте, пошел трещинами и рухнул в труху. Из самых глубин организма хлынула такая мощь, по сравнению с которой все