Великий диктатор 1-5 - Alex Berest

— Откуда тогда он узнал про тебя?

— От Джеймса Ларкина.

— Кто это такой?

— Ирландец. Глава профсоюзов плотников Нью-Йорка. Мы вместе с ним работали на стройке.

— Хорошо. К ирландцу мы вернёмся позже. Зачем этот Курт Янке помог устроиться тебе в армию США?

— Мне тогда очень нужны были деньги. Подходил срок оплаты за жильё, да и Марта была беременна вторым ребёнком, — заюлил бывший австриец.

— Майкл, мы же договаривались. Правду и только правду. И тогда мы тебя с женой и детьми отправим в Бразилию и поможем там устроится. Или ты хочешь по-плохому? — прищурив один глаз, как будто прицелившись, поинтересовался Вейкко Сиппола.

— Да-да. Конечно. Я помню. Мистер Янке, устраивая меня в департамент, хотел получать копии документов по поставкам боеприпасов и вооружения в Англию и Францию. А после начала войны он захотел, чтобы я собирал сведения о перевалочных складах.

— И он же тебе приказал устроиться на базу «Чёрный Том»?

— Да. И не просто самому перевестись из Джерси-Сити, а помочь устроить на эту базу Джека Бишопа.

— Кто это такой и как ты это смог устроить? — уточнил Вёйкко.

— Мне передали девятьсот долларов на взятки. И благодаря им я смог перевестись сам и взять себе ординарцем Бишопа. На самом деле он никакой не Бишоп. Это германский морской офицер. И зовут его — Лотар Вицке.

— И как ты это узнал?

— Он не умеет пить и очень быстро пьянеет. И однажды он мне рассказал кто он такой и как попал в Америку. Оказалось, что он раньше служил лейтенантом на крейсере «Дрезден». И попал в плен в Чили. Сумел бежать и, добравшись до Сан-Франциско, обратился за помощью к Курту Янке. И тот — тоже агент прусской разведки.

— Вот так просто рассказал? — удивился финн. — И почему именно прусской?

— Ну, он тогда очень пьяным был. И совершенно не помнил на следующий день, о чём мы говорили, — пожал плечами допрашиваемый. — А почему прусская, я не знаю. Просто передал его слова вам.

— Этот Бишоп-Вицке, где он живет и где его найти можно?

— Он сегодня выходной. Квартирует в доходном доме миссис Кларк, номер двенадцать, что на Западной улице в Джерси-Сити.

— Отлично, — Вейкко записал полученную информацию на отдельном листке и, приписав распоряжение о немедленном захвате, передал лист своему помощнику. — Продолжим, мистер Кристофф. Откуда у вас взялись зажигательные бомбы, и что вы должны были с ними сделать?

— Просто пронести. Я всегда их просто проносил. А на суда их подбрасывал Бишоп.

— Так это не первый раз?

— Пять или шесть раз я уже проносил. Я не помню. Может и больше. Раньше военная охрана не досматривала служащих. Но я сам, лично, никогда…

— Я верю вам, — ободряюще улыбнулся допрашиваемому Вейкко Сиппола. — Давайте вернёмся к вопросу — откуда вы брали эти бомбы?

— Мне их передавал Эмиль Гаше, швейцарец. А делают их в Нью-Йорке, прямо на борту лайнера «Фридрих Великий», который американцы интернировали в 1914 году.

— И откуда вы всё это знаете? Неужели опять Бишоп проболтался?

— Да, именно так, — истово закивал головой Майкл Кристофф. — Он много чего рассказывал. А я всё запомнил.

— Прекрасно. Поведаете нам об этом? А мы подкинем вам денежек на обустройство в Бразилии, — пообещал Вейкко и, положив перед собой новый лист бумаги, приготовился записывать.

Глава 7

1 августа 1916 года. Французско-Итальянская граница. Окрестности городка Новалеза.

— Мой генерал, здесь небезопасно. Итальянские снайперы могут вас подстрелить, — в очередной раз начал свою мантру Шарль де Голль.

— Да кому мы нужны, капитан? — недовольно проворчал генерал Петен, обернувшись к своему адъютанту. — Итальянцам сейчас не до нас. Вы, лучше, пошлите ещё людей, узнать как продвигается ремонт дороги.

Запланированное наступление на Турин Петен начал на двое суток раньше, чем это было запланировано в генеральном штабе. Итальянцам явно были известны даты французского наступления, и они к нему готовились. Что и вылилось в сегодняшнюю проблему.

За два дня наступления французские части с приданными им на усиление русским корпусом и колониальными дивизиями смогли прорваться по дороге от Ченизо до Джальоне. Что позволило к вчерашнему вечеру выйти на окраины городка Суза. Откуда начиналась железная дорога на Турин. И создать угрозу для восьмого итальянского корпуса, оборонявшего выступ Бардонеккья — Улькс.

Год назад Петен, приняв новый фронт, был в полнейшей панике от местного театра боевых действий. Генерала никто не учил воевать в горах. Пару раз даже мелькали предательские мысли подать рапорт на отпуск для поправки здоровья после полученного ранения в Париже и, тем самым, снять с себя ответственность за итальянский фронт. Но он смог себя пересилить и, несмотря на сложные условия, даже провести пару удачных зимних операций.

Первая операция, которую он смог осуществить в феврале, позволила срезать выступ фронта по государственной границе вдоль средиземноморского побережья. Силами двух марокканских дивизий Петен прорвал фронт в окрестностях Ментоны и, форсировав Ройю и Нервию, вышел к окраинам Сан-Ремо. Итальянцы никак не ожидали такой прыти от нового командующего фронтом, поэтому и сопротивление было хаотичным и неорганизованным. Что обусловливалось ещё и тем, что в городе Кампороссо части третьей алжирской кавалерийской бригады смогли взять в плен штаб сорок девятой пехотной дивизии вместе с её командиром, генералом Армандо Витторио Диасом.

Вторая операция, несмотря на отсутствие такого размаха и результата, как у первой, была намного важнее. Собранные со всей горной границы пограничники, имевшие хоть мало-мальский опыт передвижения в зимних горах, должны были овладеть двумя тоннелями. Железнодорожным Мон-Сенийсским и шоссейным Суза. В итоге, удалось взять только шоссейный, так как железнодорожный оказался взорванным. И именно через оставшийся шоссейный тоннель и развивалось летнее французское наступление на Сузу и Улькс, что позволяло не спускаться в узкое и хорошо укреплённое ущелье, а, обойдя его по высокогорной дороге, попытаться вынудить противника сдаться.

Но сегодня утром итальянцы, используя большое количество аэропланов, разбомбили часть горного склона, обрушив участок железной дороги и шоссе. Хорошо хоть, что построенный ещё при Наполеоне I шоссейный тоннель, оказался подходящей ширины для пропуска автомобилей, броневиков и русских танков. И именно они сейчас и штурмовали итальянские укрепления в Новалезе.

— Мой генерал, донесение от командующего десятым корпусом, — вновь побеспокоил своё начальство капитан Де Голль, получив бумагу от посыльного.

— Читай, капитан. И погромче, — отдал приказ Петен, не поворачиваясь к своему подчиненному, увлеченно рассматривая в мощный бинокль, как огнемётный танк выжигает очередную позицию итальянцев.

— Генерал Дюшен докладывает, что первая русская дивизия взяла Сан-Ремо, и его корпус начинает движение на Таджу