Тени Великого Королевства - Артем Бах

Орк недобро взглянул на своего спутника, а затем медленно перевёл взгляд обратно на меня.

— Вы не ослышались, — произнёс Алиагосс. — И мой долг первого защитника велит мне устранить угрозу королеве в вашем лице.

— Да что он несёт? — спросил у меня Кирилл. — Какое ещё государство посреди безжизненного болота?

Из пруда рядом с эльфом внезапно выпрыгнула крупная пиявка. Я не успел и глазом моргнуть, как Алиагосс выхватил один из своих мечей и рассёк пиявку в воздухе на две половины, не сводя с нас глаз.

— Хватит болтать! — громогласно прорычал орк. — Отсюда уйдут лишь сильнейшие! Двое из нас умрут!

— Я выражаю уважение достойным противникам, неотёсанный ты варвар, — сказал Алиагосс бугаю. Тот злобно зарычал в ответ, но, к моему удивлению, большей агрессии не проявил.

— Много! Лишних! Слов! Биться! Пришла пора биться!

— Кажется, наш новый знакомый не способен выражать длинные мысли, — заметил Кирилл. — Думаю, не стоит нам утруждать его… О, чёрт!

Глаза падшего паладина округлились, когда огромный бугай ринулся на него, занося свой огроменный топор. Кирилл выставил перед собой адамантиевый щит и принял боевую стойку, готовясь принять удар на себя.

Подобный удару колокола оглушительный звон разнёсся по болотам. Кир сдержал массивный топор, проехавшись два метра по грязи на латных ботинках. Орк перевёл взгляд на меня и занёс своё грозное оружие для повторного удара, но я тут же растворился кровавым туманом.

Материализовавшись за спиной у беловолосого эльфа, я мгновенно взмахнул Созывателем, однако мой противник, не оборачиваясь, ловко увернулся, отпрыгнув в сторону и тут же выхватив второй меч.

— Я прошу прощения за поведение моего… коллеги, — произнёс эльф, с некоторым трудом выговорив последнее слово. — Вы так и не назвали своего имени. Впрочем, я и без того его уже знаю.

— Лео, — ответил я, дабы соблюсти приличия, в то время как орк начал гонять Кирилла вокруг всей таверны, размахивая своей своим громоздким оружием. — Мы можем поговорить?

— Нет, я так не думаю.

Алиагосс прокрутил в руках оба парных клинка и, убедившись, что я готов к бою, сделал рывок в мою сторону.

Движения эльфа были идеальными. Каждый взмах был точно выверен и отличался своей скоростью, грацией и смертоносностью. По сравнению с этим противником мой наставник Тамириос показался мне дилетантом, хоть я и безмерно уважал старика.

Удар первого клинка Алиагосса я с трудом отбил адамантиевыми пластинами на одной из перчаток, но второй тут же рассёк мне бедро до самой кости. Я взмахнул Созывателем, однако эльф молниеносно разорвал со мной дистанцию и так же молниеносно её сократил для повторной атаки.

Вновь я уследил за первым ударом, метящим мне в грудь, и вновь я успел его заблокировать, подставив свой поющий клинок. Сталь со звоном ударилась о сталь, но довольно слабо, будто бы Алиагосс сделал этот выпад лишь для приличия. А затем вновь второй клинок промчался через мою слепую зону и чиркнул меня по плечу.

Осознавая, что дела мои идут плохо, я отпрыгнул от противника и в прыжке вскинул в его сторону руку, сосредотачиваясь на магии. Однако эльф юрко отскочил на пару метров в бок, а затем с невероятной прытью начал уворачиваться от моих попыток направить к нему аркану.

— Что? — изумился я. — Это так работает?

Тем временем орк продолжал лупить топором по щиту Кира, будто бы пародируя загадку о непреодолимой силе, сталкивающейся с недвижимым объектом. Гвалт поднялся такой, что казалось, стёкла таверны вот-вот лопнут. Кирилл не совершал попыток контратаки, но я знал, что у этого хитреца есть какой-то план. Да и возможности переживать за его дуэль у меня не было.

Разорвав дистанцию со мной, эльф вновь сделал выпад двумя клинками. Мои раны ещё не успели срастись под столь быстрым натиском, а потому я понимал, что увернуться у меня не выйдет. Я заблокировал первый клинок Созывателем и тут же ударил по лезвию меча Алиагосса адамантиевыми пластинами с другой стороны. Меч противника согнулся под моим ударом, и в этот же миг его стальной брат-близнец вспорол мне живот.

Но я знал, что это меня не убьёт. Я вновь обратился кровавым туманом и перенёсся на десяток метров в сторону. Едва подумав, что мне удалось разорвать дистанцию и оказаться в безопасности, где я мог успеть залечить свои раны, как вдруг почувствовал, что противник оказался прямо за моей спиной. Я резко припал к земле и в одно движение сделал круговой удар ногой чуть выше уровня земли.

Алиагосс обладал феноменальной скоростью, но она не шла в сравнение с его реакцией. Даже когда мне удалось подсечь его ногу, он не растерялся и оттолкнулся от земли второй, попросту подпрыгнув и восстановив равновесие. Продолжая своё движение, я с разворота сделал взмах Созывателем, но эльф среагировал и на это, отскочив назад.

Алиагосс уже выкинул ставший бесполезным второй меч и сменил боевую стойку. Противник, проворство которого потрясало моё воображение, выглядел невозмутимо уверенным в своих силах. Тем временем Кирилл выдерживал натиск, возможно, ещё более опасного противника, что вновь пробудило во мне дух соперничества.

Дверь Одинокого Пьяницы отворилась. Многие члены гильдии принялись наблюдать за параллельными дуэлями, и некоторые даже подумывали в них вмешаться, однако обилие следящих за происходящим мертвецов быстро отбило эти мысли.

Понимая, что мне не достаёт скорости для схватки с таким противником, я убрал Созывателя в ножны и достал из рукавов парные ножи, а затем бросился на врага. Набегу я швырнул один из своих ножей в противника, заставив того отскочить в сторону, а затем тут же поймал его потоками арканы.

Эльф застыл в параличе, но затем, несмотря на мои попытки перехватить контроль над потоками крови в его теле, дёрганными движениями развёл руки в стороны.

— Араск к’тур вайхал! — прокричал Алиагосс, и мои потоки арканы оборвались. Незримая хватка сорвалась с тела эльфа, и тот вновь начал свободно двигаться.

Противник тоже оказался наделён способностями к магии, а так как мои познания арканы были весьма скудны, я совершенно не понимал, что только что произошло. Одно было ясно наверняка: наша дуэль ещё не окончена.

Подвергаясь сокрушительным атакам, Кирилл был вынужден выпустить из рук меч и вонзить его в землю, а затем сосредоточиться на своей защите. Удерживая щит двумя руками, падший паладин продолжал отступать