Код волхва. Книга 3 - Алексей Даньшин

с двумя волхвами своими как раз обсуждал, как ему в Киев пробраться, чтобы ключ тот найти. А они его уверяли, что ключ может и в Новгороде спрятан. Мол, князь Володимир был не дурак, чтобы ключ на видном месте в Киеве хоронить. Наверняка в Новгороде, где он князем был когда-то в молодости, и спрятал.

— Как интересно. А ещё чего говорили?

— Про Святополка. Что, мол, дурень он, если тестю позволит Киев занять. Мол, Болеслав хитёр. Всё себе заберёт, а зятька своего подставит под мечи Ярослава. Что-то про Бориса и Глеба ещё болтали, но я уже не расслышала.

— А давно это было-то?

— Так прошлой осенью, как листва пожелтела. А что?

— Выходит, про план Болеслава на Киев идти Брячислав уже тогда знал. И про тётку, которую Ярослав к поляку тогда отправил, он тоже был в курсе. Умён, братец. Надо бы с ним пообщаться поближе.

— Ну так что? Поехали в Полоцк?

— Щас прям всё брошу и поеду лясы с родственниками точить! — я покачал головой. — Нет, сперва с Болеславом и Святополком разберёмся, а потом уже и с братцем полоцким пообщаемся. Пока не к спеху.

— Кстати, — вдруг будто вспомнила она, — а ведь в дружине Святополка я одного из людей Брячислава в Мозах видала.

— Уверена?

— Память у меня хорошая! — она сперва вскинула голову, а потом опустила, поняв, что сморозила прям натуральную глупость. — Ну, та, что помню.

— Ника, ты готова?

— Я-то всегда готова. Только ты сам там поаккуратнее будь. Защитные контуры крепости на её присутствие никак не отреагировали. А она за эти двое суток почти всю крепость облазила. Но вдруг там реально канал связи у неё восстановится, и кто-то другой в неё войдёт. Против аватара архитектора, извини, Илюха, тебе не сплясать. Размажет в тонкий блин и не поморщится. И никакие твои руны не помогут — там работа на низкоуровневом коде будет. Сама структура реальности прогнётся как пластилин.

— Ну, не попробуем — не узнаем! Бог не выдаст — свинья не съест! Кто не рискует…!

— Ой, ну хватит уже! — возмутилась Ника. — И так знаю, что ты безбашенный авантюрист.

— А сама-то! — поддел её я. — Самой ведь тоже интересно.

— Да идите вы уже…! — и она замолчала.

— Ладно, — я хлопнул по столу ладонью и улыбнулся Елене вполне ободряюще, — пошли проверим твою память.

…

— Зачем только в баню ходили, — ворчала тихонько Ленка, пока мы ползли на карачках по узкому подземному проходу к заветной часовеньке. — Все опять в грязи.

— А ты аккуратнее ползи и стены не вытирай, — я усмехнулся. — А туда, куда ползём, обычно чистыми ходят.

— Капище какое? — Она пыхтела позади меня, периодически стукаясь головой мне в ягодицы.

— Почти. Увидишь.

Когда камешек на входе в подземную часовню отъехал в сторону, я, как истинный джентльмен, пропустил даму вперёд, а сам внимательно фиксировал реакцию иконостаса на гостью.

И реакция не заставила себя долго ждать.

Оклад у той самой иконы заискрился синими искрами, и от неё в сторону девки потянулись рунные щупальца. Елена встала в полный рост и огляделась, будто и не замечая тонких светящихся хлыстиков, которые были уже почти рядом с ней.

— И что тут?

Я просунул внутрь светильник, и она невольно вскрикнула, увидев перед собой десяток христианских икон.

— Это что? Церковь?

— Скорее часовня, — проговорил я, тоже вставая рядом с ней в полный рост. — Как тебе? Красота?

— Красота? Ты эту мазню красотой называешь? — она презрительно оглядела лики святых. — Это тут моя память сокрыта? В этих картинках?

— А ты внимательнее приглядись. Особенно вон к той, — я указал рукой на икону, щупальца от которой, похоже, Елена действительно не видела. А они замерли перед ней буквально в десятке сантиметров от тела.

Она шагнула вперёд. Всего один шаг. И вздрогнула в тот момент, когда упёрлась в рунный код, незримо для неё летающий в воздухе.

…

Я прям ждал этого момента и внутренне уже приготовился к чему-то такому яркому и фееричному. Ну, там из иконы выпрыгнет кто-то или, типа, взрыв и цветомузыка…

А тут тишина.

— Ника?

— Чё? — шёпотом ответила мне она, как будто боялась спугнуть момент.

— А чё, ничё? Это всё?

— А я откуда знаю. Чего она вон застыла-то? Может, парализовало её? Я ж её просканировать не могу.

— Лен! — осторожно окликнул я девушку. — Ты как?

— А? — она повернулась ко мне и захлопала глазами. — А что это было?

— Где?

— Там, — она ткнула в икону пальцем.

— А что там было?

— Голос женский какой-то странный. И почему я там намалёвана?

— А почему ты думаешь, что там именно ты нарисована?

— Да чё, я себя в зеркале не видала? У дядьки Корнея зеркало было. Так вон и родинка на щеке, как у меня.

— Ты даже родинку отсюда разглядела?

— А ещё баба сказала что-то вроде: «Образец Елена восемь. Доступ разрешён».

— Ника?

— Вообще без понятия. Может, она восьмой аватар? Или тут её клонов не меньше семи где-то ещё бегает?

— Клоны?

— Ну, раз она точно не синт, то, скорее всего, клоны.

— Синты? Синтетические люди?

— Ой, Илюх, не забивай себе голову. Не отвлекайся.

Елена подошла к иконе и протянула к ней руку.

Я опять внутренне напрягся, ожидая бурной реакции на тактильное воздействие.

Но икона и на этот раз не стала удивлять никакими фейерверками.

Но едва Ленка дотронулась до иконы, как над головой у девки опять возник синий нимб. Только на этот раз она сознание терять не спешила. Часовенька озарилась ровным синим свечением.

— Елена восемь. Доступ подтверждён.

На этот раз голос слышал и я. И это точно был голос Ники. И не у меня в голове. Звук исходил из оклада иконы.

…

Никакая потайная дверь не открылась. Елена стояла с ошалевшими глазами и пыталась их скосить наверх, чтобы разглядеть источник синего света у неё над головой.

— Илия, — тихо прошептала Ленка, — ты тоже это видишь?

— Вижу-вижу, — я подошёл ближе. — Икону отпусти.

Она разжала руку, и свечение над её головой погасло.

— Ника?

— Протокол слияния с аватаром опять сработал, процесс остановился на двадцати шести процентах.

— Маловато пока ещё, — я покачал головой.

— Доступ разрешён. Куда? — пробормотала Ника. — То есть икона — всё-таки ключ. Тот самый ключ власти Владимира? А почему он тогда среагировал на Елену, а не на тебя? Ерунда какая-то.

— Значит, надо искать каморку папы Карло, — задумчиво проговорил я опять вслух.

— Что? Какую каморку? Кто такой Карло? — Елена наконец повернулась ко мне, с трудом оторвав глаза