Код волхва. Книга 2 - Алексей Даньшин

— Здрав будь, княже… — он попытался поклониться, но его качнуло. — Ты это… звал? Или мне причудилось вчера с перепою-то?

— Не причудилось, — я спустился со ступенек, хрустя свежим снегом. — Трезвый?

— Как есть трезвый! — Замята перекрестился, а потом по привычке сплюнул через плечо. — С самого утра только рассолом и спасался. Баба моя, дура, всё ворчала, а я ей — молчи, княжье дело!

— Пошли. Показывай свой «второй ход», тот, про который тебе отец рассказывал.

Мы спустились в подвалы терема. Здесь пахло сыростью, мороженой репой и старым деревом. Десятник Панкрат, стоявший самолично на часах у входа в подвал, молча кивнул и открыл перед нами дверь. Я включил светильник и похлопал по плечу вздрогнувшего плотника, успокаивая и подталкивая вперёд.

Основной подвал, который я уже «минировал» — то есть ставил рунные ловушки на камнях, — сиял моими скриптами. Но Замята вёл меня дальше, в самый дальний угол, где стояли огромные пустые бочки из-под солений.

— Вот тут вроде должен быть, княже… — он натужно отодвинул одну из бочек. — Тятенька мой, когда ход для Святослава бил, наткнулся на камень странный. Сначала думал — скала, не прошибёшь. А потом глядь — а там щель. И кладка не наша. Он испугался тогда знатно. Сказал, что это «чудские могилы» или ещё какая нечисть. Заложил всё по-тихому и сверху замазал. Мне только покаялся аккурат перед тем, как сгинул.

Замята ковырнул ножом слой старой извести. Под ней обнаружился стык каменных плит. И правда — кладка была идеальной. Никакого раствора: подогнано так, что волос не просунешь.

— Ника, анализ кладки.

— Материал: гранит с примесью кварца. Обработка поверхности — лазерная резка или её местный аналог. Возраст… Илюха, тут всё сложно. Поверхностная эрозия говорит минимум о веке, то есть, приблизительно, времена Олега Вещего, но структура камня, похоже, изменена на молекулярном уровне.

— Замята, — я повернулся к плотнику, — теперь слушай внимательно. Сейчас ты идёшь наверх. Панкрату скажешь, что я здесь «молюсь о благополучии города». Ко мне не входить, даже если терем загорится. Понял?

— Понял, княже, — мужик кивнул с такой готовностью, будто я предложил ему не входить в клетку с медведем. — Я это… пойду?

— Иди. И язык за зубами держи, если хочешь, чтобы свадьба сына состоялась, а не поминки по его отцу.

Когда шаги плотника затихли, я приложил ладонь к стыку плит.

— Ника, анализ!

— Тут точно нет датчика с отпечатками пальцев. И на медальон твой ничего не отвечает.

— И чего делать? Кувалдой ломать?

— Есть слабый контур вот тут.

Она подсветила мне небольшую почти квадратную отметину на камне, явно не след от эрозии. Уж больно ровненько она была сделана.

— Надо попробовать энергию подать, — почти шёпотом проговорила она.

— А чего шепчешь? Боишься, кто-то услышит? Ворона наверху осталась.

— Странно это всё. То ничего-ничего — а то прям клады косяками валят.

— Не более странно, чем то, что у тебя вроде бы ядро повреждено, а не база данных, а для тебя постоянно «всё странно». Доступ к данным спонтанный? Ты чего постоянно удивляешься-то?

— Удивляюсь тому, что всё это вообще как-то не соотносится с историческими реалиями, закреплёнными в разных документах этого времени. Да и данные археологических раскопок более позднего времени не давали таких результатов. Поковырялись тут архитекторы основательно.

Я увлечённо осматривал каменный изъян, поэтому последнее высказывание Ники благополучно пропустил мимо головы.

Приложив руку, я послал короткий импульс из внутреннего источника и с удовлетворением почувствовал, как сработал механизм. Глухо, без скрипа, массивная часть стены ушла внутрь и вбок. Технология явно похожая на ту, что была в предыдущем схроне, но дверца тут более массивная оказалась.

— Ого, — выдохнул я, когда светильник осветил открывшийся проход. — Это уже не просто подземный лаз.

Ход был широким — двое здоровых мужиков разошлись бы. Ступени уходили круто вниз, в самую толщу холма. Но самое странное — здесь не было пыли. Вообще.

Я шагнул внутрь. За спиной плита вернулась на место.

Стены были испещрены тонкими, едва заметными линиями. Если бы я не знал, как выглядит печатная плата, я бы решил, что это просто узоры.

Ступени были вырезаны прямо в породе, но с такой геометрической точностью, что любая ЧПУ-фреза сдохла бы от зависти. Я начал спускаться.

— Ника, почему так чисто?

— Система поддержания микроклимата. Похоже, она всё ещё работает в спящем режиме.

Лестница закончилась небольшим залом. Впереди — тупик. Глухая стена, покрытая странными знаками. Это были руны, но не те, что я видел на идолах или в коде местных структур. Эти напоминали сложнейшую вязь микросхем или какую-то шумерскую клинопись, доведённую до совершенства.

— Ну вот. Пришли, — констатировала Ника.

— Это, по-твоему, из эпохи Олега Вещего? — спросил я, подходя ближе.

— Похоже на штатный терминал аватара архитектора.

— Ника, напомни мне потом запытать тебя до смерти вопросами про этих чёртовых архитекторов, про которых ты постоянно не к месту вспоминаешь.

— Принято, заметка сохранена в календаре на неопределённое время.

— На сегодня, как только мы отсюда уйдём.

— Я так и сказала — на неопределённое время.

— Ладно, — покачал я головой. — Как открыть? Ты ведь понимаешь, что тут написано?

— Это изначальный код, — проговорила Ника. — Без «индийских» правок и посторонних вмешательств. Чистый системный софт высшего уровня.

Я не стал больше дожидаться объяснений, просто протянул руку и коснулся плиты. Кожа ощутила лёгкое покалывание, а перед глазами мгновенно развернулось каскадное меню из красных рун вполне понятного мне алфавита:

[ОБНАРУЖЕНО ПЕРИФЕРИЙНОЕ УСТРОЙСТВО: NIKA_CORE_21 %]

[СТАТУС: КРИТИЧЕСКИЙ УРОВЕНЬ ПОВРЕЖДЕНИЙ]

[УРОВЕНЬ ДОСТУПА: ОГРАНИЧЕННЫЙ ДОСТУП]

[ПОДТВЕРДИТЕ ЛИЧНОСТЬ АДМИНИСТРАТОРА]

— Ника, ты это видела? — отдёрнул я руку.

— Видела! — прошептала она. — Илюха, подключай меня!

Я снова прижал ладонь к плите. Вспышка боли в висках была короткой, но яркой.

Стена разошлась, открывая небольшую комнату. В центре, на постаментах, лежали плиты. Они были небольшими, размером с планшет, из тёмного полупрозрачного материала. Внутри каждой мерцали рунные цепочки.

— Это аппаратные артефакты! — в голосе Ники послышалось неприкрытое возбуждение. — Ну, такие усилители мощности! Если я смогу интегрировать их в мою сеть, радиус моего сканирования увеличится в десятки раз.

Я огляделся. Комната отличалась от первого схрона, где мы нашли иконы и сундук с серебром. Здесь не было материальных ценностей в понимании местного жителя. Только плиты, странные стержни и огромный чёрный куб в углу, покрытый рунами-печатями.

— А это что? Похоже на алтарь.

— Это не алтарь. Это — МПД. Модульный программный дистрибьютор. Или, говоря, по-вашему, по-новославянски, — аккумуляторная станция