Кто ты, Такидзиро Решетников? Том 11 - Семён Афанасьев

— Приятно иметь дело с умным человеком. — Физиономия стажёра расплылась в глумливой улыбке.

— … Но бить женщину, особенно молодую и красивую, именно вы не будете.

— Не сочтите за обесценивание, но кто вам сказал, что вы красивая? Я без претензий — просто уточняю источники. Вдруг они не так компетентны, а оборачиваться смотреть на вас лень.

Хину деликатно удержалась от эмоций вслух.

— Любые ваши словесные попытки поставить меня на место останутся сотрясанием воздуха, — пропела Такамори. — Ибо руки коротки. Неотёсанный вы мужлан.

— Бесплатный совет, он же предупреждение: я бы на вашем месте не идеализировал такого токсичного персонажа, как я, — Решетников за словом в карман не полез.

Девица, похоже, напряглась после этих слов.

— Из любого правила могут быть исключения. Если бы пришлось дать вам по голове — поверьте, я бы это делал категорически без удовольствия, — стажёр всё же обернулся и окинул оценивающим взглядом незваную гостью.

— Ну и стиль, — хмыкнула Хьюга. — Коммуникации. У отставного стажёра логистики. Впрочем, вы друг друга стоите. Такидзиро-кун, сделай одолжение, удовлетвори моё гипотетическое любопытство: «Дать принцессе по голове без удовольствия» — это как?

— Это исключительно под влиянием принципов, если речь о внутренней мотивации, — серьёзно ответил Решетников, затем опять обернулся. — Даже если представить нашу с вами возможную рукопашную как моё нарушение общественного порядка — максимум что будет на выходе, пара недель административного ареста. Плюс у меня хороший адвокат.

— Гхм-кхм! Так вот за что вас попёрли из армии. Видимо, документы не врут.

— Поподметать улицы либо повязать сетки несколько дней — сущая мелочь за возможность ТАКОЕ в будущем рассказать внукам, — метис «не услышал» последней ремарки. — Кто ещё в нашей несовершенной жизни может честно похвастаться, что собственноручно намылил шею августейшей особе?

Хину не стала сдерживаться: ярко представив картину, всё же рассмеялась.

— Хьюга-сан, я могу попросить вас или позаниматься дальше этим вашим плаванием, или пойти что-нибудь проверить? Где-нибудь в других местах вашего без сомнения немаленького спорткомплекса?

Малыши к этому моменту, слава богам, утратили интерес к взрослым пловцам и вернулись к тренировочному процессу.

— Я всё же хочу поговорить с вашим спутником наедине, — добавила небрежно Такамори. — Извините за вторжение.

— Вам показать средний палец на гайдзинский манер или ответить в японском стиле? — хмыкнула пловчиха. — Что-нибудь навроде: «Прошу меня простить, но сейчас не представляется возможным удовлетворить ваш весьма непростой запрос»?

— Это в ваших же интересах, поверьте. Я не шучу.

— Буду признательна, если свои местечковые субъективные «суждения» вы ограничите зонами вашей компетенции, — Хину зевнула вслед за стажером. — И не будете лезть в сферы, вас не касающиеся. О своих интересах я забочусь сама, они — не ваше дело. На первый раз намекаю вежливо и остаюсь максимально деликатной.

— Даже так⁈

Решетников, кажется, почувствовал, что пловчиха сейчас скажет посетительнице, поскольку глумливо захихикал авансом.

— Такамори-сан, я — не Такидзиро-кун. Я девочка, не мальчик. — Хьюга всерьёз прикинула, а не выбраться ли из бассейна прямо сейчас. — Вы так старательно пытаетесь войти в образ недальновидной дуры, что где-то с ним излишне сроднились. Это было второе предупреждение, последнее; третьего не будет.

Выход на руки, поставить ступню на бортик, выпрямить ногу — можно не плыть до лестницы, как делают пенсионеры.

Вон малыши тренируются, остановила Хьюга себя в следующее мгновение. При них не стоит.

Она добавила вслух:

— Решетников вас, возможно, и не может ударить — из своих рыцарских побуждений, как вы заметили. Но я-то с вами одного пола.

— И что? — гостья не верила ушам, судя по вытянувшейся физиономии.

— Дам по голове на раз-два, — любезно разъяснила пловчиха. — Если по-хорошему и на словах до вас не доходит. Извиняюсь за тональность диалога.

— Вы!..

— Я у себя дома. — Пауза. — Это МОЙ бассейн. Вы здесь — незваный гость с разовым абонементом, который я прямо отсюда могу аннулировать, — Хину щёлкнула по браслету. — Ваши деньги вам упадут на карту через секунду, а ещё через полторы, в соответствии с лицензионными требованиями безопасности олимпийского объекта, ваше пребывание здесь станет незаконным.

— Пинком под жопу на улицу вас давно не выбрасывали? — участливо поинтересовался Решетников. — Такамори-сан? Как шелудивую собаку? Простите и мою стилистику великодушно.

Гостья не знала, как реагировать.

Лицо метиса без перехода стало жёстким:

— Такамори-сан, вам лучше покинуть это место. Я примерно предполагаю, для чего вы притащились на верхний этаж небоскрёба, поэтому заранее мой ответ вам, чтоб не тратить времени: идите ко всем чертям. Я вам не прощу того, что вы делали последние сутки.

— Неожиданно. — Принцесса-два что-то прикинула про себя, её лицо стало спокойным. — Хьюга-сан, а ведь слухи о вашем хамстве в Совете Директоров нисколько не преувеличены (ладно бы маргинал хафу). Я-то, признаться, думала, старые пердуны банально наговаривают на вас, молодого гения — из ревности. К молодости, к успеху, к вашей силе воли и к вашей гениальности.

— Выстрел в молоко, — ухмыльнулась спортсменка в ответ. — Я бы никогда не заняла свою должность, если бы со мной прокатывали такие дешёвые манипуляции, как ваша.

— Ладно, ладно! — посетительница решила сменить тактику, хлопнула по подлокотникам, подняла вверх раскрытые ладони. — Меняем тон. Решетников-сан, сколько вы хотите за ваши алгоритмы?

— Какие?

— Те, которые вовсю обкатываются в IT Йокогамы и которые для Мицубиси так «удачно добыл» отец вашей второй пассии, Уэки Уты. Заодно жду ответа вот на какой вопрос: откуда у вас источники информации по моим последним суткам? Перехват в мессенджере же исключён по определению.

* * *

— Занятный визит, — констатировала Хину через четверть часа. — Ты понял, чего она на самом деле хотела и зачем сюда лично лезла? Итоги-то легко предсказывались заранее. Она же далеко не дура, в отличие от.

— Акисино тоже не дура, — мотнул головой Решетников. — Просто завышенная самооценка и комплекс бога.

— Зачем эта вторая приходила?

— Изначально — попытаться договориться по нескольким пунктам. А когда мы с порога встретили её в штыки, она перестроилась на ходу: за досужей болтовнёй попыталась замаскировать, что щупает своих будущих противников на упитанность.

— Почему именно к нам явилась? Баллотируется, если ещё решится, отец Моэко — не мы с тобой. Нас с тобой даже близко в тех списках не будет, ни в партийных, ни в околопартийных.

— Я вытащил Вана из Пекина, а ты спасла его здесь в бассейне. Видимо, эта линия персонально для Такамори очень важна, раз столько фокуса.

— По каким пунктам она хотела договариваться? Понимаю, что она декларировала одно, а прицел держала на совсем другое. На что? Ты видел её невысказанные реальные намерения?

— Думаю, да. Пункт первый и главный: