Черный Маг Императора 24 - Александр Герда

Спустя еще несколько минут в кабинете стало практически сухо и очень тихо. Кто-то из учеников выбежал из класса, кто-то сидел на парте прижимая к груди школьный рюкзак… Что касается меня, то я сидел возле стены, а вокруг меня лежали книги, которые приплыли из опрокинутого шкафа. Я взял одну из них и прочитал название. Книга называлась — «Сто один способ обезвредить водяного».

— Дориан, ты это видишь? — спросил я своего друга.

— Конечно, мой мальчик, — ответил мой друг. — По-моему, очень кстати она приплыла. Слушай… Мне кажется, или ты немного переборщил с магической энергией?

Давненько я не попадал в кабинет к Орлову. Честно говоря, даже успел немного соскучиться по многообещающему взгляду Ники Львовны, которым она каждый раз встречала меня. Правда в последнее время он стал заметно теплее, но тем не менее.

Сегодня был особый случай, Иван Федорович вызвал меня к себе не одного, а вместе с Голиковым. Точнее сказать, Эмир Михайлович сам вызвался пойти со мной после того, как узнал, что меня вызывают к директору. Ничего хорошего я от такого сопровождения не ждал, однако оказалось, что я ошибался.

Как только Орлов выдвинул в мою сторону ряд обвинений, суть которых по большей части сводилась к тому, что я своим безответственным поведением сорвал сразу несколько уроков, Эмир встал на мою защиту.

Вообще-то, я с Иваном Федоровичем был в корне не согласен. Один урок я, может быть, и сорвал, спорить не буду, но вот что касается всех остальных… Я же не виноват, что наши девчонки вылетели из класса в коридор и орали так, как будто им угрожала не вода, а огненная лава.

Кстати говоря, почему в коридор выбежали ученики из соседних классов, я тоже не знаю. Никто их об этом не просил. Если бы случилось что-то серьезное, то сработал бы сигнал тревоги, и об эвакуации сообщили по школьному радио. Именно об этом я и сказал Орлову, который ждал от меня объяснений.

— То есть свою вину признавать отказываешься? — спросил он, барабаня пальцами по столу.

— Почему отказываюсь? Готов признать, — согласился я. — Но только частично. С Водной Аркой я на самом деле немного перестарался.

— Это моя ошибка, Иван Федорович, — сказал в этот момент Голиков. — Я забыл, что Темников готовится к магическому турниру. Они с Громовым работают со сложными заклинаниями, которые требуют большого количества магической энергии, и я не учел этот момент. Судя по всему, Максим просто не рассчитал своих сил. Привык к большим нагрузкам, поэтому так получилось. Мне следовало учесть этот момент и заранее предусмотреть меры безопасности, перед тем как он начнет работать.

Ух ты! Круто сказано! Я и до этого считал, что при всей своей строгости Эмир Михайлович отличный преподаватель, но с этого момента зауважал его еще больше. Это было приятно, что и говорить. Особенно, если учесть, что я этого совершенно не ожидал.

После слов Голикова выражение лица Орлова заметно смягчилось. Он даже перестал стучать пальцами по столу, что было очень хорошим знаком. Наконец он вздохнул и махнул рукой.

— Хорошо. Будем считать, что версия Эмира Михайловича имеет право на жизнь, — смилостивился наш директор. — Вполне возможно, что так оно и было. Однако это не значит, что из-за подготовки к турниру ты должен разнести «Китеж» к чертовой матери, ясно тебе, Темников?

— Конечно, — кивнул я. — Я не специально, Иван Федорович. Оно само как-то так вышло. Я постараюсь впредь быть осторожнее.

— Я даже не сомневался, что «оно само»… — пробурчал Орлов, затем взял со стола первый попавшийся лист бумаги и сделал вид, что читает его. — Эмир Михайлович, благодарю за оперативную ликвидацию последствий.

Больше директор ничего не сказал, что было явным сигналом к тому, что разговор окончен. Под строгим взглядом Ники Львовны мы с Голиковым покинули кабинет Орлова и вышли из приемной.

— Ну и какого черта ты все это устроил? — спросил меня учитель, как только мы с ним оказались в коридоре. — Если сейчас и мне скажешь, что «оно само», то получишь подзатыльник. Он пойдет тебе на пользу. Ты же понимаешь, что волшебные облака сами по себе в учебных классах не появляются?

— Эмир Михайлович, я просто хотел, чтобы хорошо получилось, — сказал я.

— По-моему, и так, нормально все было, на высший бал, — посмотрел на меня Голиков. — Зачем нужно было устраивать представление?

— Честно говоря, я и правда не думал, что так получится, — признался я. — Просто хотелось немного усилить эффект.

— Понятно, — сказал он и неожиданно для меня улыбнулся. — Получилось эффектно, тут ты прав. Давненько я не плавал по классу. Так что высший бал я тебе все-таки поставлю. К Водной Арке у меня претензий нет.

— Спасибо, Эмир Михайлович, — поблагодарил я его.

— За что? Заклинание ты создал хорошее, так что свою оценку заслужил по праву.

— Я не про оценку… — сказал я. — Спасибо, что поддержали в кабинете Орлова. Если бы не вы, то отправили бы меня в архив на неделю пыль нюхать.

— Не за что, — ответил он. — Теперь чеши обратно в класс и принимайся за уборку. Можешь своего друга Нарышкина прихватить за компанию, а то один ты там будешь долго убираться.

Прихватить с собой Лешку было отличной идеей, вот только ему она почему-то не очень понравилась. Оказалось, что у них с Кречетниковой вечер уже полностью распланирован, и сразу после уроков ребята укатили в Белозерск. Эх… Жаль, конечно…

— Ничего страшного, хозяин, вдвоем мы с тобой быстро справимся, — сказал мне Градовский, когда я стоял в классе и раздумывал с чего бы мне начать. Хорошо хоть книжный шкаф уже стоял на своем месте.

— Вдвоем… — усмехнулся я и решил для начала поставить стулья поверх столов, чтобы легче было мыть пол. — Такое ощущение, что ты мне поможешь с уборкой.

— Тряпкой не помашу, конечно, — согласился со мной Петр Карлович. — Но отличной мотивирующей историей готов тебя поддержать всегда. Я расскажу тебе про один забавный случай, когда я учился в школе. Меня тогда тоже заставили отрабатывать. Хочешь?

— Рассказывай, — сказал я, принимаясь за работу. — Все равно делать нечего.

— В общем, как-то раз я оживил копченого лосося… — с воодушевлением начал призрак.

Следом за этой историей пришел черед еще одной, в которой Градовский превратил школьную форму своего врага в костюм русалки. Затем был рассказ