Звено - Клив Картмилл

Он сошёл с тропы, влез на дерево и по веткам отправился обратно к своему племени. Пока он прыгал с одной качающейся ветки на другую, его охватывало тревожное чувство. Он понимал, что ему надо обдумать что-то важное, но это что-то постоянно ускользало из его внимания.

Его перемещение по веткам никак не потревожило обычную жизнь зелёного знойного леса. Птицы с ярким оперением порхали в лесном полумраке, внизу мелькали тени животных, охотившихся на своих жертв. Вскоре зашло солнце и на небе вспыхнули звёзды. Лок нашёл широкую развилку, чтобы переночевать.

Но спать ему не хотелось. И не потому, что кричали белые совы, вылетевшие на охоту, или громко журчала вода в ближайшем потоке, или доносилось рычание больших кошек. К этим звукам он был привычен. Беспокойство рождалось внутри него – какая-то проблема стучала в двери его памяти. Возникало новое ощущение, вызванное необходимостью вспоминать прошлое. Раньше в жизни ему достаточно было наличия фруктов и изобилия в гнилых брёвнах толстых белых личинок, он чувствовал себя вполне удовлетворённым, если был сытым и укрытым от непогоды.

Мысль о необходимости укрытия позволила ему сосредоточиться, и проблема обрела чёткие очертания. Эта проблема заключалась в смене пор года. С тех пор, как он ушёл из племени, изгнанный угрозами своих братьев и Старейшины, пора дождей приходила уже дважды. Отсутствие у него пышного меха на теле вынуждало уйти в пещеры, где он всё равно дрожал от холода в те длинные влажные месяцы.

Теперь он понимал, что заставляло его чувствовать себя неуютно. Племя могло и не узнать его после такой долгой разлуки. Пока что-то происходило, люди помнили и думали об этом, но, когда оно заканчивалось, все забывали о происшествии, словно его и не было. До недавнего времени и он вёл себя точно также.

Голова Лока разболелась, но он упорно цеплялся за образы, что возникали вместе с мыслями. Он должен одолеть самого сильного из соплеменников, чтобы занять подобающее ему место во главе племени. Он был Локом. Он был повелителем. Однако, он не обладал такой силой, как Старейшина, и в прямой схватке, где всё решает сила, он непременно будет повержен и убит.

Не находя покоя, он недовольно покачал головой и полез ещё выше в попытке найти более удобное место, где можно поспать. Он перелезал с одного дерева на другое, постоянно ворча что-то себе под нос. Он вышел к водному потоку возле водопоя, сверкавшего словно бриллиант под светящим глазом ночи.

Ему сильно захотелось пить, и он спустился ниже. Как только он оказался у воды, его внимательные глаза заметили движение у края водопоя, а потом по яркой поверхности водопоя лениво побежала рябь. Под ней угадывалась длинная морда. Хотя он и сам был не маленький и ничуть не боялся, но хотел бы избежать столкновения с этими длинными, усаженными клыками челюстями и мощным блестевшим хвостом. Он было повернулся, чтобы подняться выше по течению к более безопасному месту, но его внимание привлекли звуки, шедшие со стороны тропы. Он уловил изысканный запах пятнистого прыгуна и тут же увидел, что к водопою приближалась мать с двумя детёнышами-близнецами, совершая эффектные прыжки. Длинные, похожие на листья, уши матери чутко улавливали малейший звук в ночи. Она высоко держала красивую голову, тщательно принюхиваясь, и замирала на мгновение после каждого прыжка. Малыши теснились за спиной матери, в точности повторяя все её движения.

Лок смотрел на эту сцену с возбуждением, зная, что произойдёт. Он прекрасно видел длинные очертания замершего рыла на мелководье возле тропы. Приближалась трапеза.

Мать подвела детёнышей к водопою и внимательно следила за тем, как они погрузили доверчивые мордочки в воду. Тут Лок увидел размытый рывок длинного рыла, смахнувшего длинным хвостом одного из детёнышей в заводь, после чего мощные челюсти поволокли его под воду. С криком ужаса мать с оставшимся детёнышем бросились стремглав в темноту леса, и звук их быстрых прыжков заглушался шумом, поднявшимся на поверхности заводи. Забурлившая поверхность потемнела, и Лок закричал от охватившего его негодования. Вскоре он вернулся к широкой развилке ветвей, что выбрал для сна. От увиденного на водопое он напрочь забыл про свою жажду.

Длинное рыло, как хорошо знал Лок, не мог справиться с пятнистыми прыгунами на земле. Вообще-то на небольшом расстоянии длинное рыло могло развить довольно большую скорость, однако пятнистый прыгун успел бы далеко ускакать, пока рыло его заметило бы. Но у водопоя длинное рыло поймало, убило и съело одного из маленьких пятнистых прыгунов.

Имеется ещё один фактор помимо силы и скорости, что позволил первому поймать второго. Лок стал колотить себя по голове ладонью, пытаясь вспомнить этот фактор. Длинное рыло замерло и выжидало, подобно большим кошкам, притаившимся у тропы…

Лок почувствовал, как внутри него стало вырисовываться решение, он уставился широко раскрытыми, но ничего не видящими глазами в темноту, и в его голове начали формироваться образы.

Он увидел кошку, что замерла на ветке над тропой в ожидании, когда выбранная ею жертва окажется прямо под ней. Затем, изогнувшись дугой, кошка осуществляет стремительный бросок, и тот, кто крупнее кошки в два раза и бегает заметно быстрее её, оказывается поверженным и убитым.

Он увидел также страшного бросающегося, что превышал во много раз в длину Лока, увидел, как тот свернулся в кольца и замер рядом с тропой. Он тоже выжидал и днём, и ночью, пока на тропе напротив него не появится жертва подходящего размера. Затем следовал стремительный бросок, удушающие объятия, охватывавшие жертву большим количеством витков, ломающиеся кости, и страшный бросающийся получал обмякшее тело того, кого он никогда в жизни не сможет догнать, если просто погонится следом.

Но Лок осознавал, что простое выжидание в засаде не является разрешением проблемы, как стать во главе племени. Он ничего не добьётся, если станет караулить у гнилого бревна с личинками Старейшину, а потом набросится на того, когда Старейшина станет поедать личинки. Нет, так не пойдёт, но разгадка явно таилась где-то поблизости.

Каждый живой обитатель этого мира по-разному убивал свою жертву. Длинное рыло применял хвост…

Лок выкрикнул в ночь, словно нашёл ответ:

– Я повелитель! Я Лок!

Не обращая внимания на протесты разбуженных птиц, находившихся