Аватар. Я маг огня с Системой Истинного Пламени. Том 1 - 2pKov

Хлопок был оглушительным.

Мощный выброс раскалённого воздуха и густого оранжевого пламени ударил в каменную стену каньона. Ударная волна от собственного огня сработала как таран. Сила отдачи швырнула Каэна и висящего на нём гвардейца в сторону, вдоль обрыва, прямо на выступающий на несколько метров ниже широкий скальный карниз, который они пролетели бы мимо, если бы падали по прямой.

Они рухнули на твёрдый камень клубком из перепутанных конечностей, лязгающего металла и горячей пыли.

Каэн ударился спиной так сильно, что из лёгких выбило весь воздух. Перед глазами вспыхнули белые круги. Правая рука от локтя до кончиков пальцев горела невыносимой, слепящей болью. Точечный направленный взрыв на таком близком расстоянии не прошёл даром — часть перегретого газа и пламени отрикошетила от скалы, опалив его собственное предплечье и разорвав рукав формы.

Он лежал на спине, судорожно хватая ртом воздух, похожий на выброшенную на берег рыбу. Рядом хрипло, со свистом дышал спасённый солдат. Он медленно приподнялся на локтях, его шлем слетел, обнажив бледное, перемазанное грязью и потом лицо мужчины лет тридцати. Солдат смотрел на Каэна остекленевшим взглядом, не в силах осознать, что он всё ещё жив, что под ним твёрдая земля, а не острые камни на дне ущелья.

Перед глазами Каэна, сквозь пелену слёз и пыли, вспыхнули ровные строчки:

[Анализ энергетического каркаса завершён.]

[Зафиксировано проявление: «Огонь-защитник». Качество Искры кратковременно очищено от паттерна разрушения.]

[Внимание: Конфликт энергетических паттернов.]

[Принудительный кинетический выброс нарушил пассивный цикл дыхания. Критическая перегрузка меридианов правой руки.]

Каэн попытался сжать кулак. Боль была такой пронзительной, что он невольно застонал. Казалось, будто под кожу налили кипящее масло, и оно теперь пульсировало там в такт ударам сердца, распирая вены изнутри. Это был не просто поверхностный ожог от рикошета пламени. Сами энергетические каналы, непривыкшие пропускать через себя такой плотный, агрессивный поток без правильной боевой стойки и выдоха, горели.

Он нарушил правило. Он применил силу без формы.

— Ты… кадет… — голос гвардейца дрожал, он попытался потянуться к Каэну, словно не веря своим глазам. — Ты спас меня… Зачем? Ты же мог сорваться…

Каэн не ответил. Ему было не до разговоров. Он отвернулся, уткнувшись лбом в прохладный камень карниза, пытаясь восстановить сбившийся ритм.

«Вдох на два. Выдох на три», — мысленно приказал он себе.

Но ритма больше не было. Котельная, спасавшая его от давления Зуко, исчезла. На её место пришла чистая, пульсирующая агония. Каждый вдох отзывался режущей болью в ушибленных рёбрах, а каждый выдох лишь раздувал жар в повреждённой руке.

Боль — это всегда страх тела перед разрушением. А страх в доктрине Народа Огня — это топливо для гнева.

«Держи контроль. Не смей», — Каэн сжал зубы, пытаясь подавить поднимающуюся внутри волну.

Но напряжение последних дней — страх быть раскрытым Зуко, постоянная необходимость лгать, ужасающая мощь магии воздуха Аватара, показавшая ему его ничтожность, и эта выворачивающая суставы боль — всё это слилось воедино. Тонкая плёнка пассивного контроля, которую он выстраивал с таким трудом, лопнула.

Ложное Пламя, взращённое на стрессе и агрессии, вырвалось на свободу. Оно сожрало ту искру «Огня-защитника», которую зафиксировала система, и превратило её в топливо для слепой ярости. Ярости на свою слабость, на войну, на этот треклятый мир, в котором нужно калечить себя, чтобы не стать чудовищем.

[Внимание! Риск потери контроля над Искрой. Прорыв меридианов!]

Каэн резко вскинул голову. Его зрачки сузились. Воздух вокруг него внезапно задрожал от быстро растущей температуры.

Гвардеец попятился, с ужасом глядя, как с пальцев кадета срываются искры, а затем вся правая рука Каэна вспыхивает плотным, гудящим пламенем. Это был не ровный свет тренировочного огня. Это было дикое, рваное пламя, ревущее от боли и переизбытка энергии. Оно ползло вверх по предплечью, выжигая остатки рукава, не обжигая саму кожу героя, но нещадно раскаляя воздух вокруг.

Каэн закричал. Это был крик не от ожога, а от невозможности удержать эту рвущуюся наружу силу. Пламя хлестнуло по камням, оставляя на них чёрные оплавленные борозды. Жар нарастал с каждой секундой, становясь невыносимым, угрожая поглотить и его самого, и того, кого он только что спас. Выброс энергии перешел в неконтролируемую цепную реакцию, и остановить её одним лишь дыханием было уже невозможно.

Огонь ревел.

Это был не тот ровный, пульсирующий свет, который Каэн с таким трудом учился вызывать в тишине котельной. И не тот спасительный толчок «Огня-защитника», которым он только что отбросил падающего гвардейца на спасительный скальный карниз.

Сейчас из его правой руки рвалось чистое, неконтролируемое разрушение.

Ложное Пламя, взращённое на стрессе, боли и вбитых инструкторами рефлексах, вырвалось из-под тонкой плёнки контроля. Оно сожрало искру осознанного дыхания и превратило её в топливо. Каэн кричал, но за гулом раскалённого воздуха он почти не слышал собственного голоса. Меридианы правой руки горели так, будто под кожу залили кипящее олово. Пламя хлестало по камням, оставляя на сухой породе глубокие, чернеющие на глазах борозды.

[Внимание! Критический сбой дыхательного ритма. Жар превышает пропускную способность каналов.]

Спасённый гвардеец, тяжело дыша и цепляясь за неровности скалы, попятился. В его глазах не было благодарности. Там плескался животный, первобытный ужас. Он смотрел на Каэна так, как смотрят на сорвавшегося с цепи лесного духа, на чудовище, готовое сжечь всё на своём пути.

И самое страшное заключалось в том, что на какую-то долю секунды Каэн почувствовал, что гвардеец прав.

Вместе с невыносимой болью пришло опьяняющее, одурманивающее чувство абсолютного могущества. Страх — его вечный спутник с момента пробуждения в этом мире — исчез. Его выжгло изнутри. Слабость, неуверенность, дрожь в коленях после ветряного удара Аватара — всё это испарилось в ревущем потоке энергии.

Каэн почувствовал себя всесильным. Если бы сейчас перед ним стоял Зуко, требующий идеальной стойки, Каэн стёр бы его в пепел. Если бы маг воздуха снова взмахнул своим посохом, Каэн сжёг бы этот ветер. Это была ярость Народа Огня в её первозданном, имперском виде. Ярость, которая не требует понимания стихии. Ярость, которая требует лишь одного: подчинения мира своей воле.

[Диагностика: Формируется паттерн «Кредит ярости». Временное повышение Жара: +300 %.]

[Опасность: Показатель Контроля обрушен. Нарушение целостности меридианов.]

Система сыпала предупреждениями прямо перед глазами, красные строки пульсировали в такт бешено бьющемуся сердцу, но тело Каэна отказывалось подчиняться разуму. Он был сосудом,