А отличники сдохли первыми… (Часть 3) - Рик Рентон

Хрипло выдохнув, я схватил за ноги последний сегмент спешащей наверх многоножки, и рванул на себя. Все остальные тела в цепочке оступились и шлёпнулись пузом на ступеньки.

Подхватив обрез винтовки, скатившийся вниз вместе со мной, я вскочил на спину ближайшей сросшейся твари и прострелил ей затылок. Перешагнув с плеч обмякшего существа на спину следующего сегмента, я держался за его плечи одной рукой, а другой крутанул обрез в руке, отгибая скобу перезарядки резким движением вниз. Которая послушно встала на место по завершению оборота, выбросив в сторону стреляную гильзу.

Ещё выстрел — и мозги следующего сегмента тоже прыснули на ступени. Шаг, перезарядка, выстрел, фарш. Шаг, перезарядка, выстрел, фарш.

Добравшись до предпоследнего сегмента, я смог оценить ситуацию в полутьме наверху. Алина, цепляясь за пол руками, медленно уползала в темноту, продолжая истошно голосить. А взбодрённые её воплями пацаны уже поднялись на ноги и пинали в темноте того, кто сейчас тянул девчонку назад, пытаясь заставить существо разжать лапы. Но, видимо, безрезультатно.

Головной сегмент, который безвольно полз назад рядом с телом девочки, истекал кровью и выпускал из размозжённой пасти одного червя за другим. А Алина, распахнув глаза от ужаса и омерзения, отпихивала их от себя рукавами куртки.

Я не стал тратить последний патрон в магазине винтовки на ту часть чудовища, которая всё ещё беспомощно трепыхалась под моими ногами между головным телом и третьей тушей, прилипшей к его заднице. И, шагнув наверх лестницы, с разбегу перескочил через распластавшееся тело девочки на спину существа, вцепившегося ей за ноги.

Прижав своим весом туловище твари к полу, я упёр ствол винтовки прямо в затылок головы, уткнувшейся в анальное отверстие переднего жоры. Выстрел отделил позвоночник от черепа и движение остановилось. Тварь разжала руки, а из дымящегося обрывка шеи высунулся разорванный выстрелом белесый червь.

Схватив не перестававшую визжать девчонку за шкирку, я подкинул её в воздух, стряхивая с куртки успевших забраться на одежду червей, перевернул и подхватил на руки. Увидев перед собой меня, Алина тут же ухватилась за мои плечи и уткнулась лицом в грудь, продолжая рыдать с прерывистыми вдохами.

— Вниз! Подбирайте стволы! — Но лишние приказы пацанам и не требовались. Ступая по лестнице следом за мной мимо трепыхавшейся в конвульсиях твари, Тимур и Канат быстро нащупали в полутьме оброненные ружья.

— Тим, фонарь! — Татарин послушно подобрал валяющийся на нижней площадке источник света и обратил его в проём ворот, высветив прямой коридор, кончавшийся распахнутой толстой стальной дверью, наподобие той, через которую мы вошли в бункер.

— Похоже на вых... — Голос парня утонул в многоголосом визге, бульканье и хрипе, раздавшемся сверху. Толпа, которая преследовала нас этажом выше, теперь устремилась в обратную сторону, привлечённая многократными выстрелами и криками.

Переглянувшись и не испытывая нужды в лишних словах, мы побежали в сторону открытой двери.

За ней оказался довольно просторный тоннель. Круглый в поперечнике, он напоминал метро. Здесь даже были рельсы — ржавая узкоколейка уходила во тьму и справа и слева.

— И куда теперь? — Тимур попытался найти фонарём на стенах какие-либо указатели. Но ничего похожего на ориентиры видно не было.

— Сначала дверь закройте! — Всё ещё удерживая на руках трясущуюся в испуганном плаче Алину, я попытался сориентироваться, припоминая все повороты с того момента, как мы вошли в здание на поверхности. — Так... Когда вошли в бункер, направление на «Алмаз» было слева... Потом решётка... Ещё одна... И вот этот выход... Нам налево!

— Чё-то не закрывается...- Пацаны тужились и пыхтели, но тяжёлая дверь не двигалась с места ни на миллиметр. — Заклинило, походу...

В кромешной тьме, в которой осталась замызганная лестница и уничтоженные твари, послышались шлепки рук и ног по голому бетону.

— Бросайте! Бежим! — Мои юные союзники и сами уже отпрянули от двери, расслышав в темноте коридора утробные хрипы и влажную поступь десятков конечностей.

Свет фонарика в руках Тимура утопал во тьме длинного тоннеля, уходившего под небольшим уклоном чуть вниз — ни поворотов, ни развилок. Только бесконечные рельсы. И хрипы преследователей позади. Которые и не думали отставать, не смотря на то, что мы уже перешли на бег.

Через несколько десятков метров бега со своей дрожащей ношей на руках я уже начинал задыхаться. Но выбора пока не было... Беги, убийца, беги...

— Смотрите, что это? — Луч света выхватил впереди неясный силуэт какой-то конструкции, установленной на рельсы.

— Дре... ы-ха... зина! — Задыхаясь, я подбежал к телеге с двойным рычагом и уложил на её край дрожащую девочку. — Кройте!

Алина ни за что не хотела отпускать меня. И пришлось потратить время на то, чтобы отцепить от плаща судорожно сжимающиеся ладошки:

— Спокойствие... Только спокойствие... Сейчас поедем дальше... Всё окей... — Я всё же смог оторвать от себя её руки и сложить их на груди девочки. — Я с тобой.

Продолжая дрожать, она не отрывала от меня взгляд, когда я отошёл, чтобы осмотреть колёса железнодорожной телеги. У передней оси стояли два деревянных башмака, препятствующих скатыванию дрезины дальше в тоннель.

И пока я пытался вытащить их из-под впечатавшихся в дерево колёс, пацаны открыли огонь, расстреливая последние патроны, собранные с трупов дачников. Темнота, до которой не доставал свет фонарика, прижатого к ружью Тимура, взорвалась булькающими стонами боли и разочарования, доносившимися до нас в перерывах между частыми выстрелами дробовиков.

— Запрыгивайте и раскачивайте рычаг! — Скомандовал я парням, выбив башмаки из-под колёс обрубком винтовки и сняв телегу с тормоза. — Фонарь!

Убрав винтовку в ремни, я достал один «Стечкин» и принял фонарик из рук Тимура. И, пока пацаны попеременно кряхтя давили на рычаги дрезины за моей спиной, раскачивая тугой механизм, открыл огонь в быстро приближающуюся мерзость.

Выстрелы дробовиков успели повредить несколько конечностей очередной многоножки. И теперь она приближалась к нам медленнее, хромая и спотыкаясь о свои обрубки. Одному из центральных сегментов зарядом картечи разорвало пузо. И по рельсам вслед за ним волочился целый ворох внутренних органов. Цепляясь за ржавые стыки и костыли, кишки твари в итоге натянулись и лопнули с мерзким хлюпаньем. Я не стал освещать то, что из них вывалилось.

Тем более, что сбоку её сейчас быстро обходила другая совершенно невредимая тварь того же вида. Скорость перемещения сросшихся жор была пугающе высока — десятки разных конечностей прекрасно координировали свои движения, нисколько не мешая друг другу.

Короткие очереди из АПС обладали неплохим останавливающим действием. Невредимая