Тимоти Зан - Дар Юпитера

— Мне просто припомнился комикс, который я видел когда-то, — медленно заговорил Миллиган. — Старый Запад, ковбои, первые переселенцы и все такое прочее. Командир форта вызывает к себе разведчика для доклада. Разведчик говорит: «Я выполнил ваше приказание, полковник. Подружился с туземцами, вник в их представление о мире, изучил их культуру». Полковник спрашивает: «И что ты мне посоветуешь?» — «Уйти из нашей страны».

— С нами этот номер не пройдет, — пробормотал Бич. — Если он полностью станет туземцем и скажет нам уходить, мы найдем, что ответить.

— Не думаю, что это случится, — сказал Спренкл. — Джен, ты сказала, клеточное замещение уже началось?

— Почти сразу же, как только хирурги закончили, — ответила Макколлам. — По правде говоря, тоже чуть-чуть быстрее, чем предполагалось.

— Понятно, — сказал Спренкл. — И тем не менее пока он, по-видимому, все тот же миляга Матвей Рейми, каким был всегда, со всеми обидами, злостью и жалостью к себе. Не думаю, что у него возникнет желание оборвать все связи с человечеством.

— Нужно подождать, пока трансформация достигнет коры головного мозга, — сказал Миллиган. — Нас может ожидать неприятный сюрприз.

— Никаких сюрпризов, — твердо заявил Фарадей. — Нужно просто не спускать с него глаз. Что-нибудь еще? — Остальные переглянулись, но никто не произнес ни слова. — Ну и отлично. Когда закончите дежурство, изложите, пожалуйста, свои впечатления и результаты наблюдений.

— А тем временем, — Гессе взглянул на часы, — Совет Пятисот ожидает сообщения о благословенном событии.

— Вы хотите, чтобы я разговаривал с ними? — спросил Бич.

— Нет, это мы с мистером Гессе должны сделать сами. — Фарадей встал. — Исторический момент и все такое прочее. Мы будем на пункте связи. Не теряйте бдительности, и, если возникнут какие-то проблемы, немедленно сообщите нам.

— С ним все будет в порядке. — Макколлам сделала жест в сторону дисплея внешнего обзора. — Никто не решится подступиться к нему теперь, когда у него есть личный Защитник.

— По крайней мере в течение тех десяти минут, которые понадобятся вам, чтобы отправить сообщение на Землю, — сухо заметил Бич. — Можете не торопиться.

— Спасибо.

Фарадей изо всех сил постарался, чтобы его собственные опасения остались незамеченными. Его беспокоили не предстоящие десять минут, и не десять дней, и даже не следующие десять месяцев.

Дело в том, что Спренкл прав: Рейми действительно относится к тому типу людей, которые лелеют свои обиды. Интересно: какой будет его реакция, когда в конце концов он узнает, что никого на Земле ничуть не волнует, обретет ли он новую жизнь и даже займет ли свое место в истории?

«О чем еще мне не рассказали?» — спросил Рейми несколько минут назад. Вопрос прозвучал как наполовину риторический, и Фарадей сумел увести разговор в сторону, чтобы не отвечать на вторую, содержательную половину.

«О чем еще мне не рассказали?»

Фарадей состроил гримасу. Если бы он только знал.

Тонкая прядь ярко-алого вьющегося растения быстро пронеслась справа от Рейми, подхваченная порывом ветра. Оторвавшись от нежных зеленовато-голубых листьев, которые он ел, Рейми развернулся и пустился вдогонку.

Качтис, так, кажется, называлось это алое растение. Или, может, чинстер, а качтис — это другое, светло-красное, с листьями и конусообразными ягодами. Проведя на Юпитере восемьдесят три юпитерианских дня, Рейми все еще путался в названиях плавучих растений и почти микроскопических групп съедобных спор.

Но попробовал он все или, по крайней мере, все те, которые росли на Уровне Один. И алые определенно были самыми вкусными.

Именно по этой причине они тут попадались редко, среди всех этих голодных детишек и матерей джанска. На этот раз Рейми был полон решимости урвать свой кусок лакомства.

Однако только он подскочил к свободно плавающему алому растению, как, откуда ни возьмись, сверху свалился другой Малыш джанска и ловко откусил от него кусок.

— Эй! — воскликнул Рейми. — Это мое.

— Неужели? — Малыш развернулся, чтобы лучше видеть Рейми. — Может, скажешь, и океан твой?

Замечательно, мысленно проворчал Рейми. Он не только буквально вырвал еду у меня изо рта, у него еще и острый язык.

— Ты же видел, что я нацелился на это растение, — сказал он. — Мог бы и не соваться.

— Почему? — спросил тот, беззаботно помахивая грудными плавниками, а хвостовыми сделав жест куда-то за спину Рейми. — Только потому, что у тебя имеется собственный личный Защитник?

Рейми перевернулся на бок и оглянулся. Как обычно, Тигралло стоически охранял его метрах в двадцати в стороне.

— Ну и что такого? — проворчал Рейми.

— Признайся, что ты натворил? — спросил нахал, заговорщицки понизив голос. — Открутил кому-то хвост или что?

— Может, ему нравится наблюдать за мной, — холодно ответил Рейми. — А может, я просто такой особенный.

— Ах, ну да! — Другой Малыш презрительно фыркнул.

Другой Малыш. Рейми состроил гримасу. Другой Малыш; эта мысль все еще причиняла боль. Рейми был взрослым человеком, с такими знаниями и жизненным опытом, которые тут никому и не снились, опустись хоть до самого сердца Юпитера. Шутка ли? Сам Советник не поленился дотащить свой хвост до Уровня Один только ради того, чтобы приветствовать его. Это чего-нибудь да стоит.

Но об этом можно забыть, потому что для всех остальных джанска он был просто еще одним нормальным, ничем не примечательным ребенком.

— Ну, давай колись, — еще тише прошептал Малыш. — Что ты натворил?

— Пранло? — прозвучал вдалеке женский голос. — Пранло, ты где?

— Я здесь, ма, — откликнулся Малыш. — Здесь с… Как тебя зовут?

— Манта, — ответил Рейми.

— Я здесь с Манто, — закончил Пранло.

— Не Манто, — поправил его Рейми сердито. — Манта.

— Манта? — повторил Пранло. — Что за имя?

— Особое имя, — сказал Рейми. — Что тут такого?

— Ну… — Пранло на мгновение заколебался. — В общем-то, ничего.

— Пранло, возвращайся к остальным детям, — сказала его мать, подплывая к ним. — Здесь небезопасно.

— Ох, вечный ветер, — пробормотал Пранло. — Матери никогда не дадут позабавиться, сколько хочешь. — Внезапно он хлопнул грудными плавниками. — Постой-ка, ма. Никакой опасности. Здесь Защитник. Видишь?

— Он наверняка не задержится тут надолго, — сказала ему мать. — Остальные дети выше.

— Можно мне остаться тут, пока Защитник не уйдет? — медовым голосом попросил Пранло. — Обещаю сразу же вернуться.