Тимоти Зан - Дар Юпитера

Правда, за ним, наверно, легко можно спрятаться. Рейми вовсю заработал плавниками, приближаясь к огромному, надвигающемуся на него джанска…

— Увернитесь! — рявкнул Фарадей.

Рейми испугался и тут же замедлил движение. В результате получилось то, что и требовалось. Резкая потеря движущей силы в сочетании с очень плотной средой вокруг привели к тому, что он внезапно подскочил вверх, словно поплавок. Увернулся, можно сказать, хотя, скорее, ему следовало бы сделать это в противоположном направлении.

Факт тот, что произошло это очень вовремя. Вуука пронесся у Рейми за спиной так близко, что даже слегка задел его по боку грудными плавниками.

И на полной скорости врезался в левый плавник медленно поднимающегося Советника.

Хищник издал что-то вроде трубного слоновьего гласа и забился в воздухе, точно птица, с размаху ударившаяся об оконное стекло. Он начал терять высоту, и на мгновение у Рейми мелькнула мысль, что он просто исчезнет в глубинах, откуда и появился. Джанска тоже пострадал от столкновения — из плавника потекла бледная желто-оранжевая кровь.

Однако вуука тут же снова яростно забил хвостовыми плавниками. Голос его смолк, и хищник ринулся на Советника, словно шавка на носорога, широко разинув пасть, в которой виднелись несколько рядов устрашающих зубов.

И, почти невидимый за желтой завесой крови, вцепился в тело Советника рядом с его грудным плавником.

Рейми вздрогнул от сочувствия. Хищник продолжал вгрызаться в бок Советника, и струя крови превратилась в широкий ручей горчичного цвета. Кровь обволакивала вууку, но он в пылу сражения ничего не замечал.

— Мистер Рейми? — с тревогой окликнул его Фарадей. — С вами все в порядке?

— Со мной — да, — ответил Рейми.

Советник продолжал подниматься, и теперь было видно, что снизу его поддерживают с полдюжины джанска меньшего размера.

Может, поэтому и защищать меня оказалось некому, с горечью подумал Рейми. Все джанска, находившиеся поблизости, играли роль лошадей, тащивших карету с важным гостем.

А теперь сам Советник расплачивался за это. Ни на мгновение не замедляясь, вуука вгрызался в свою жертву, словно бурильная установка. Его голова уже почти исчезла в теле Советника.

— А вот этот бугорчатый джанска имеет большие проблемы, — продолжал Рейми. — Вуука вгрызается в него, словно червь в гнилой помидор…

Он замолчал, нахмурившись. Нет, что-то тут было не так. Вуука все еще ввинчивался в бок Советника, но это происходило слишком уж быстро. Прямо на глазах у Рейми голова хищника полностью исчезла из вида, втягиваясь в прорываемый ею же туннель.

Нет, это не вуука вползал внутрь тела, это кожа Советника обтекала его со всех сторон, словно многоцветная смола.

Что за черт?

И потом Рейми вспомнил. Темная, расплывчатая видеозапись, сделанная Чиппавой и Фарадеем со своего « Скайдайвера»…

— Что вы сказали? — спросил Фарадей.

— Не важно, — пробормотал Рейми. — Думаю, Советник справится. — Снова послышался прерывистый грохот. — Они опять обращаются ко мне.

— Что они говорят?

Рейми попытался пожать плечами — и едва снова не перевернулся на бок.

— Откуда мне знать?

— Вас точно так же обучали их языку, как и меня, — напомнил ему Фарадей.

— Да, но здесь у меня нет компьютера, — возразил Рейми. — И звуки ничуть не похожи на те, которые я слышал во время занятий.

— Будет лучше, если вы поскорее освоитесь с ними, — ответил Фарадей. — Это то, что вам предстоит слушать всю оставшуюся жизнь.

Ублюдок, подумал Рейми, стиснув зубы. Зубы, по крайней мере, у него остались.

Советник между тем продолжал грохотать. Понимая, что злость на Фарадея ничего ему не прибавит, Рейми загнал ее вглубь и внимательно прислушался.

Дело обстояло вовсе не так скверно, как он подумал вначале. Да, для уха джанска тональный рисунок звучал иначе, чем для человеческого. Однако сейчас, имея возможность полностью сосредоточиться на этих звуках, Рейми оказался в состоянии вычленить их ядро — то самое, которому был обучен. Суть и предназначение дополнительных гармоник по-прежнему ускользали от него, но общий смысл он улавливал.

— Приветствую тебя, дитя человеческое, — вот что говорил Советник. — Я — Латранесто, Советник джанска. От имени Советников, Лидеров и Мудрых приветствую тебя в нашем мире.

Прекрасно, подумал Рейми. Первый шаг сделан: он понимает, что они говорят. Осталось всего ничего: попытаться ответить. Сама «приветственная речь» была подготовлена его инструкторами еще на Земле. Но одно дело — слышать чужеземные слова у себя в голове и совсем другое — попытаться воспроизвести их.

— Приветствую…

Он оборвал себя, испуганный звуками, исходившими откуда-то из горла и груди.

— Да? — сказал Латранесто. — Пожалуйста, продолжай.

Рейми сделал глубокий вдох, испытывая странное ощущение, когда прохладный водород проходил вдоль двойного горла его нового тела. Вообще-то говорить на джанска оказалось гораздо легче, чем ожидалось, — теперь, когда у него были голосовые связки джанска. Черт, несравненно легче, чем заново научиться плавать.

— Приветствую тебя и твой народ, Советник Латранесто, — начал он. — Для меня честь оказаться здесь.

Прокатилась волна новых звуков, что-то вроде того, как если бы ногтями царапали по грифельной доске. Что это, знак уважения и приветствия? Ритуальный шум, о котором учителя на «Юпитере-Главном» и не подумали упомянуть?

Или джанска просто смеются над его акцентом?

— Мы рады приветствовать тебя среди нас, — ответил Латранесто. — Прошло уже много времени с тех пор, как я встречался с представителями твоего народа.

Рейми нахмурился. Возможно ли?..

Нет. Латранесто никак не мог быть тем джанска, который спас Фарадея, Чиппаву и их поврежденный зонд. Этот выглядел, по крайней мере, вдвое крупнее того, на видео «Скайдайвера». А может быть, даже больше. Кроме того, с тех пор прошло двадцать лет.

— Не понимаю, — сказал Рейми. Может, он чего-нибудь не понял, потому что пока не ухватывает нюансов? — Когда прежде ты встречался с другими людьми?

— Ты хотел сказать — когда прежде ты встречался с другими людьми, — сказал большой джанска.

Поправил его, надо полагать. Правда, до Рейми не доходило, чем версия Советника отличалась от его варианта. А он-то возомнил, что понимает уже чуть ли не все. Типичная самонадеянность коммивояжера, так это называли в бизнес-школе и предостерегали от подобных вещей.

— Встреча произошла много лет назад и была очень короткой, — продолжал Латранесто. — Я был тем Малышом, который по глупости налетел на веревку машины.