Тимоти Зан - Охота на «Икара»

— Я уверен, что как только появится наш работодатель, мы тут же получим ответы на все наши вопросы, — добавил я.

— Если он появится, — проворчал еще один из новоприбывших.

Высокий, лет тридцати, с ранней сединой в волосах и спокойными проницательными глазами. Его мускулатура была не столь рельефной, как у Джонса, но тоже по— своему впечатляла.

— Появится, — заверил я, стараясь вложить в свой голос больше уверенности, чем испытывал сам. Тот скромный факт, что Камерона разыскивали по подозрению в убийстве, мог сильно ограничить его свободу передвижений. — А пока мы его ждем, почему бы нам не перезнакомиться?

— Я — «за», — согласился седовласый. — Меня зовут Никабар, можно просто Ревс. Лицензированный спец по двигателям, хотя могу работать и механиком.

— Правда? — заинтересованно переспросил Джонс. — И где ж ты этому учился, подмастерье?

— Специальных программ обучения я не проходил, — Никабар. — По большей части нахватался, пока служил.

— Да ну, правда, что ли? — восхитился Джонс. Похоже— , наш механик отличался редкостной общительностью. — И в каких войсках?

— Слушайте, может, оставим светские разговоры на потом? — взвыл нервный мальчик.

Он беспрестанно вертел головой, вглядываясь в каждого прохожего космолетчика.

— Принимаются и другие предложения, — щедро согласился я. — К сожалению, поскольку люк задраен…

— Так почему бы нам его не открыть? — нетерпеливо оборвал меня юнец, уставившись на соединительный тоннель. — Я этот вшивый люк за полминуты отдраю.

— Это ты плохо придумал, — предупредил Джонс. — можно замок шлюза повредить.

— И это оставит без работы нашего специалиста по и наружным работам, — сказал я, поворачиваясь к креану. — А вы, сэр, будете?..

— Меня зовут Чорт, — представился он. В его голосе слышались характерные высокие обертоны, едва различимые звуки, от которых одни приходили в восторг, а другие готовы были лезть на стену. — Откуда вы узнали, что я занимаюсь наружными работами?

— Вы слишком скромны, — ответил я, почтительно .. — Репутация народа Круеа среди тех, кто работает в открытом космосе, широко известна. Для нас большая честь, что вы присоединились к нашей команде.

Чорт отвесил ответный поклон, его волнистая сине— зеленая чешуя сверкнула на солнце. Как и большинство представителей его расы, он был невысокий, стройный, с перистым гребнем, похожим на головной убор индейцев— могауков, и зубастым клювом вместо рта. Возраст его точному определению не поддавался, но я решил, что это ориентировочно где-то между пятьюдесятью и восьмьюдесятью годами.

— Вы слишком великодушны, — ответил он.

— Вовсе нет, — заверил я его столь неприкрыто льстивым тоном, какой только сумел изобразить.

Все креаны обожают невесомость, им все равно, играть при нулевом «g» или работать. Их гибкие тела и компактная мускулатура прекрасно приспособлены для лазания по корпусу корабля. Но главное, креаны обладали неким шестым чувством, когда дело касалось удручающе регулярных повреждений корпуса, вызванных давлением гиперпространства, а также способностью определять состояние брони просто на ощупь.

Именно поэтому они столь высоко ценились как специалисты по наружным работам на борту космических кораблей, что наниматели не гнушались лестью, подкупом и прочими ухищрениями, чтобы переманить к себе специалиста— креана. Не знаю уж, как Камерону удалось уговорить Чорта подписаться на этот рейс, но немного приласкать самолюбие креана явно не помешает, если мы хотим удержать его на борту.

К несчастью, наш нервный друг то ли не улавливал подобных нюансов, то ли плевать на них хотел.

— Да перестаньте вы мозги друг другу пудрить! — проворчал он. — Он просто видел твой багаж, Чорт, видно же, что там лежит скафандр.

Сине— зеленые чешуйки креана от удивления порозовели по краям.

— О, конечно же, — сказал он. — Без сомнения, именно так.

— Не обращайте на него внимания, — сказал я креану, изо всех сил сдерживая досаду. — Это наш эксперт по дипломатическим вопросам.

Джонс хихикнул, а парень всерьез надулся.

— Вовсе нет, — запротестовал он. — Я — электронщик.

— А имя у тебя есть? — поинтересовался Никабар. — Или нам всю дорогу звать тебя Дерганым?

— Ха— ха, очень остроумно, — огрызнулся парнишка.

— Меня зовут Шоун. Джефф Шоун.

— Теперь остаетесь только вы, — сказал я, поворачиваясь к девушке.

На вид ей было не более двадцати пяти. Стройная со светло— карими глазами и легким загаром, как у людей, которые часто и подолгу отдыхают на свежем воздухе. Как и Шоуна, ее, похоже, больше интересовали космолетчики на дорожках движущихся тротуаров, чем наше ознакомительное собрание.

— Вы — наш оператор борткомпьютера и корабельный врач? — предположил я.

— Только оператор, — коротко ответила она, окинула быстрым цепким взглядом и снова отвернулась — Меня зовут Тера.

— Тера, а дальше? — поинтересовался Джонс.

— Просто Тера, — повторила она.

Взгляд, которым она удостоила механика, был не менее быстрым и цепким, но куда более холодным.

— Да, но…

— Просто Тера. — Я перехватил взгляд Джонса и ему дал понять, что лучше не настаивать.

Может быть, девушка была просто скромницей. Но в Спирали есть и несколько религиозных сект, устои которых запрещают называть свое полное имя посторонним. В любом случае, пытаться добиться от Теры, чтобы она назвала свою фамилию, было бы бесполезно и лишь еще больше обострило бы трения в команде, а у нас и без того отношения не складывались.

— Значит, доктора все еще нет, — заметил Никабар, пытаясь сгладить неловкость. — Интересно, где он задерживается?

— Выпивает и закусывает с Бородиным на пару, — безрадостно предположил Шоун. — Слушайте, ерунда какая-то тут творится. Вы уверены, что корабль заперт?

— Пожалуйста, можешь удостовериться, — предложил я ему, показав на клавиатуру кодового замка.

Хотел бы я знать, каким должен быть наш следующий ход. Мне совершенно не хотелось стартовать, не дождавшись Камерона, особенно учитывая, что на нем висит обвинение в убийстве. Но, с другой стороны, если ихмисы уже схватили его, болтаться здесь тоже особого смысла не имело. Может, мне стоило позвонить Иксилю на «Берег штормов» и попросить его попробовать тихонько навести справки.

Тут где-то надо мной клацнули запоры и зашипела гидравлика. Я резко обернулся и увидел, как медленно и торжественно распахивается входной люк.

— Как ты это сделал? — поинтересовался я у Шоуна.

— Что значит — как? — огрызнулся он. — Просто нажал кнопку «Вход», вот и все. Тупицы, люк был открыт с самого начала.