Фрэнк Герберт - Дюна

— «И стал я пришельцем в чужой земле», — процитировал Халлек.

Поль оглянулся на него — он узнал цитату из Оранжевой Католической Книги. Похоже, Джерни тоже не по душе нечестная игра.

Герцог Лето задумчиво смотрел в ночной мрак за окнами. Потом он перевел взгляд на Халлека.

— Да, Джерни, сколько рабочих ты уговорил остаться с нами?

— Всего двести шестьдесят восемь, мой господин. Можно считать, что нам здорово повезло. Все они очень нужных нам специальностей.

— Только-то? — герцог поджал губы. — Ну, хорошо. Тогда передай по постам…

Шум у дверей не дал ему договорить. Мимо стоящих там часовых прошел Дункан Айдахо. Он поспешно обогнул длинный стол и склонился к уху герцога.

Лето замахал на него рукой:

— Вслух, вслух, Дункан. Ты же видишь, это заседание штаба.

Поль внимательно смотрел на Дункана, в который раз отмечая его стремительность, точность движений и гибкость — качества, делающие его учителя непревзойденным мастером боя. Айдахо повернул к нему круглое загорелое лицо, взгляд глубоко посаженных глаз, не узнавая, скользнул по Полю. Но под наигранным возбуждением мальчик распознал глубокую сосредоточенность.

Айдахо медленно оглядел всех присутствующих и сказал:

— Мы только что перехватили группировку харконненских наемников, переодетых вольнаибами. Но вольнаибы направили нам гонца с предупреждением. В схватке он был тяжело ранен наемниками. Мы направили его сюда, чтобы наш военврач мог его осмотреть, но по дороге он скончался. Бедняга здорово мучался, но мы сделали все, что было в наших силах. Однако один его поступок меня удивил: когда его сюда несли, он пытался выбросить некий предмет, — Айдахо посмотрел на герцога. — Нож, милорд. Такой, каких мы никогда не видели.

— Ай-клинок? — спросил кто-то.

— Я в этом не сомневаюсь. Молочно-белый и светится изнутри своим собственным светом, — он сунул руку во внутренний карман и вытащил ножны, из которых торчала черная рукоятка с углублениями для пальцев.

— Не смей обнажать лезвие!

Резкий, пронзительный голос, раздавшийся из дальнего конца зала, заставил всех обернуться.

В дверях, перегороженных алебардами часовых, стоял высокий человек, с головы до пят закутанный в длинные желтые одежды. В узкую щель капюшона виднелась черная маска. Она закрывала все лицо, кроме глаз, — совершенно синих, без какого-либо намека на белки.

— Позвольте ему войти, — прошептал Айдахо.

— Пропустите его, — приказал герцог.

Часовые после мгновенного замешательства опустили алебарды.

Незнакомец проскользнул в комнату и встал перед герцогом.

— Это Стилгар, вождь сича, в котором я жил, — пояснил Айдахо.

— Приветствую вас, господин вождь, — обратился к нему Лето. — Так почему же вы не рекомендуете нам обнажить этот кинжал?

Стилгар повернулся к Дункану:

— Живя среди нас, ты соблюдал наши обычаи. Тебе я мог бы позволить увидеть нож человека, бывшего твоим другом, — его взгляд скользнул по остальным офицерам. — Но я не знаю никого из тех, кто рядом с тобой, и опасаюсь, что ты можешь осквернить честное оружие.

— Я — герцог Лето Атрейдс. Не удостоите ли вы меня чести посмотреть этот клинок?

— Я позволю тебе заслужить это право, — ответил Стилгар и, как бы подавляя поднявшийся за столом ропот, поднял жилистую руку и вновь обратился к Дункану: — Я напоминаю тебе, что это нож человека, бывшего твоим другом.

Пользуясь наступившим молчанием, Поль внимательно изучал незнакомца, излучавшего величие всем своим видом. Это был настоящий вождь — вождь вольнаибов.

Какой-то офицер неподалеку от Поля пробормотал:

— Кто он такой, чтобы указывать на наши права на Аракисе?

— В народе говорят, будто герцог Лето собирается управлять на благо своих подданных, — заговорил вольнаиб. — Я хочу тебе сказать, как мы это понимаем: ты должен помнить об ответственности, которая лежит на тех, кто видел обнаженный ай-клинок, — он бросил быстрый взгляд на Айдахо. — Они становятся нашими братьями. И не имеют права покидать Аракис без нашего позволения.

Возмущенный Халлек и еще несколько человек вскочили со своих мест.

— Никто, кроме герцога Лето…

— Минуточку, — сказал Лето. Его неожиданно мягкий голос остановил их. Ситуация не должна выходить из-под контроля, решил он. — Я испытываю глубокое уважение к любому, кто относится с таким же уважением ко мне. По словам Дункана, я вам многим обязан. А я всегда плачу свои долги. Если ваши обычаи требуют, чтобы этот кинжал оставался в ножнах, пусть будет так, но по моему приказу, И если мы можем как-то почтить память человека, отдавшего за нас жизнь, вам нужно только сказать нам, как именно.

Вольнаиб в упор смотрел на герцога, потом медленно отодвинул в сторону маску, обнаружив под ней прямой нос и рот с полными губами, скрытый в черной с шелковистым отливом бороде, наклонился к столу и плюнул на полированную поверхность.

Все сидевшие вокруг стола офицеры вскочили, но тут в зале прогремел голос Дункана:

— Стойте!

Наступила полная тишина, и Айдахо заговорил:

— Мы благодарим тебя, Стилгар, за то, что ты поделился с нами влагой своего тела. Мы принимаем ее и ценим великодушие, с которым ты сделал это.

С этими словами Айдахо тоже плюнул на стол прямо перед герцогом. Потом он повернулся к Лето и объяснил:

— Вспомните, насколько драгоценна вода на Аракисе, мой господин. Это знак величайшего уважения.

Лето опустился в кресло, поймал взгляд сына, увидел понимающую улыбку на его лице и почувствовал, что, по мере того как до людей доходит смысл сказанного Айдахо, напряженность начинает спадать.

Вольнаиб снова обратился к Айдахо:

— Ты хорошо показал себя, Дункан Айдахо, когда жил среди моих людей. Что привязывает тебя к твоему герцогу?

— Он просит, чтобы я остался с ними, мой господин, — сказал Дункан.

— Он что, имеет в виду двойное гражданство? — усмехнулся Лето.

— Вы хотели бы, чтобы я пошел с ним, мой господин?

— Я хотел бы, чтобы ты принял собственное решение, — ответил герцог, понимая, что ему не удалось подавить раздражение в своем голосе.

Айдахо внимательно посмотрел на вождя вольнаибов:

— Ты согласен взять меня на таких условиях, Стилгар? Возможно, временами мне придется возвращаться на службу к моему герцогу.

— Ты хорошо сражаешься и проявил себя нашим верным другом, — ответил Стилгар и посмотрел на герцога: — Пусть будет так: этот человек, Айдахо, оставит у себя ай-клинок как знак своей преданности вольнаибам. Конечно, ему придется пройти обряд очищения и выполнить все ритуалы. Но все это вполне исполнимо. Он станет вольнаибом и будет служить Атрейдсам. В этом нет ничего необычного, ведь и Лит служит двум господам.