Тодд Маккефри - Сердце дракона

Фиона ничем не могла ей помочь, но в голосе Танназ прозвучала обида, невысказанное «Твой-то дракон здоров».

— Мы встретимся с ней. — тихонько, как бы для себя, прошептала Меланви. Когда старуха заковыляла дальше, Фиона услышала, как та растерянно добавила. — А разве мы не видимся с ней каждый день?

— Фиона, что-то случилось? — спросила Эллора, когда Фиона вошла в Кухонную Пещеру.

Фиону настолько поразило странное поведение Меланви, что она смогла только покачать головой.

— Госпожа Вейра уже здесь. — указала кивком головы Эллора и вручила Фионе поднос. — Здесь кла и кое-что теплое для этого холодного утра.

Все еще обдумывая случившееся, Фиона побрела к столу Предводителей и поставила поднос, присев только после того, как Сайска жестом предложила ей сделать это. Госпожа Вейра была настолько погружена в свои мысли, что заметила то, что всадница младшей королевы не ответила ей, только, когда во второй раз предложила Фионе кружку кла.

— Фиона!

Фиона изумленно взглянула на нее.

— Что случилось?

— Ведь она же не собирается сделать это, да? — тихо спросила у Сайски Фиона. — Ни Келсант’а, ни Танназ, ведь так? — и, когда Сайска не ответила, Фиона продолжила, ее голос стал более громким от злости. — А Меланви там каждый день, выжидает и надеется, что…

— Выпей кла. — сказала Сайска тоном приказа и сунула кружку в онемевшие руки Фионы.

Фиона подчинилась, но так, словно кто-то другой двигал ее руками, кто-то другой пил. «Так не должно быть. Драконы всегда были здоровы, они никогда не болели, они никогда … не умирали».

— Она собирается уйти вместе с ней, да? — спросила она, с отсутствующим видом опустив свою кружку на стол.

— Если она сделает это, это будет ее выбор. — тихо ответила Сайска.

— Так что же собирается сделать Меланви? — спросила Фиона.

— Мне кажется, — спустя мгновение ответила Сайска, — она пытается помочь, как умеет.

— Помочь? — Фиона не могла в это поверить.

— Так, как умеет. — повторила Сайска. Она молча смотрела, как К’лиор потянул к себе стул и сел напротив Фионы. Он выглядел измученным.

— Я только что от Ж’марина. — сказал К’лиор.

— Травы не помогают, да? — спросила Фиона. Она не обратила внимания на взгляд, которым обменялись К’лиор и Сайска, но разобрала едва слышные слова К’лиора. — Не помогают.

— То же самое сказала и Танназ. — мрачно сказала Фиона и посмотрела на Сайску. — Она просила передать тебе, чтобы ты не беспокоилась о травах, и что она хочет переехать в вейр выше уровнем.

— Нет. — решительно заявила Сайска. — Она останется в своем вейре. — и, поймав взгляд Фионы, добавила. — Я сама скажу ей об этом.

Подошел Т’мар, и, приглашенный К’лиором, присел за стол. — Данорт’е Л’риана не стало лучше.

— Лучше не стало никому. — сказал Кентаи, войдя в пещеру. Он сделал гримасу и добавил. — Я только что говорил с нашим Мастером Пастухов.

— А при чем здесь пастухи? — удивленно пробормотал Т’мар.

— Мы используем те же травы, что они применяют для лечения скота. — продолжил Кентаи, присев рядом с Фионой, напротив Т’мара. Он печально покачал головой. — Она сказала, что обычно, если травы не действуют сразу, животное умирает.

— Драконы — совсем не скот! — заявил Т’мар.

— Не скот, — согласился Кентаи, — но травы те же самые.

— Я беседовал с Тома до этого, — размышлял вслух К’лиор, — и она всегда казалась очень знающей в своем деле.

— Мы ничего не сможем сделать!. - настаивал Т’мар, переводя взгляд с Кентаи на Сайску, К’лиора, и наконец, на Фиону. — Нити идут, нам необходимы все наши драконы.

— Мне кажется, мы все это знаем, Т’мар. — мягко сказал К’лиор. Т’мар начал медленно закипать от взгляда Предводителя.

— Можешь ли ты предложить что-то другое? — вставил Кентаи.

Т’мар посмотрел на арфиста и пробурчал. — Если бы у нас был целитель…

— Если бы у нас был целитель, он бы не сказал больше того, что мы уже знаем. — возразил Кентаи. Он обвел рукой Чашу и указал выше, на барабанную вышку около Звездных Камней. — Я постоянно поддерживал связь, и никто не предложил лучшего решения, чем Киндан.

— Он не целитель. — упорно настаивал Т’мар.

— Да, — ответил согласно Кентаи, — он не целитель. Но именно Киндан отыскал путь спасения Холдеров во время Мора, и только Киндан был связан со стражем порога и Запечатлел файра.

— Я доверяю Киндану. — горячо заявила Фиона. — Он спас мне жизнь.

Т’мар удивленно на нее посмотрел, а потом опустил глаза и пробормотал. — Он не всадник дракона.

— Но Лорана — всадница. — ответил Кентаи. — И это ее травы мы используем.

Т’мар бросил на арфиста упрямый взгляд, но ничего не сказал, вместо этого потянувшись за кружкой и кувшином кла. Он уронил кружку и разбил ее.

— Вот. — сказала Фиона, подвинув к нему свою кружку. — Возьми мою.

— Нет, я возьму свою. — заявил Т’мар.

— Т’мар! — удивленно воскликнула Сайска. Бронзовый всадник посмотрел на нее, вскинув брови. — Ты уверен, что хочешь это сделать? Глупо отказываться от милостей Госпожи Вейра.

Т’мар был готов сердито ответить, но вовремя остановился. Он покачал головой и сказал Сайске. — Прими мои извинения, Госпожа Вейра, я неправ.

Сайска согласно кивнула, затем взглядом указала ему на Фиону.

Т’мар повернулся к младшей всаднице королевы. — Госпожа Вейра, я приношу свои извинения за мои плохие манеры. — сказал он. — Если ты примешь мои извинения, я буду очень благодарен.

Над столом повисло напряжение, такое плотное, что его можно было пощупать, и Фиона ощущала его, как никогда раньше. Ей нужно было самой принять решение: она могла отклонить извинения Т’мара, и этим накалить обстановку, или могла охладить накал. Фиона покачала головой, в ней совсем уже не было сил, чтобы поддерживать в себе гнев.

Т’мар уловил ее движение и неправильно его истолковал. Он начал оскорбленно подниматься и остановился только тогда, когда Фиона дотянулась до него через стол и схватила его за руку.

— Я качала головой, удивляясь своей глупости. — сказала она, поймав его взгляд. — Пожалуйста, сядь и возьми мою кружку. Мы все слишком много пережили; мы все взволнованы и все устали.

Она потянула его за руку вниз, и Т’мар с кривой улыбкой опустился на свой стул.

— Я налью, если ты не против, всадник. — предложил Кентаи. Дождавшись благодарного кивка Т’мара, арфист наполнил кружку теплым кла.

— Прости меня тоже, если я обидел тебя. — сказал Т’мар, зажав в руке потеплевшую кружку.