Андрей Романов - Шахматы дьявола

— Чего тебе кочевник? — спросил один из воинов.

— Куда вы тащите несчастную?

— Не твое дело. Это наша добыча.

— Не по христиански поступаете.

— Ты кто такой, чтобы нас учить? Уйди с дороги, а не то отведаешь моего меча.

— Вы прибыли в святой город во имя Господа, а творите бесчинства, — попытался урезонить воинов Григорий. — Возлюби ближнего, призывает Отец наш небесный.

— Вот мы и собираемся с товарищем ее возлюбить, — расхохотался воин. — А потом я с удовольствием перережу ей горло, чтобы она не смогла произвести на свет маленьких еретиков.

— Опомнись воин! Не гоже проливать невинную кровь.

— Прочь с дороги язычник!

— Я такой же христианин, как и ты, — Григорий вытащил из под доспехов серебряный крест.

— Если ты защищаешь эту магометанку, значит ты еретик! — воин бросился на Григория, подняв над головой свой меч.

Григорию ничего не оставалось, как обнажить свою саблю, хотя ему совсем не хотелось проливать кровь ни свою, ни чужую. Он легко отражал атаки противника, которому злоба затмила глаза. Изловчившись, Григорий нанес сильный удар по шлему воина и оглушил его. Двинув своего коня вперед, он повалил своего противника наземь. Второй воин оставил несчастную женщину и кинулся на помощь своему товарищу. Григорий сильным ударом выбил меч из его руки.

— Уходи или я тебя убью.

Воин развернулся и опрометью бросился прочь. Ему было обидно оставлять свою добычу кочевнику, но жизнь была дороже.

— Ты можешь идти куда хочешь, — обратился Григорий к женщине, которая все это время лежала на земле. Ее широко раскрытые глаза были наполнены ужасом.

— Мне некуда идти, — произнесла женщина. — Дом моего господина, где я работала прислугой, сгорел, а его самого зарезали. Возьми меня к себе, добрый господин. Я буду тебе прислуживать.

Она стала на колени и устремила взор на своего спасителя. В ее глазах была мольба о помощи.

— Мне не нужна служанка, — нахмурился Григорий. Он понимал, что в городе сейчас нет такого места, где бы его жители могли себя чувствовать в безопасности. Но и взваливать на себя обузу не хотелось.

В это время, в конце улицы появилась толпа крестоносцев. Возглавлял ее воин, которого Григорий только что отпустил. Видимо он не смирился с потерей своей добычи. Позвав на помощь товарищей, воин чувствовал себя более уверенно, чем минуту назад. Увидев перед собой человека в одежде кочевника, толпа издала воинственный клич. Крестоносцы всегда с подозрением относились к нанятым на службу Византией кочевникам. По любому поводу они могли затеять ссору. Сейчас был как раз подходящий повод. Любой судья оправдал бы их действия. Понимал это и Григорий. Грозные взмахи оружия не оставляли никаких сомнений в намерениях разъяренных воинов.

— Быстро запрыгивай на лошадь, — Григорий протянул руку.

Женщина, услышав рев толпы, оглянулась. Она сразу оценила надвигающуюся угрозу. Мгновенно вскочила на ноги и схватила протянутую руку. Оказавшись на лошади, крепко обхватила Григория за туловище. Тот сразу же развернулся и понесся прочь от разъяренной толпы. Где искать спасения он не знал. Поэтому они неслись, не разбирая дороги, куда глаза глядят.

Григорий услышал за спиной тяжелый топот копыт и оглянулся. Вслед за ним мчался рыцарь и махал рукой. По знакомым доспехам он узнал Гугу.

— Григорий, ты мчишься, словно за тобой гонится свора чертей, — рассмеялся рыцарь, когда его друг остановил своего коня. Они не виделись несколько дней. Григорий постоянно рыскал со своими кочевниками по округе, оберегая войско крестоносцев от нападения с тыла. Поэтому он не участвовал в штурме Иерусалима, а с подружившимися рыцарями, виделся от случая к случаю.

— Так оно и есть, — Григорий с тревогой посмотрел назад. — А вот и черти, которые хотят меня растерзать.

Гуго проследил за взглядом своего друга, и увидел толпу воинов, выбежавших из переулка.

— Кажется, я понимаю причину их озлобления, — рыцарь оценивающе посмотрел на спутницу своего друга. Он сразу разглядел в испуганной растрепанной женщине юную девушку. — Если бы у меня увели такую красавицу, то я тоже бы разозлился.

— Думаю, что нам следует побыстрее отсюда убраться, — сказал Григорий. — Вот только не знаю, куда?

— Скачи за мной. Я знаю одно укромное местечко, — Гуго вонзил шпоры в бока лошади, и поскакал вперед.

Вскоре преследователи отстали. Рыцарь двигался к центру города. Он долго плутал по узким улочкам, пока не остановился у большого двухэтажного серого дома, который был огорожен высоким глухим забором. Крепкие ворота были открыты настежь. Григорий увидел на них следы оставленные топором. Не было сомнений, что хозяин дома не желал добровольно открывать ворота непрошенным гостям. Однако, внутри двора не было ни трупов, ни следов крови.

Гуго браво соскочил со своего коня, и помог девушке спуститься на землю. При этом все его движения сопровождались лязгом железа. Похоже, что это нравилось рыцарю. Закованный с головы до ног в броню, он выглядел красиво и производил приятное впечатление на дам, которые сопровождали войско крестоносцев. Сейчас его взгляд бесцеремонно блуждал по фигуре молодой девушки.

— Мы с Робертом и Бертольдом решили остановиться здесь. По-моему не плохой домишко.

Григорий огляделся. Большой двор вмещал в себя конюшню, одноэтажный домик для прислуги, складские помещения. Наклонная крыша дома была сделана из черепицы коричневого цвета. Большие закругленные сверху окна придавали строению симпатичный вид. По двору ходили оруженосцы, которыми уже давно обзавелись рыцари. В стойле стояло с десяток распряженных лошадей, а возле ворот расположились двое вооруженных воинов. Всего сутки прошли, как крестоносцы захватили город. Победители метались по улицам в поисках наживы, а здесь было спокойно и тихо.

— Когда наш отряд подошел к этому дому, то решили, что за такими крепкими воротами наверняка спрятались турецкие воины. Уж очень это строение напоминает маленькую крепость, — стал рассказывать Гуго. — На наше требование открыть ворота никто не откликнулся. Пришлось их ломать. Оказалось, что дом принадлежит богатому купцу, который покинул город еще до начала штурма. Здесь осталась только перепуганная прислуга, которую мы отпустили на все четыре стороны.

— Напрасно. Этим вы обрекли их на смерть, — сказал Григорий.

— Мы боялись, что не сможем удержать наших воинов от бесчинств, — пояснил Гуго. — В подвале дома находилось много узников, закованных в кандалы. Все они выглядели ужасно. Их тела были покрыты многочисленными ранами от побоев. Купец приобрел этих несчастных на невольничьем рынке. Большинство из них являлись христианами. Бывшие пленники рассказали о жестоком обращении с ними и призывали к мести.