Северная сага. Конунг и воевода - Вячеслав Калинин

Встречать караван вышел староста деревни. Ратибор узнал его сразу же — старик совсем не изменился.

— Здравствуй, Ждан! — поприветствовал его Кречет, не слезая с коня. — Примешь старых друзей на постой?

Староста прищурился, пытаясь вспомнить, что это за блистательный витязь его, простого смерда, по имени называет. И, вспомнив, расплылся в широкой доброй улыбке.

— Вспомнил меня? — улыбнулся в ответ Ратибор.

— А как же, господин! Неужели ж я своего спасителя забыть могу⁈ Помню! В лучшей избе прикажу постелить! И накормлю от пуза лучшими яствами!

Старик тут же засуетился, кликнул помощников, чтобы распорядиться о приготовлении ужина и места для ночлега.

— О наших лошадях пускай тоже позаботятся! — спрыгивая с коня распорядился Ратибор. — А купцы распрягут и обиходят сами, у них свои холопы имеются.

К Ратибору со старостой как раз подошел Мамли.

— Познакомься, Ждан! Это мой друг — почтенный купец Мамли! — представил булгарина Кречет. — Мы вместе идем до Смоленска.

— Всем места хватит, господин! Тем более твоим друзьям! Сейчас и ужин будет готов. Проходите пока ко мне на двор, умойтесь с дороги. Там и столы поставим! — пригласил Ждан и тут же засеменил впереди, показывая дорогу.

В его дворе и вправду уже установили длинные столы — отесанные с одной стороны толстые бревна, уложенные на крепкие козлы. Лавки выглядели поприличнее — широкие доски, уложенные на коренастые чурбаки.

Женщины суетились, бегая в дом и обратно, и таская блюда с различными кушаньями. Тут же, во дворе, несколько холопов насадили на вертел свиную тушу и раскочегаривали под ней костер. Чьи-то мелкие детишки быстро и ловко ощипывали нескольких гусей, уток и пару десятков перепелок и рябчиков.

Ратибор отвел старосту в уголок.

— Ждан! Спасибо за гостеприимство! Вот, возьми за постой и угощение! — протянул Кречет мешочек с серебром.

— Что ты, господин! Как можно⁈ Не возьму! — начал отнекиваться староста. — Я же для тебя по-дружески стараюсь!

— Бери! Мы сожрем много, а тебе всю деревню зимой кормить! Что я, что купец — люди не бедные, так что бери и не спорь! Как друг тебя прошу!

Староста покачал головой, но благодарно кивнул и кошель принял.

— Идем за стол, добрый друг Ратибор! Я угощу тебя пивом, что сварила моя жена. Это лучшее пиво во всей округе!

Пиршество было в полном разгаре, когда прибежал мальчишка, карауливший у причала на реке.

— Там ладья с насадом подходят! Вроде, полоцкие!

— На постой хотят напроситься! — пояснил Ждан. — У нас многие, что водой идут, останавливаются по дороге в Полоцк. Правда, место сегодня только в хлеву, да на конюшне осталось. Ну, чай не князья плывут, и там переночуют. Пойду, гляну на них!

Ратибор кивнул, особо не обращая внимания на болтовню старосты, и с энтузиазмом занялся обгладыванием жареной гусиной ножки. И пиву должное внимание отдать не забыл — не обманул хозяин, действительно очень вкусное пиво.

Вскоре Ждан вернулся.

— Скоро пристанут. Полоцкие купцы идут, большая ладья и насад, — сообщил он.

Пир продолжился.

На вошедших во двор людей поначалу никто особого внимания даже не обратил — здесь и так сновали туда-сюда местные, таская припасы. Но вошедшие отличались от обычных деревенских жителей. Это были, во-первых, примерно с десяток нурманнов в полном боевом облачении, а, во-вторых, еще с десяток людей, напоминавших по внешнему виду торговцев в походе. Вроде и не воины, но при оружии, а некоторые даже в доспехах. Зашли и встали толпой, разглядывая пирующих людей Ратибора и Мамли.

Вперед всех выдвинулись двое. Один — типичный нурманн, здоровенный бородач в длинной, до колена, кольчуге и круглом шлеме с очками, сдвинутом сейчас на затылок. На поясе — качественной работы меч с наборной рукоятью из серебра и меди. Потертые кожаные штаны и грубые мозоли на ладонях говорили о том, что драккар — его дом родной. Серьезный товарищ, сразу видно — хищник.

Второй, что стоял рядом с нурманном, тоже выглядел не рядовым. Одежда из ярких дорогих тканей, широкий пояс, так густо усеянный серебряными накладками, что кожи под ними не видно, красивый плащ с золотой фибулой. Меч на поясе тоже имелся, с украшенными серебром и медью ножнами. На голове круглая меховая шапка. За боярина можно принять легко. Правда, взгляд немного подводит — не настолько уверенный, как у нурманна, а скорее настороженный, внимательно изучающий окружающих.

Торговец заговорил первым:

— Эй! Мы хотим переночевать здесь. Нам нужен ужин и хорошее место для ночлега!

— Конечно! Свободного места для ночлега, правда, сегодня немного, но можно устроиться на конюшне или на сеновале, — затараторил Ждан. — Отужинать милости прошу к столу, сейчас поставим еще лавки!

— Тебе же сказали — хорошее место для ночлега, оглох что ли, старик? Какая конюшня⁈ И я не сяду за один стол с этими! — надменно заявил нурманн.

— Да, я тоже, — поддакнул торгаш. В этой компании он, все-таки, не был полноценным старшим. — Накрой нам отдельно, старик! И приготовь хороший дом для нас!

Булгары за столом заворчали, а люди Ратибора подскочили со своих мест, хватаясь за оружие.

— Сидеть всем! — рявкнул Ратибор. — Я буду говорить!

Он повернулся лицом к незваным наглецам и, положив руку на рукоять меча, процедил:

— Чем тебе не нравится наша компания, безымянный нурманн? Или ты конунг? Брезгуешь с воинами за одним столом сидеть? — Ратибор перевел взгляд на второго. — А ты — боярин, что ли? Не переоцениваешь ли ты свои силы? Это мы не хотим видеть вас на этом дворе! Уходите по-хорошему!

Сказал и угрожающе уставился на наглецов.

Те ответили таким же тяжелым взглядом.

Минуты две-три они сверлили друг друга глазами. Потом торговец резко развернулся и, уходя, бросил:

— Старик! Накрой нам стол на другом дворе!

Нурманн недобро усмехнулся и сплюнул на землю.

— Меня зовут Йоран. Запомни это имя!

Развернулся и вышел вслед за торговцем. За ним, так и не сказав ни слова, удалились и все остальные.

— Пойду, прикажу накормить их! — извиняющимся тоном пролепетал Ждан.

Он был заметно напуган.

— Не бойся! В обиду не дадим! — хлопнул его по плечу Аудульф.

— Иди, Ждан. Если что не так, или обижать начнут — сразу зови! — приободрил старосту Кречет.