Тыквенный пирог мисс Мэгги Стюарт - Александра Шервинская

— Ну, — Алекс слегка приобнял меня, прижав к себе, — в браке, как правило, появляются дети, Мэгги. Рождество, после которого ты обещала дать мне окончательный ответ, приближается, и я очень рассчитываю услышать «да». Следовательно, потом у нас появятся дети, может быть, не сразу, это уж как мы с тобой договоримся… Если ты решишь отправиться в Швейцарию или захочешь стать кем-то вроде Леонсии Солано из романа мистера Джека Лондона, то, конечно, с детьми придётся повременить… Но тут ж как ты решишь, Мэгги. Я постараюсь принять любое твоё решение, даже если оно будет не очень мне по душе. Но я очень тебя прошу: поверь мне! Я не могу говорить за отца, но я совершенно точно приехал в Блайзбери не в надежде подобраться к тебе или к карте. И мои чувства к тебе никак не связаны с твоим наследством. Скорее, я предпочёл бы, чтобы его вообще не было: тогда тебе не в чем было бы меня подозревать.

— Алекс действительно ничего не знал, — раздалось у меня за спиной, и я, вздрогнув, резко обернулась, чтобы встретиться взглядами с Кайлом Гилмером, который стоял, засунув руки в карманы своего щегольского пальто. — Свои вопросы и… хм… претензии ты можешь адресовать только мне, Мэгги. Но перед этим очень хорошо подумай, нужна ли тебе эта правда. Ведь, видишь ли, какая штука, правду мало узнать. С ней ведь что-то надо делать, понимаешь? Как-то использовать, как-то встроить в свою уже сложившуюся систему мироздания, а это, уверяю тебя, совсем непросто.

— Я хочу знать правду, — твёрдо сказала я, — моя жизнь и без того не так чтобы проста и понятна, а если вдобавок ко всему я начну сомневаться в каждом слове окружающих меня людей… нет, я так не хочу, Кайл.

— Тогда, быть может, мы встретимся сегодня вечером? Нэнси ведь всё равно собиралась к тебе помогать с пирогом, не так ли? — мистер Гилмер мягко улыбнулся. — Мы с Алексом могли бы составить ей компанию и, пока пироги будут печься, спокойно обо всём поговорить.

— Хорошо, — кивнула я, — давайте тогда около пяти, потому что к восьми непременно явятся Джастин и Саймон, а я не уверена, что им надо слышать всё, что ты скажешь.

— Я тоже так думаю, — склонил голову Кайл, — это наше внутреннее семейное дело, да? Значит, договорились? И не волнуйся, Мэгги, никто из нас никогда не желал тебе зла. А что всей правды не говорили, так нужно же было понять, стоит ли доверять её тебе. Не обижайся, девочка, это самая обычная предосторожность.

Остаток ярмарочного дня прошёл в суете, корректировке планов и подготовке мероприятий. А вечером ко мне пришла Нэнси, и мы погрузились в обсуждение тонкостей создания тыквенного пирога, такого, какого никто в Блайзбери никогда даже не пробовал. Не то чтобы мне прямо так уж была необходима победа в этом конкурсе, скорее, срабатывал «комплекс отличницы». Не знаю, был ли здесь конкретно этот термин, но он лучше всего характеризовал моё состояние.

— Корица, имбирь, кардамон, гвоздика, коричневый сахар… — Нэнси внимательно рассматривала баночки со специями, открывала некоторые, принюхивалась, одобрительно кивала и продолжала изучать составляющие нашего будущего кулинарного шедевра.

Я молча просеивала муку и пыталась хоть как-то подготовиться к предстоящему разговору с Кайлом. Его слова о том, что не всякую правду нужно знать, не давали мне покоя.

С одной стороны, я очень хотела знать всё: как и насколько серьёзно были связаны Кайл Гилмер и дядя Кевин, были ли у них общие дела, как в этом замешаны мои родители, просил ли дядя Кевин Кайла о чём-то по отношению ко мне, зачем на самом деле Кайл приехал в Блайзбери и, главное, насколько был в курсе Алекс.

А с другой стороны… Даже если выяснится, что у дяди Кевина и Кайла были общие дела, что это изменит? Любить дядю я меньше точно не стану, он для меня так и останется лучшим из всех людей, кого я знала. Наверное, если бы я лучше помнила родителей, приоритеты были бы расставлены иначе, а так именно Кевин Стюарт вырастил и воспитал меня. Стану ли я хуже относиться к Кайлу? Не знаю, скорее всего, нет, потому что я могу его понять: прежде чем откровенничать с неизвестной девицей, к ней надо как следует присмотреться. Кто ж знал, что девица окажется не в меру шустрой? Никто!

Могло быть так, что Алекс не был в курсе отцовских планов в отношении меня? Да запросто: Кайл тот ещё хитровыдуманный господин! И совершенно не обязательно, что он посвящал в свои замыслы Алекса. Или это я пытаюсь притянуть объяснения, как говорится, за уши, потому что мне очень хочется, чтобы Алекс оказался не причастен?

— Мэгги… Мэгги!

Я вздрогнула, когда Нэнси осторожно прикоснулась к моей руке, и чуть не уронила сито, через которое просеивала муку.

— Ты так глубоко о чём-то задумалась, что дважды просыпала муку мимо миски и даже не заметила этого. Что тебя так беспокоит, дорогая? Ты спокойно можешь поделиться со мной и быть уверенной, что кроме нас двоих об этом никто не узнает. За тридцать пять лет совместной жизни с Кайлом если я чему и научилась — так это хранить чужие секреты.

И я не выдержала: шлёпнулась на стул рядом с кухонным столом и, всхлипывая и размазывая по лицу слёзы пополам с мукой, выплеснула на внимательно слушавшую меня Нэнси всё, что накопилось в сердце. Все свои сомнения, подозрения, опасения, надежды и страхи. Минут через двадцать я выдохлась, прерывисто вздохнула, вытерла мокрое лицо кухонным полотенцем и посмотрела на будущую свекровь.

— Ты считаешь меня истеричкой?

Я впервые обратилась к Нэнси на «ты», потому что раньше мне что-то мешало: наверное, мать Алекса казалась мне слишком аристократичной, поэтому я всё время сбивалась на вежливое «вы». А тут, после всего, что я на неё вывалила, официоз выглядел бы как минимум странно.

— Нет, детка, что ты, — она ласково мне улыбнулась, — на тебя столько свалилось, что не каждый закалённый взрослый выдержит, а ты всё-таки пока ещё очень молода, Мэгги. И мне, наверное, как никому другому понятны твои сомнения. Знаешь, когда я выходила замуж за Кайла, я не знала, чем он зарабатывает на жизнь, считая его просто достаточно успешным галеристом. Тогда у него была своя небольшая галерея в Манчестере.