Клуб четырёх теней - Валери Рэм

— А можно мы сделаем копии этих снимков для нашего проекта? — неуверенно спрашивает Марк.

— Как вам угодно…

— Вы думаете, что деятельность Филиппа Фурманова настолько укоренилась в истории, что теперь вы несете на себе проклятие?

Фурманов резко дергается к нему, смотря в упор, не моргая. Марк пытается выдержать этот взгляд, но телу пробегают мурашки. Карие глаза пристально разглядывают его, а затем Кирилл произносит:

— Я знаю!

Затем после непродолжительной паузы он вспыхивает:

— Думаете, я лгу?!

— Что вы! Нет-нет! — размахивает руками Влад, Фурманов переключается на него. — Мы ничего такого не имели ввиду.

Кирилл после этих слов немного успокаивается и, тряхнув головой, произносит:

— У вас осталось пять минут.

Марк только хочет открыть рот, как его опережает Влад:

— Ваш магазин просто восхитителен! А давно ваши предки увлекаются коллекционированием? Может быть, есть особые предметы, сохранившиеся от Филиппа Фурманова?

Кирилл подносит пальцы к подбородку, а затем засовывает руку в карман и вытаскивает оттуда серебряный кулон. Марк напрягается.

Кулон просто точная копия того, что он нашел под дверью квартиры Клуба.

— Эта вещь передается из поколения в поколение. Трофей Филиппа Фурманова превратился в проклятие нашей семьи.

Марк думает, что Фурманов настолько одинок, настолько годами все это носил в себе, что, получив хоть какую-то отдушину, не смог удержаться, даже пугаясь самого себя.

— Что за кулон? — спрашивает Марк.

— Он принадлежал Софьи Перовской. Фурманов украл его после ее казни.

Все сходится. Это действительно оно. Только вот где настоящее украшение? Скорее всего, им досталась подделка.

— А почему…

— Потому что вам пора… — Фурманов пальцем указывает на выход.

Влад только хочет что-то произнести, как Марк берет его за кисть, и они выходят из магазина.

— Вот и поговорили, — вздыхает Влад. — Получается, у него настоящий кулон? И снимки…

Марк достает копии, рассматривая их. У двери действительно стоит фигура в черном, только ее образ очень расплывчатый и размытый.

Фурманов не хотел ее замечать или действительно не видел?

Если бы они могли хоть как-то еще раз подобраться к нему…

— Лучше пока съездим к Варе, — констатирует Марк.

Варе уже стало лучше. Небольшие порезы и ссадины были излечимы. Самый глубокий из них — на животе. И еще небольшое сотрясение мозга.

Марк не мог смотреть на Варю, не мог сказать ей все то, что хотел бы произнести. Особенно при Владе. Хотя, даже если бы и его не было, Марк бы все равно молчал.

— Ты точно в порядке? — спрашивает Влад.

Чуть бледная Варя кивает и, упираясь на локти, приподнимается на больничной койке.

— Что произошло тогда? — Влад тоже явно обеспокоен ее состоянием.

Варя закрывает глаза и произносит:

— Все так смутно… Я… Я встала, чтобы попить воды и увидела Перовскую… в отражении окна. Она была зла, даже, можно сказать, в ярости. И меня как будто снесло ударной волной, а стекло выбилось само по себе.

— Она не успокоится, пока мы не завершим дело, — опустив голову, говорит Марк. — Тебе даже здесь находится опасно.

— Я в норме, Марк, — пытается его успокоить Варя.

— Не в норме, Варя! — Марк переходит на крик, а затем одергивает себя. Влад и Варя ошарашенно смотрят на него.

— Лучше расскажите, что было после, — вздыхает Варя. — Наверное, и полиция приезжала.

Влад пересказывает ей все то, что произошло. Она качает головой:

— Но как там оказался этот акт о состоянии дома?

— Вот и мы не знаем, — Влад прищелкивает языком. — Марк вообще откуда-то вспомнил ситуацию про управляшку. Оказывается, он уже с кем-то обсуждал необходимость замены старых окон.

— Марк, что ты вспомнил? — шепчет Варя.

— Ничего… — он отворачивается. — Лучше давайте подумаем, что нам делать с Перовской.

— Все, что вы рассказали о Фурманове, наталкивает на одну мыль: он прячется от чего-то. Или кого-то…

— Тогда зачем нам кто-то подбросил подделку? — недоумевающе спрашивает Влад. — Сам Фурманов? Бред…

— А то фото, что вы показали. Фурманов о нем что-то говорил?

— Нет, — произносит Марк, складывая руки на груди. — Мне кажется, что он даже не видел эту фигуру в принципе. Или не хотел видеть. Кто знает…

— Может быть это ее влияние? И проклятие Фурмановых и кулон? — предлагает Варя.

— Определенно, — подхватывает Влад. — Тогда придется навестить Кирилла с ответным визитом. Марк, ты как?

Марк не смотрит на Влада, но понимает, что другого выбора у них нет. Они должны как-то убедить Фурманова отдать им кулон, потому что только так удастся упокоить душу Перовской и спасти Варю.

Он скользит взглядом по ее рукам, ключицам. Варя смеется, беседуя с Владом, даже лицо немного порозовело.

Он спасет ее. Во что бы то ни стало.

Мы – это стороны света.

Но смогут ли они спасти от тьмы?

Влад

Капли дождя медленно стекают по стеклам. Новое пластиковое окно в квартире теперь выглядит несуразно, но других вариантов не было. Влад рад только тому, что его установили за счет управляющей компании.

Он устроился поудобнее и достал из-под кровати записную книжку, которую нашел в букинистическом магазине, и стал ее рассматривать. Слегка потертая, с исписанными вдоль и поперек листами. И кто мог вести летопись Клуба и всех тех дел, которые они расследовали?

Влад открывает первую страницу. Перед ним предстали исчерканные заметки, рисунки на полях, кляксы. Видно, что это написано не обычной ручкой, а перьевой.

Среди неразборчивого почерка Влад читает:

Первая тень появилась в 1879 году, когда студент-историк Александр Соболев увидел женщину, вылезшую из зеркала. Он собрал таких же странных, и они дали обет помогать тем, кто застрял между мирами…

Влад запинается. Получается, что Клуб зародился очень давно, еще позапрошлом веке. Знают ли Варя и Марк об этом?

Он видит заметки на полях:

Почему четыре? Исходя из моих наблюдений, я могу предположить, что четверка — это фундамент, как четыре стороны света. Марк — наша точка опоры, север. Варя, чувствующая связи между душами, — наш восток, откуда приходит свет понимания. Влад, не знающий преград, — наш юг, стихия движения и импульса. А я…

Опять что-то неразборчивое, а затем приписка:

Они не помнят самого главного: только четверым под силу