Период полураспада - Алексей Иванович Гришин
— Самый удобный момент для того, чтобы провернуть все твои планы, будет приём, — на вдохе густого дыма констатировала Молли. — Эти заносчивые засранцы не могут просто приехать и заключить нужные сделки. Им подавай пышный многодневный приём с гостями из половины Верхнего города. Смекаешь, к чему я клоню? — игриво спросила Молли, выдыхая очередную порцию дыма.
— Ты хочешь, чтобы я каким-то образом добился официального приглашения туда? — с удивлением парировал Хенрик.
— На виду в тени. Но это уже твои проблемы. И вообще, тебе пора собираться, у меня много дел. Это всё, что я могу тебе рассказать.
Достав золотую монету из тайника за поясом, Хенрик кинул её Молли.
— Спасибо за совет! Не думаю, что мы больше встретимся, поэтому береги себя и не теряй хватку, — вставая и направляясь к выходу, тихо промолвил Хенрик.
— Дорогой мальчик, будь я чуть моложе, сопляк Вик лежал бы уже у моих ног и добровольно принес бы всё, что я захотела, — поймав монету, с нравоучением ответила Молли.
Они вышли из темного, туманного шатра, приоткрыв одну из створок. Молли осталась стоять у входа, перебирая в руках золотую монету, а Хенрик, накинув на голову тёмный капюшон, направился к выходу с базара по узкой улице на восток.
— Подожди… Это что? — перебирая монету подумала Молли.
Поднеся монету к глазам и вглядевшись, она обнаружила две длинные зазубрины в центральной части, безумно похожие на те, которыми помечают фальшивки.
— Фальшивая… Это моя монета, которую я ему дала… — с удивлением тихо проговорила Молли.
— Хенрик! Хенрик! Стой! — начала было кричать Молли, медленно двинувшись в его сторону.
Слышал ли Хенрик её или нет, но он, не оборачиваясь, поднял высоко левую руку в знак прощания, возможно, извинясь за шутку с монетой. И растворился в толпе праздных гуляк и лавочников.
— Он ведь знает, что я так просто не оставлю товар. Не теряй хватку… Не теряй хватку… Тьфу ты. Дерзкий мальчишка, — улыбнувшись, пробормотала Молли.
Она не держала зла на Хенрика за этот инцидент. Ей просто хотелось закончить игру на своих условиях. Она пообещала себе, что при следующей встрече последнее слово будет за ней.
***
Самым безопасным и простым путём в Верхний город было официальное разрешение на вход для проведения работ, которого в отсутствие больших проектов добиться практически невозможно. Да и стража тогда ходила бы за тобой по пятам. Был ещё путь через канализационные стоки, которые тянулись от портового района, но там без проводника от местных банд можно было набрести на логово чумных крыс и через три дня сгинуть от заразы. Оставался один вариант — подделать временное разрешение и надеяться, что стража не заметит. Искусных мастеров такого класса в Рахате хватало — город на отшибе империи всегда привлекал сомнительных личностей. Но лучшим из тех, кого знал Хенрик, был Зи.
Зи был одним из младших отпрысков знатного северного рода, владевшего виноградниками. С самого детства он постигал тонкости виноделия и сопутствующих ремесел, включая подбор оборудования, сбор урожая, выдержку. Доверив ему однажды провести сделку по покупке земли для расширения виноградника, семья и не подозревала, что Зи не только собьёт цену, но и ловко подделает документы. Припишет себе лишнюю территорию провинции. А затем, чтобы скрыть следы, подкупит крысолова и устроит на участке нашествие крыс, после чего обвинит имперских клерков в мошенничестве. Когда обман вскрылся, Зи получил обвинения в подлоге, шантаже и вымогательстве, направленные против наместника. Не дожидаясь ареста имперских юстициариев, он бежал на край империи — в пустыню, в Рахат.
У Зи остались только навыки, полученные благодаря аристократическому образованию. Всё золото, которое он взял с собой, ушло на дорогу. Однако он быстро нашел место в городской канцелярии, составляя едва ли не пятую часть всех официальных бумаг. Имея постоянный доступ к печатям и блестящие навыки письма, он изредка подделывал документы не слишком высокого ранга — боялся оказаться сразу на плахе.
— Мда. Нет, увольте. За такое я не возьмусь, — говорил Зи всякий раз, когда разговор касался его головы.
Сохраняя благородную аристократическую традицию пить вино с самого утра (как утверждал сам Зи, чтобы подписи выходили четче оригинала), он был человеком заметным. Ловить его в канцелярии было бесполезно — большую часть времени Зи проводил либо на постоялом дворе, где жил уже который год, в подпитии приставая к служанкам, либо в собственной мастерской, что по местным меркам считалось неслыханной роскошью.
Выходя из Эль-Нин, Хенрик решил сразу найти Зи, чтобы разузнать насчёт пропуска в Верхний город. Мастерская Зи находилась около главного входа на базар Талун.
Был ли это последний шанс на новую жизнь, Хенрик не знал и сам. В его жизни уже случалось немало таких «единственных» возможностей, и все они не привели к чему-то хорошему. И всё же, едва завидев шанс, он повторял себе, словно молитву: «Люди делятся на тех, кто использует то, что предлагает судьба, и на тех, кто не использует». Он всегда себя относил к первым, но удача упорно обходила его стороной. Впрочем, чувство профессионального долга не позволяло ему останавливаться.
Поднявшись по невысоким глиняным ступенькам на второй этаж, к двери мастерской Зи, Хенрик заметил странные бордовые капли, россыпью раскинутые по ступенькам. Чем выше он поднимался, тем их становилось больше, и они все отчётливее напоминали засохшую кровь. Увидев распахнутую дверь мастерской, гуляющую на ветру, Хенрик шепотом проговорил:
— Зи… что ты наделал?
Хенрик положил правую руку на рукоять стилета за поясом. Пригнувшись, словно пустынная кошка, он начал красться ко входу, чутко реагируя на каждый шорох. Инстинктивно стараясь двигаться бесшумно, он перешагивал через капли засохшей крови. Добравшись до конца лестницы, Хенрик замер — опасности он не ощутил. Постояв несколько мгновений и убедившись, что в мастерской никого нет, он вошёл.
Мастерская Зи представляла собой небольшое квадратное помещение с почти пустой обстановкой: письменный стол, придвинутый к северной части стены у окна, высокая полка для хлама и две деревянные табуретки. Зи был человеком щепетильным, каждая