Драфт - Дин Лейпек

— Конечно, — улыбнулся Иден, но его взгляд оставался серьезным. — Каждый автор может забросить свою историю.

Тим представил гигантский, пустующий, заброшенный особняк… Он покачал головой и усмехнулся:

— Боюсь, эта история будет великовата даже для твоего Дома.

Иден улыбнулся.

— Значит, ты идешь со мной?

Тим кивнул, возвращаясь в прихожую. Поход в пустыню, видимо, отменялся — но ботинки все еще могли пригодиться. Иден отложил книгу в сторону и встал из-за стойки. Тим внезапно вспомнил кое-что.

— Ты читал, когда я вошёл? — спросил он.

— Да. — Лицо Идена было непроницаемым.

— В темноте?

Иден только улыбнулся, но ничего не ответил. Тим наклонился, чтобы зашнуровать ботинки.

— Кстати, — заметил Иден. — Хорошая идея.

— Что именно?

— Рамка.

Тим выпрямился и взглянул на отпечаток окровавленной ладони на стене.

— Я знал, что тебе понравится, — кивнул он. — Ну, куда теперь?

Глаза Идена сверкнули.

— В место, — сказал он, и голос его был легким, манящим и обещающим чудесные приключения, — где не существует насилия.

* * *

Первым, что увидел Тим, был розовый цвет. Он ударил по глазам всеми своими оттенками: от яркой мадженты и агрессивной фуксии до нежного лососевого и сложного персикового. Затем, как радужные камешки, высыхающие на берегу, начали появляться и другие цвета — едкий зеленый, сочный желтый, пронзительный синий, насыщенный фиолетовый. Тим огляделся, ослепленный и дезориентированный, надеясь, что Иден не успел уйти слишком далеко.

— Оно может шокировать, — прокомментировал знакомый голос, и Иден появился в поле зрения, одетый в сценический костюм Элвиса Пресли — темно-синий, сверкающий и плотно облегающий. Золотая отделка подчеркивала глубокий V-образный вырез, а большие розовые очки отражали окружающий хаос.

Тима внезапно замутило.

— Ты скоро привыкнешь, — ободряюще сказал Иден.

— Что это за место? — спросил Тим, делая глубокий вдох.

— Страна Конфет.

— Настолка? — изумился Тим.

Иден только усмехнулся.

Тим нахмурился и снова огляделся. Они стояли в огромном коридоре, вдоль которого панорамные окна пунктиром освещали фантасмагорию форм и цвета. Пространство показалось Тиму смутно знакомым, и, еще раз окинув его взглядом, он почти уверился, что оно похоже на аэропорт в зоне выходов на посадку, простирающийся бесконечно в обе стороны.

Как только Тим смог уловить структуру пространства, цвета стали сдержаннее и разумнее.

— Так-то лучше, — сказал Иден, снимая очки. Это тоже помогло: непроницаемая тьма его глаз была успокаивающей и знакомой.

— Зачем мы здесь? — спросил Тим. Его голос громко отозвался эхом в пустом коридоре.

— Если я прав, и есть некая агрессивная идея, которая решила захватить Ноосферу, то она проявится даже в самых мирных местах.

— Проявится как?

— Не-мирно.

Тим вздрогнул и снова оглядел красочный коридор. Теперь он не казался ему таким уж невинным.

— И как это связано с исчезающими идеями?

— Я предполагаю, что она могла завладеть кем-то и заставить красть эти идеи.

— Но зачем?

— Потому что можно использовать их скрытый потенциал и использовать… В других целях.

— И зачем ей это? Что это за идея?

— Я не знаю, — вздохнул Иден. — И даже не знаю, прав ли я. Идем.

В этот момент сзади, в дальнем конце розового туннеля, раздался шум. Тим обернулся и увидел фигуру, быстро приближающуюся к ним, слегка покачиваясь из стороны в сторону. При ближайшем рассмотрении это оказался роллер — он грациозно скользил, мощно и уверенно отталкиваясь ногами от гладкого пола. Роллер сделал круг вокруг Идена и Тима, ловко закрутился в пируэте и остановился, как фигурист в конце выступления. В его движениях, в чертах длинного красивого лица, в том, как черно-белый костюм облегал стройное, подтянутое тело, было нечто невыразимо элегантное.

— Привет, Гермес, — поприветствовал его Иден.

— Только не говори, что вы пешком. — Гермес изогнул идеальную бровь. Его голос был глубоким и насыщенным, как горячий шоколад. — Вы так никуда не доберетесь.

— Я надеялся, ты нам что-нибудь подберешь, — улыбнулся Иден.

— С каких это пор тебе что-то нужно подбирать? — Бровь Гермеса изогнулась еще сильнее.

— С тех пор как я не один. Гермес, это Тим. Тим, это Гермес. Он проводник здесь.

Тим пожал протянутую тонкую руку. Гермес быстро, еле заметно улыбнулся, как будто не хотел тратить зря дефицитный ресурс.

— Что ж, — задумчиво протянул он, поставив руку на бедро и медленно отъезжая назад, будто его тело тоже размышляло, — посмотрим. Следуйте за мной. — Он взглянул на ноги Тима и Идена и слегка поморщился. — Если сможете. — И Гермес с силой оттолкнулся ногой и полетел по коридору.

Иден пошел за ним по розовому туннелю, и Тим двинулся следом, борясь с головокружением. В туннеле стояла абсолютная тишина, если не считать звука их шагов — Гермеса и след простыл. Когда они подошли к очередному окну, Тим выглянул наружу и зажмурился. Пейзаж был таким же ярким и конфетно-фантастическим, как и интерьер. Тим быстро отвернулся и пошел дальше.

Гермес возник как будто из ниоткуда, даже без предостерегающего скрипа колес. Он остановился рядом с Иденом, держа в руках два сложенных самоката, словно пару крыльев. Иден взял один из них, резко дернул его, и тот мгновенно раскрылся с тихим щелчком. Гермес протянул второй Тиму.

— У тебя не было пары роликов для меня? — спросил Иден.

— Были. Но я не знаю твой размер, — отрезал Гермес. — Ты никогда раньше не приходил без них.

— Мог бы и спросить, — улыбнулся Иден.

— Мог бы и сказать, — отозвался Гермес и развернулся, уезжая прочь.

— Ты умеешь на нем ездить? — спросил Иден.

Тим посмотрел на него с недоверием:

— А кто не умеет?

— Ты удивишься, — усмехнулся Иден и покатился вперед. Тим быстро его догнал. Кататься на самокате он любил с детства — как и бегать вприпрыжку в парке.

— Хмммм, — пробормотал он и слегка толкнул самокат, заставив его подпрыгнуть. Тот взмыл, пролетел несколько футов и медленно опустился впереди Идена.

Тим невольно рассмеялся.

— Ты видел это?

— Видел, — отозвался Иден. — Но воздержусь от комментариев.

— Кстати, — сказал Тим, притормаживая, чтобы ехать с ним рядом, — почему действительно ты сам не на роликах? Ты же должен был уже появиться в них.

— Должен был, — согласился Иден. —