Алхимия секретов - Стефани Гарбер

– О чем ты говоришь? – не поняла она.

Кэт с лукавым видом мотнула головой в сторону мезонина.

Пока Холланд оставалась наверху, там никого не было. Но сейчас, в тусклом свете отеля, прислонившись к низкой стене, стоял мужчина в белом смокинге, с развязанным галстуком-бабочкой на шее.

Холланд слышала истории о призраках, которые обитали в отеле, в том числе о мужчине в белом смокинге. Но незнакомец, которого она видела сейчас, был одет лишь в пиджак от смокинга. К тому же он казался вполне реальным и выглядел точь-в-точь как Адам Бишоп.

По спине у нее пробежал холодок. Что, черт возьми, происходит? Неужели Адам следил за ней? Но при ближайшем рассмотрении стало ясно, что это не Адам. Они определенно были похожи, но мужчина выглядел старше, жестче и холоднее. Его кожа была чуть светлее, а волосы – немного темнее. Он представлял собой ледяную версию Адама.

Незнакомец повернул голову. Когда он встретился с Холланд взглядом, атмосфера накалилась, будто электрический разряд вырвался из колбы и теперь с треском рассекал воздух.

Он не смотрел на нее так, словно они были незнакомы. Его взгляд был интимным. Словно он знал ее. Знал очень давно. Но Холланд запомнила бы такое лицо.

– Если уж ты не угостила его напитком, то это сделаю я, – присвистнула Кэт.

– Нет… – сказала Холланд, хотя слово вырвалось криком. И на секунду она не могла объяснить почему. Еще совсем недавно она только и хотела, что угостить незнакомца выпивкой, лишь бы доказать – дьявол существует. А этот парень определенно походил на него.

Но впервые в жизни Холланд не чувствовала, что следовать подсказкам – хорошая идея. Она подумала о предупреждении Адама: «Профессор может быть весьма убедительна. Но гнаться за любой из ее историй – опасная затея».

Разве звонок Джейка не служил тому доказательством?

Кэт и Эйлин уставились на нее с легким недоумением на лицах и одновременно спросили:

– Что случилось?

– Не угощайте его коктейлем, – отозвалась Холланд.

– Кого не угощать? – уточнила Эйлин.

– Парня в мезонине, в белом пиджаке.

Глаза Кэт загорелись.

– Какого парня в белом пиджаке?

– Того, о ком мы только что говорили! – Холланд повернулась, чтобы указать на незнакомца, но тот уже исчез.

И тут Холланд почувствовала.

Кап.

Кап.

Кап.

Из носа у нее текла кровь. Опять.

– С тобой все в порядке, Холланд? – поспешно протянула ей салфетку Эйлин.

Холланд поднесла салфетку к лицу. У нее кружилась голова. Хотя Холланд не знала, стала ли причиной головокружения кровь или то, что она видела то, чего не видел никто другой. Второе кровотечение из носа за день. Она не была экспертом, поскольку подобное случалось с ней довольно редко, но все же Холланд полагала, что кровь из носа не сопровождается галлюцинациями.

– Милая, почему бы тебе не присесть? – предложила Кэт.

– Не могу. – Холланд еще раз вытерла нос. К счастью, крови было немного. Ее все еще штормило, но ради друзей она старалась вести себя так, будто все в порядке. – Простите, но мне нужно бежать. Мне так жаль… Люблю вас.

Подруги сказали, что тоже любят ее.

– Не забудь о завтрашней вечеринке! – Кэт подняла со стола одну из рекламных листовок, посвященных балу в честь Хэллоуина, что проводили в «Рузвельте». Темой был «Голливуд». – Я все еще могу подобрать для тебя костюм, если нужно… и для Кларка Кента, если к нему вдруг вернется здравомыслие!

Холланд попыталась улыбнуться неиссякаемому оптимизму подруги. Затем резко развернулась и тут же врезалась во что-то твердое.

– Эй, Холли, – положил руки ей на плечи Чанс. – Пожалуйста, скажи, что не убегаешь от меня. – И он сверкнул неотразимой улыбкой. Холланд знала, что Чанс даже не пытался ее очаровать. Он был одним из тех счастливых детей-актеров, которые с возрастом становились еще более привлекательными.

– Я бы никогда не стала от тебя убегать, – ответила Холланд. В любом другом случае она дразняще добавила бы, что это он из тех, за кем обычно гоняются. Но этим вечером у нее не было на это сил.

Чанс скривил губы. Может, он и не был в курсе ее секретов, но знал ее достаточно хорошо, чтобы понять: что-то не так.

– Все в порядке?

«Не знаю, – хотелось ей сказать. – У меня такое чувство, будто я совершила ошибку или вот-вот ее совершу». Затем она снова подумала, что если в ее жизни и был человек, способный понять ее чувства и помочь разобраться в происходящем, то это был Чанс.

Они познакомились после занятия, на котором Профессор рассказала миф о дьяволе и «Сайдкаре». В тот вечер на парковке Холланд беседовала с небольшой группой людей о том, чтобы заглянуть в бары различных отелей, и вдруг появился Чанс Гарсия.

«Могу я присоединиться?» – спросил он, а потом улыбнулся, как если бы был просто соседским мальчишкой… Соседским мальчишкой, в детстве ставшим актером с личиком, которое никогда не переставало быть милым. В арсенале у Чанса имелись ямочки на щеках, большие глаза и очаровательная улыбка.

Холланд помнила, что поначалу отнеслась к этому скептически.

В детстве она была влюблена в Сэмми Санчеса, но напомнила себе, что перед ней стоял не он. То была лишь роль, которую Чанс играл на телевидении. Сам Чанс не был преданным другом, сиротой с золотым сердцем. Он был ребенком-актером с темным прошлым. И все же именно его темное прошлое привлекало Холланд.

Однажды вечером в баре после большого количества выпитого и когда все разошлись, Чанс признался, что верит в мифы Профессора. Его улыбка исчезла, огонь в глазах погас, и Холланд увидела, что демоны, которые разрушили детство Чанса, все еще преследуют его.

Холланд испытывала искушение рассказать Чансу, что из-за звонка Часовщика парень, с которым она встречалась, думает, что ему осталось жить всего лишь час.

Однако она боялась, что тогда Чанс не позволит ей уйти. Даже сейчас Холланд почувствовала, как, взглянув на окровавленную салфетку в ее руке, он крепче сжал ее плечи.

– Что случилось?

– Просто пошла кровь из носа.

Ее телефон зазвонил, пришло сообщение от Джейка:

«Приезжай скорее».

Чанс скользнул взглядом по экрану и убрал одну руку с ее плеча, но другую на мгновение задержал.

– Мне нужно идти, Чанс.

– Знаю, но… – Он сжал ее плечо, и последние следы его ослепительной улыбки исчезли. – С тех пор как я вошел сюда, меня не покидает плохое предчувствие. Не знаю, что происходит, но сделай мне одолжение – будь осторожна.

Десять минут.

Время было на исходе,