Падение - Анастасия Пименова

Конечно, Ник замечает, как именно я задаю последний вопрос. Да, отчасти понимаю, что это глупо спрашивать, ведь он скажет тоже самое, что и до этого.

— Уехал. Да. Только поехал не куда-то, а туда, куда ему не следовало ехать. А дальше последовала чреда совпадений, когда и я оказался в том же месте, что и он. Но я совру, если скажу, что это была единственная причина, — впервые на его губах появляется слабая и секундная улыбка. — Ты думаешь, я не видел, Шоу? Не видел, как он смотрел на тебя?

Лезвие ножа режет мою кожу, так как я сжимаю его слишком сильно. До крови. Больно.

— Аксель смотрел на тебя, — продолжает Ник негромко. — Так же, как смотрел на тебя я. Поэтому я знал этот взгляд лучше, чем кто-либо другой, — его губы едва шевелятся, а голос становится тише ещё на тон. — И я видел, как он наклонился к тебе, как почти тебя поцеловал.

Я замираю.

Ник переводит взгляд в сторону, на правую стену, на затонувший в полу темный плетёный узор, еле различимый в полумраке.

Мой взгляд автоматически следует за его.

— Вот здесь. Здесь он тронул то, что принадлежит мне.

Меня будто ударяет чем-то ледяным.

Грудь сжимает.

Мне становится трудно дышать, трудно думать, трудно даже стоять. Я чувствую, как воздух режет лёгкие, как руки начинают дрожать сильнее, как внутри всё выворачивает от отвращения и страха и какого-то мёртвого, опустошённого ужаса.

— И знаешь, Шоу… — Ник делает совсем короткую паузу, словно выбирает, насколько честным стоит быть. — Это было даже… смешно. Что он думал, будто может претендовать на тебя. Намою Шоу.

— Ты…

У меня даже не хватает подходящих слов, чтобы описать, что именно я о нем сейчас думаю, а Ник смотрит так, будто ожидает понимания.

— Я была так слепа.

— Нет. Нет, Шоу, — Ник вновь делает ещё один шаг навстречу мне. — Ты не была слепа. Я делал то, что должен был. Я делал то, что спасало нас двоих. Всегда. И, Шоу… многое было неизбежно.

— Неизбежно? — я усмехаюсь, но это даже не смех, а рваное дыхание вперемешку со злостью. — Ты слышишь себя? Ты понимаешь, что говоришь? Мы… мы когда-то боролись с Левантом. Вместе. Мы шли против его методов, против того, чтобы ставить одних людей выше других. Мы хотели сохранить мир, хоть какой-то, хоть тоненький, но мир! — я почти кричу. — А что в итоге? Ты стал таким же. Нет… хуже. Ты стал тем, против чего сам боролся, Ник.

— Мир, Шоу, никогда не держится на правильных решениях или красивых словах. Он держится на жертвах. И я выбирал те жертвы, которые мог контролировать. Я не позволю кому бы то ни было забрать тебя у меня. И не позволю тебе погибнуть только потому, что кто-то решил бояться нас.

Он останавливается прямо передо мной.

Слишком близко.

Слишком.

— Я делал всё это… — его голос срывается почти незаметно, но я слышу, — потому что люблю тебя.

— Нет. Это не любовь. Это… — пытаюсь подобрать то единственное слово, которое подходит и которое не уверена, что в принципе существует, — скорее, это собственность. Ты не защищал меня. Ты защищал то, что считал своим. Настоящая любовь не убивает всех вокруг. Любовь не превращает человека в оружие. И любовь… — я смотрю ему в глаза так долго, что кажется, мир сжимается до этих нескольких дюймов, — не разрушает того, кого хочет сохранить.

Жаль, что я поняла это только сейчас. Когда уже оказалось слишком поздно.

Я отхожу на шаг, когда Ник касается своей рукой моего запястья, поэтому резко перевожу на неё взгляд:

— Отпусти меня.

— Нет. Я не отпущу тебя, Шоу.

— Тебе придется это сделать, Ник, потому что это конец. Скоро здесь будут люди из Сайфера, — я до конца в этом, правда, не уверена, ведь так и не знаю, что сказал Нику тот мужчина. — Джеймс отправился туда и всё рассказал. Правду. О тебе, о бале, о вирусе, обо мне… и обо всем остальном. Всё кончено.

— Нет, — Ник опять делает шаг, когда я поднимаю окровавленную руку с ножом и направляю на него.

— Стой на месте, Ник.

Парень приподнимает руки, но не останавливается.

— Мы можем уехать, Шоу, ещё не поздно. Просто уехать и жить в безопасном месте, подальше от всего этого.

Я моргаю, не сразу понимая, что он только что сказал.

После всего.

После отца, после Акселя, после всей лжи… Ник предлагает уехать и жить вместе.

— Ты… ты серьёзно? — спрашиваю я, даже не узнавая собственный голос. — После всего, что ты сделал… ты думаешь, я поеду с тобой, Ник?

Похоже, он видит во мне нечто такое, отчего понимает, какую глупость сам и предложил. Или Ник действительно так ничего и не понимает?

Его дыхание становится глубже, медленнее, и я вижу ту секунду, когда в нём что-то окончательно ломается.

— Значит… — короткий выдох парня, — ты вынуждаешь меня так поступить.

— Ник… что ты…

— Возможно, да. Сейчас ты меня ненавидишь, — он говорит почти нежно. — Но у нас будет достаточно времени, чтобы это изменилось.

Я даже не успеваю осознать смысл фразы, когда Ник кидается на меня так быстро, что воздух колеблется.

Секунда, и его рука уже на моём запястье.

Боль вспыхивает белым огнём, нож выскальзывает, отлетает в сторону, звеня о пол.

— Нет! — шиплю я, пытаясь вырваться, но он перехватывает меня быстрее, чем я успеваю шагнуть.

Ещё секунда, и вот другая