Алек Майкл Экзалтер - Иная реальность

Разве что по бабской дурости? Тут уж ничего не попишешь. Сама испортит — сама исправит. Сам же этого хотел — с эффектором побаловаться. Чтобы с шиком и с музыкой. И загреметь, коль что не так, под фанфары.

Кирилл для порядка и самоутверждения малость повыделывался, хотя, собственно, сам изначально настаивал на проведении рискованного эксперимента

Эхма, была не была! Если вы не живете, то вам и не умирать. А разве это жизнь, если праздновать труса и не рискнуть себя, любимого, возвести в превосходную степень? И нечего тут рассусоливать. Дали тебе добрые люди шанс, так бери и пользуйся им, сударь мой.

Владеть дополнительным телом Кириллу пришлось по вкусу. Он ощутил себя словно у него появились еще несколько неявных органов чувств, дополняющих и поддерживающих систему его восприятия окружающей действительности. Будь то в материальном мире либо на грани идеального пространства времени.

Подключившись к эффектору, он не в коей мере себя не ощутил четвероногим и четвероруким. Не появилось у него ни четырех ушей, ни четырех глаз. Не почувствовал он себя и двухголовым шизофреником или половинкой сиамского близнеца с общей на двоих нервной системой. Он остался самим собой. С той лишь разницей, что у него появилось полностью ему подконтрольное устройство ввода-вывода информации. Им без затей пользуешься, чаще всего не замечая, что ты держишь в руках, как опытный пользователь применяет мышь-манипулятор и клавиатуру, полагая их естественным продолжением в пространстве-времени своих рук, разума и чувств. При подключении к эффектору Кириллом овладело узнаваемое чувство отстраненности, когда он отрешившись от окружающей обстановки, смотрит на экран монитора, занимающего все поле его зрения, под правой рукой чуткая и эргономично-удобная мышка, а обе руки сами знают, на какие клавиши им нажимать, когда пользователь подает необходимую ему команду. Но было и кое-что восхитительно-новое и необычное в периферийном устройстве-эффекторе. Искусственное творение в облике пользователя, являясь больше чем инструментом или орудием труда, могло само мыслить и чувствовать, усиливая мыслительные процессы и раздвигая пределы чувственного восприятия того, кто им владеет и распоряжается.

Кирилл незамедлительно исследовал свои новые возможности в сфере тактильной экстрасенсорики. Пальцы эффектора были ловкими, гибкими и чуткими, на ощупь они воспринимали не только фактуру поверхности, которой они касались, но и ее цвет, внутреннюю структуру и физико-химические свойства материала. Кирилл на ощупь определил примерный состав наполнителей пластмассы монитора, клавиатуры, проводов, осторожно притронувшись к ним пальцами-сенсорами эффектора. Но химиком Кирилл не был и в дальнейшие исследования окружавших его органических и неорганических материалов не углублялся. Не корысти ради, а волею научного интереса, Кирилл Дербанов достал из портмоне несколько денежных купюр, ощутил их многослойность, коснулся металлизированных нитей и водяных знаков. Одна банкнота чуть отличалась от остальных и Кирилл, беззлобно выругавшись, хорошо выделанную подделку скомкал и ловким щелчком через всю комнату, пристроил в пепельнице на столе. Тотчас он осмелел и столешницу из черного дерева тоже попробовал на цвет и вкус. Слегка надавил на нее большим пальцем, оставив приличную вмятину, и оглянулся в поисках предмета, каковой можно было бы раздавить в могучих пальцах. Но ничего подходящего не нашел. Ему даже стало жалко испорченного ненароком стола.

Дуболом хренов, стол испохабил. Лучше бы на фуфельной деньге тренировался. Выходят на арену силачи-идиоты. Баранки гнут, придурки лагерные.

Естественно, Кирилл не стал откусывать и разжевывать кусок богемского стекла от высокого фужера с недопитым сухим вином на донышке, так же, как у него и мысли не возникло о том, чтобы отгрызть кусочек толстого тонированного стекла от столешницы, где стоял фужер с вином. Богатые люди и журнальные столики, и прочее свое частное имущество берегут, холят, в отличие от голодранцев, коим все трын-трава. Ибо классиками марксизма-ленинизма сказано: нищему пролетариату нечего терять, кроме своих цепей. И он, этот люмпен-пролетариат всегда готов, за исключением, разумеется, собственных цепей, превратить в казенную лагерную пыль частную собственность и жизни классовых врагов. А чего их там жалеть? Чай, не свое, казенное! Казенного имущества Кирилл Дербанов в собственном доме не держал и сам таковым быть не любил, особенно после службы в армии. Но все вокруг в трехэтажном блокгаузе в Царском Селе, включая любимую женщину и двойника-эффектора, он считал своей нераздельной частной собственностью. А все свое, не чужое, надлежит любить, бережно хранить и оберегать от всевозможных невзгод. Здесь Кирилл не преминул, воспользовавшись аудиовизуальными сенсорами эффектора, по-хозяйски проверить, все ли в порядке в его владениях.

Так-так. Леон неслышно бдит на втором этаже, охранный периметр активирован. Системы охлаждения кластера работают в штатном режиме. Шумновато, конечно, но эффекторы Вирты звукоизоляцию обеспечивают.

Ночь на дворе, тихо, ни ветерка, сейсмодатчики молчат, а камеры внешнего наблюдения не фиксируют ни малейшего движения. Три холодных автомобиля застыли в гараже. Наверху в своей квартирке спит горячая женщина Катя, свободно раскинувшись на смятых жарких простынях. Она глубоко и шумно дышит. Ее грудь высоко вздымается, глаза плотно закрыты, а веки едва заметно пульсируют. Вот колени ее приподнялись, а бедра затрепетали. Кирилл мысленно пожелал Катерине приятного просмотра, и она поблагодарила его улыбкой, затем открыла глаза, глянула на светящиеся цифры часов на ночном столике, выключила настольную лампу и уснула с блаженной улыбкой на губах. Сон в летнюю ночь продолжился. Все хорошо под сиянием защитного поля, неразличимого в спектре обычного зрения. Хозяин дома не спит, все видит и все слышит. Точно так же все видит и понимает его бдительная супруга-домоправительница.

— Ты куда это уставился, мой любознательный? Ну-ну, смотри, вуайерист несчастный, только ручки свои шаловливые держи на привязи.

— Могу дотянуться?

— Только в теории, и никаких больше чувственных опытов. У нас, мой дорогой, как в музее — руками экспонаты не трогать, мраморные сиськи не щупать… И девушку-экскуросовода за задницу не хватать, нахал! Кирилл, лучше не надо, тебе самому необходимо хоть немного поспать. Эффектор, мой дорогой, за тебя отдыхать не умеет. Тут уж ты сам, в единственном числе.

— Лады, практический эксперимент будем ставить завтра на местности.

* * *

В начале двенадцатого часа до полудня Вирта свернула с узкой асфальтированной дороги Хатежино — Южный авторынок на лесозащитную просеку, и немного проехав, развернула "лендровер" на покатой лесной полянке, спускавшейся к ручью. Кирилл глянул, не видно ли их с дороги, и вышел, чтобы размяться. Дистанционное подключение к эффектору вне широкополосной беспроводной сети — это вам не хухры-мухры, следует подготовиться и физически, и морально.