Падение - Анастасия Пименова
Аксель задерживается на секунду у дверей, и когда его взгляд встречается с моим, то я замечаю не только издевку, но и что-то, что он пытается спрятать, как всегда.
— Спокойной ночи, Брайс, — произносит Аксель почти без усмешки, но уголок его губ всё же дёргается, и он выходит следом за Джеймсом.
Двери закрываются, и я остаюсь одна.
Выдыхаю.
Аксель снова сделал это.
Вывел из себя. И не только меня.
Заставил вспоминать то, о чём я стараюсь не думать.
О том, что когда-то, ещё до всего этого ада, кто-то действительно что-то чувствовал. Но это уже давно в прошлом.
Сейчас я с Ником. И на этом точка.
Глава 4
Переворачиваю очередную страницу в книге, которую читаю и даже не сразу понимаю, что возвращается Ник.
На часах почти двенадцать. Раньше обычного.
Он подходит ко мне, когда я подавляю зевок, и целует в губы.
Секунда, две…
Слегка приподнимаюсь и задерживаю дыхание, а он отстраняется.
— Я думал, что ты уже спишь.
— Решила дождаться тебя.
Он отходит в сторону и начинает переодеваться, а я кидаю взгляд на его тело, словно впервые вижу, как он это делает. Всё ещё непривычно.
Последние несколько дней я засыпала без него и просыпалась тоже, так как у него оказался очень плотный график.
В груди стало образовываться чувство… Какое? Наверное, я начала скучать. Как глупо, знаю, но ничего не могла с собой поделать, поэтому да, сегодня решила его дождаться.
Если бы я была хоть чем-то занята, то, возможно, это так бы на мне не отражалось.
Ник скрывается за дверью ванной, и через мгновение я слышу звук воды. Шум приглушённый, размеренный, тот, под который можно задремать, если бы я не ловила себя на том, что просто жду, когда он выйдет.
Минуты тянутся слишком медленно, и наконец щёлкает замок.
Он появляется в проёме с обернутым полотенцем вокруг бёдер. С влажных, чуть растрёпанных светлых волос по шее и груди скатываются тонкие капли, исчезая где-то между рельефных линий мускулов. На свету при таком освещении кожа кажется чуть темнее, чем обычно.
Я помню его совсем другим. Когда он был ростом с меня, когда мышц почти не было и когда он казался слишком худым. Сейчас же… всё это изменилось.
Когда он в прошлый раз вернулся в школу, то я уже тогда видела, как другие девчонки смотрели на него. Даже та же Николь. Тожепо-другому.
Я стараюсь не смотреть слишком явно, но, наверное, всё-таки выдаю себя, потому что Ник чуть приподнимает уголок губ:
— Что? — его голос низкий, такой, что на коже вновь появляются мурашки. — Я выгляжу настолько ужасно после дня с Советом?
— Хуже некуда, — отвечаю я сухо, пряча улыбку за страницей книги. — Смотри, весь мокрый. Кто-то должен пожалеть тебя.
Ник криво улыбается, проходит мимо, открывает шкаф и вытаскивает из него лёгкие домашние брюки, которые и надевает.
Я краем глаза наблюдаю, как он садится на край кровати, проводит рукой по лицу, потом устало выдыхает.
— Долгий день? — тихо спрашиваю.
— Слишком. — Ник тянется к шее, будто пытается размять мышцы. — Опять обсуждали распределение групп. И снова эти бесконечные споры. Мне кажется, мы всё больше тонем в разговорах, чем в делах.
Стоит Нику лечь рядом, как матрас под его весом проминается.
Откладываю книгу в сторону и поворачиваюсь к нему лицом.
Ник проводит пальцами по моим волосам, заправляя выбившуюся прядь за ухо, проводит костяшками пальцев по скуле.
Взгляд блуждает по его лицу и в конце концов останавливается на губах. Только он всё же тянется ко мне первым.
Целует.
Ощущаю, как грудь Ника тяжело вздымается и опускается, когда он в одно мгновение нависает сверху и одной рукой держит запястья у меня над головой.
Его губы прижимаются к основанию моей шеи, а дыхание обдает жаром, согревая до глубины души. С каждым мгновением пространство вокруг нас теряет фокус, а мое тело сосредотачивается на нем.
Легкие начинают гореть так, словно я нахожусь под водой и более не могу вздохнуть. Голова становится туманной.
Ощущаю, как через несколько секунд пальцы Ника уже скользят по моему бедру.
В животе разливается знакомое тепло, когда Ник отпускает мои запястья и губами скользит вниз, доходит до груди и прикусывает чувствительную кожу.
Вдох получается рваным, и я нервно сглатываю, опуская взгляд вниз.
В эту же секунду до сознания доходит, что что-то не так.
Звук.
Я слышу странный звук. Будто на телефон приходят сообщения. Такой забытый звук за последние три года, что его удается различить с трудом.
— Ник… — зову его, когда сознание окончательно проясняется. Только у меня, так как он продолжает ещё меня целовать.
Понимаю, откуда именно идет этот звук и приподнимаюсь на локтях, когда мой взгляд фокусируется на тумбе. Той самой, где лежит то устройство для связи.
— Ник, тумба.
Касаюсь его рукой, и взгляд парня тоже проясняется, после чего он рывком поднимается и тянется к тумбе, откуда достает нужное устройство.
Он что-то нажимает, из-за чего звук отключается, а сам смотрит на экран.
— Это Сойер? — тут же спрашиваю я.
— Да.
Вмиг Ник становится совершенно другим.
Только то, что было в нём человеческое, тёплое, живое, будто смывается волной сосредоточенности и внутреннего холода.
Дыхание его становится ровным,