Кровь Достойных. Бастион Восточный - Алексей Петрович Гапоненко
– Настоящий дьявол… – пробубнил молодой охотник, провожая раскланивающихся мужиков, что с радостью уступили место.
– Что говоришь?! – выкрикнул Ликапрод, садясь за стол и оборачиваясь к нему.
– Да ничего, – ответил было Верус, тоже садясь, как вдруг понял, что его не услышали. Пришлось повторить громче: – Ничего, говорю! Ловко ты их спровадил!
– Хах! Дело техники, брат-охотник! Двигай ближе, разговор не для лишних ушей! Сам понимаешь, – он тут же последовал собственным словам, двинув табурет к Верусу. Тот нехотя переставил и свой, от чего оба оказались достаточно близко друг к другу, чтобы продолжать разговор, не переходя на крик, хотя гуляние вокруг перешло на новый уровень. Толпа затянула старые песни, посвящённые Штормаку и его похождениям с апостолами. Многие танцевали, громко топая по деревянному полу. Парочка, совсем недавно занимавшая столик, пристроилась к трём молодым женщинам, теперь весело смеющимся рядом с ними.
– Ну, что же другое дело, Ксаплам, а? – отвлёк Веруса дьявол в человечьем обличии. – Теперь можно и поговорить, – Ликапрод чувствовал себя совершенно расслаблено. Сев в пол оборота, закинул правую ногу на левую от чего и без того худая фигура стала напоминать манекен, разве что одет прилично. Вечно улыбающиеся лицо застыло в вежливом внимании, но глаза оставались совершенно спокойны, если не сказать мертвы. Верус неожиданно понял, что именно в образе нового знакомого сбивало сильнее всего. За лёгкой, почти навязчивой улыбкой всегда скрывались эти мёртвые, рыбьи глаза, не вызывающие ничего кроме желания испражниться.
– Поговорим, – с трудом подавив отвращение произнёс Верус, сразу же переходя к делу, – Что ты слышал про Язву? Почему думаешь, что она не одна? – желания болтать с охотником дольше необходимого у него не было
– Всё просто, братец-охотник, когда ты забавлялся с одной, в землях трёх озёр уже открылась другая. – видя сомнения Веруса, Ликапрод пояснил: – Не удиввляйся так, я слышал об этом в церкви Шестерых Триозёрья. Монахам нет смысла врать. Произошло всё где-то западней земель князя Вано, почитай на границе трёх озёр. Часть сил Лорда отправили туда, остальные должны были выдвинуться в Синей Ручей.
– Должны были? Ты сам не видел? – удивился Верус, сверкнув одним глазом из-под капюшона.
– Видел, но позже. В самой деревне, – усмехнулся на это сказочник, а затем выдал такое, чего Верус никак не ожидал. – Я ведь тоже там был, Ксаплам. Видал твою Язву. Краем глаза, ясное дело, но ощущение не забываемое.
– «Всё интересней и интересней», – подумалось охотнику, и он спросил: – Ты что же это, участвовал в усмирении? Как попал к Язве? – в ответ его докучливый информатор просто кивнул, заставив Веруса по-новому взглянуть на себя. Среди историй, что день за днём рассказывал местным, он ни разу не упоминал такой малозначащей как усмирение Чёрной Язвы. Подумать только, а парень совсем не прост. Хвалился всякой мелочевкой, что лишь крестьян и приводит в восторг, а настоящую жемчужину так и не раскрыл. Хотя… может статься, что он и вовсе только что придумал всё это. С него не убудет.
– Теперь твоя очередь, – оборвал его мысли Ликапрод. – Почему сразу же согласился на разговор, услышав о второй Язве? Не похоже, что удивился, скорее это тебя заинтриговало, братец-охотник. Скрываешь что-то интересное, а?
– «Он что только что подловил меня? Быть не может! Вот же гад!»
– Я ничего не скрываю…
– Брось, я не поведусь на это. Видит Дарнемос, кто-кто, а я разбираюсь в сказках, и твоя очень уж странна. Мне хватило пары дней, чтобы убедиться, что ты не так прост, как хочешь казаться. Думаешь, просто так подошёл к тебе? Нет, всё серьезно, я нашёл стоящее дельце, но боюсь, один не потяну, а вот если ты тот, кем я тебя считаю… дело становится выполнимым, – Ликапрод перевёл взгляд с капюшона на стол, немного прикрыв глаза. Его явно злила собственная слабость, или же он хотел, чтобы Верус так подумал. Теперь охотник не был уверен ни в чём, что слышал от нового знакомого. Парень оказался хитрей лисицы и проворней сильва.
– Охотник что участвовал в усмирении Эйко’Ульчерис просит помощи? Не смеши… И что значит кем меня считаешь? Просвети-ка, будь добр.
– Считаю тебя человеком способным на сокрытие истинного круга, – без обиняков бросил парень и добавил: – Я же не к пьянчуге какому или стражнику пришёл, Ксал, а к тебе. Охранники каравана говорят, что у тебя шестой, но события не вяжутся, этого слишком мало. Сказать честно, я рассчитываю на седьмой как минимум. Иметь в отряде камнееда настоящая удача, и мне она необходима.
– Погоди-погоди, не так рьяно! Камнееда? – пригнулся ниже Верус. – Ты понимаешь что несёшь? Какой к бесу камнеед? И… ты что разговаривал с выжившими обо мне? С чего бы такой интерес, а?
– Кхм… – тяжело вздохнул сказочник и начал свой рассказ: – Да, болтал кое с кем, признаю. Но я не наёмный убийца или что-то вроде. Забудь – ты никому не интересен, Ксал, кроме разве что капитана Орло, уж не знаю почему, возможно потому же что и мне. Такой старый вояка как он, просто не мог не заметить странности в твоей истории, не верю я в такие сказки, даже если их сочиняет сам Дарнемос.
– Ты мне зубы не заговаривай, и завязывай с этим твоим Ксалом! Я Ксаплам, усёк? – не на шутку разозлился Верус. Желание прикончить подозрительного парня, вновь возникло в душе. Уж больно скользкий тип, интересуется его жизнью и способностями. А страшнее то, что делает чудовищно верные выводы. Выпрямив спину и сев ровно, Верус кивнул рыбьеглазке: – И зачем же тебе понадобился камнеед, хоть я и не он, но уж больно интересно.
– Ну, тут секрета нет. Хах! Два дня тому, ходил я возле бастиона, грелся на солнышке, так сказать. Случайно подслушал пару разговоров.
– Ага, случайно…
– Не поверишь, со-вер-шенно случайно! – усмехнулся Ликапрод. – Так вот, стражники то здесь, то там обсуждают пропажу патруля. Вроде как три дня тому должен был вернуться один из деревни, что южнее Серебряной, в сторону озера Серебряные воды от тракта. Не знаю, как уж она называется, но деревня не маленькая: свой причал, лодки, рыбаки, там же и лесорубы живут, толи в самой деревни, толи где поблизости на вырубке, точно узнать не удалось.
– Точно? Хах! Да ты как будто сам в той деревни побывал, разве что цвет ставень не назвал и сколько собак