Наследник - Валерий Листратов

Парень словно выдыхает. Ну это предельно понятно — про своего побратима он знал до моего появления крайне мало. А сейчас хоть какая-то определенность.

— Кирилл эту боль каждую секунду чувствует, — тихо роняет Кир.

— Но ты половину боли на себя забираешь, — пожимаю плечами.

Парень кивает.

— Ну а половину боли маг потерпеть точно сможет. Тем более что он тебя чувствует. Может и осознает тебя тоже, — говорю. — Тем более что спасение не за горами.

— Не знаю, — пожимает плечами Кир. — Пробиться к нему я не могу.

— Мы об этом не узнаем, пока не вылечим. С сознанием ему придётся работать отдельно, потому что, какой бы маленькой ни была боль, но чувствовать её на протяжении месяцев… — Слегка качаю головой. — Не представляю, каково ему сейчас, и не хотел бы этого представлять.

— Никто не хотел бы, — соглашается Кир.

— То есть его мы вытащим в любом случае, хоть сейчас. Но если мы это сделаем сейчас, у нас возникают две простые проблемы. Это тысячи ксеносов снаружи. И быстрая доставка к целителю. Если вторую мы можем нивелировать стазисом, то с первой хуже, — задумываюсь. — Некоторое время после убийства матки ксеносов, как раз после разрушения этой окружающей реальности, я буду не в состоянии даже сидеть. Но внутри этой фиолетовой сферы по идее безопасно. Вот только должна послужить нам защитой хотя бы на какое-то, чтобы я пришёл в себя. А нам еще нужно время чтобы вытащить Высокова и Игорра.

— А твое время восстановления как-то можно изменить? — тут же спрашивает побратим князя.

— Наверное, можно. Вот только у меня пока ни разу не получилось.

— А ты уже убивал таких? — уточняет парень. Он хоть и не понимает разницу в ксеносах, но на слово мне верит.

— Таких существ? Послабее. — киваю. — Я думаю, что это одна из первых маток ксеносов, которая попала в наш мир, и на ней было сосредоточено слишком много возможностей. Поэтому теоретически она должна быть очень сильной. Чтобы ты понимал, — невесело усмехаюсь, — матка ксеносов не просто жива. Она, по идее, ещё и победила. И если бы не остановка времени в этом ограниченном пространстве, Высокова бы уже не существовало.

— Так для этого и была придумана техника? Для этого она и была модифицирована. Как техника последнего шанса. Пока есть магия — чтобы была возможность получить помощь.

— Да? — удивляюсь я. — Обычно в таких случаях оставляют хоть какой-то ключ. Ну логично же! А по этой сфере может передвигаться только родственник, и получается, что доступом может быть только кровь. И тогда какой смысл? Вот князь Высоков полностью выжат, например, магия закончилась, сфера пропадает — он сразу же умирает. Без вариантов.

— Максим, техника-то рассчитана только на семью, — терпеливо объясняет Кир. — У Высокова сестра — великий целитель, и он, естественно, на неё рассчитывает.

— Очень своеобразный расчёт, если честно. Но пусть. — качаю головой.

— Ну так — последнего шанса, — разводит руками парень. — Да и Кирилл обычно из княжества не выходит, а там дождаться сестры — не самое сложное дело. Да и техника большей частью была рассчитана не на бой, а на последствия непродуманных экспериментов. Никто не думал, что мы здесь будем держаться месяцами.

— Но получилось как получилось, — киваю я. — Нормально. Так. Давай попробуем прогнать схему.

Задумываюсь. Может, в процессе разговора я смогу решить эту задачку про волка, козу и капусту. Ага.

— Вот, смотри, как я думаю. Чтобы целитель смог вылечить Высокова, в любом случае сначала уничтожаем ксеноса. Скорее всего, это место тут же появится в мире и будет полностью доступно для других чужаков. При этом получается, что во время и после уничтожения ксеноса я буду довольно долго беззащитен. А ты… Ну, тебе я, предположим, смогу дать небольшой отряд существ, которые смогут тебя некоторое время оборонять. Это если ты не прыгнешь в сферу. А если прыгнешь… Ну, предположим. Я все равно смогу тебя вытащить, даже если ты там не сможешь передвигаться.

Кир внимательно слушает, не перебивая.

— У нас получается дилемма вокруг вашей защитной сферы, — продолжаю я. — Предположим, я тебе дам небольшую охрану. Некоторое время они спокойно смогут выдержать натиск чужаков. Но проблема в том, что, во-первых, чужаков будет очень много, и моя охрана вырежет только один отряд. Как показала практика, дальше ксеносы учатся их отслеживать. Значит, у тебя будет минут десять. Это в лучшем случае.

— Я и сам кое-что могу. — вскидывается парень.

— Можешь. Но тут как раз получается нюанс. Если сферу схлопнуть, то мы окажемся вчетвером, почти небоеспособными. Под ударами не только тех существ, что остались снаружи. Есть у меня подозрение, что здесь ещё один живой ксенос остался. По крайней мере, я его найти не смог. Двоих Высоков точно уничтожил. Матку не смог — она уничтожила его. А вот ещё один вполне реально может быть живым и вполне себе дееспособным где-то внутри этого пространства. Но найти его мне довольно сложно. Я банально не вижу и не чувствую пространство полностью. А оно огромно. В результате мы должны учитывать, что там есть еще один из ксеносов-гвардейцев, он жив. И это очень серьёзно.

— Насколько серьёзно?

— Ну вот ты мне говорил про теневиков, которые прячутся от наблюдения. — вспоминаю.

— Да, — кивает Кир.

— Ну так вот, это рядовые бойцы. Гвардейцы — это те, которые охраняют матку. Между гвардейцем и рядовым бойцом, пусть даже теневиком, есть ещё примерно две градации.

Кир задумчиво молчит.

— Да, — подтверждаю я. — Именно поэтому я и спрашивал у Большого Медведя про великого мага, любого, который был бы способен силами природы создать условия, чтобы существа не могли сюда добраться хотя бы полчаса. На самом деле гвардеец — не самая опасная вещь, что мы можем получить. С ним, скажем, я бы, наверное, даже справился.

— Ты? — удивляется побратим князя.

— Да, — спокойно отвечаю. — Справиться с ним — не самая большая проблема. Мне было бы сложно, но сейчас я бы смог. Проблема в том, что некоторое время после убийства матки я буду абсолютно небоеспособен. А ты на всё это время будешь полностью беззащитен перед толпами ксеносов. При этом, с одной стороны, у нас есть сфера, и, попав в неё, они сразу замрут и не смогут причинить нам вреда. А с другой стороны, тысяча существ облепит эту сферу, как