Наследник - Валерий Листратов
Но это не так важно. Важно, что теперь с этим делать. Проход сквозь эти тучи довольно неприятен. Я банально натыкаюсь чуть ли не каждую секунду на всё новые и новые песчинки, застывшие в пространстве. И это довольно неприятные сюрпризы. А если бы попадали в глаз, например? Я же не успел бы даже моргнуть.
Так что так и оставляю Аспект выведенным чуть за пределы своего тела. Пси расходуется сумасшедшими объемами, но иначе никак. Сейчас, как только кристаллики кварца попадают в моё поле, они сразу же становятся обычными и падают вниз. Просто потому, что законы мира, из которого пришёл, я несу с собой по умолчанию. Вот только перемещаться крайне неприятно — словно в киселе плыву. Если же убрать Аспект за границу своей кожи, то за пару минут прохождения по этому полю боя меня банально сточит как о тёрку — песка в воздухе еще много.
Каким образом Игорр здесь проходил, я вообще не понимаю. А он здесь точно проходил. Я тут и там вижу осыпавшийся песок. Буквально небольшие проходы в этой взвеси подсвечиваются светом. К сожалению, вычленить прямую схему движения не получается, словно он перемещался импульсами. Свободные от песка зоны, к сожалению, чередуются с плотными стенами. Просто следовать за его траекторией не получается. Словно бы он идёт не по пространству, а частично скользит сквозь. В общем, здесь тоже есть какой-то секрет, и довольно интересный.
Ну вот не верю я, что он умер.
Иду по сужающейся спирали, пытаюсь понять, куда мне двигаться дальше. Пытаюсь выйти на точку основного боя.
Псионика тут вообще не работает. Ну нет в этом месте для меня ощущения ни одной сигнатуры. Будто я в пустоте. Но такое не очень ново. В логовах маток ксеносов подобные ограничения встречаются сплошь и рядом.
Смотрю по сторонам, вычленяя закономерности, и что уж тут — ища уже пробитые коридоры Игоррем.
Изначально этот бой, похоже, шёл в пустыне. Участвовал в нём только Высоков и ксеносы. Кроме песка и встреченных почти трупов монстров, больше не вижу ничего.
Иду медленно, и когда из облака песка выглядывает человекоподобная тень — не удивляюсь. Примерно это я и искал.
На секунду останавливаюсь. Кажется, одна из целей вот уже прямо передо мной. Аккуратно подхожу, и не очень приближаюсь, просто потому, что если задену фигуру своим Аспектом, то время для этого замершего существа опять пойдёт, и не факт, что меня устроит результат.
На самом деле, именно человеком это существо в полном смысле уже и не является. Обхожу замершую фигуру. На бывшем человеке висят части одежды. Буквально лохмотья. Развеваются, будто порвались только что и тут же существо замерло. Одежда, пусть и довольно сильно разорванная, очевидно, довольно дорогая — вышивка серебром, плотная ткань, благородный темный и глубокий цвет, ну насколько можно заметить в свете амулета. Да и, кажется, была еще и зачарованной. Человек на деньгах не экономил никогда. Очевидно, тяжелые серебряные браслеты с камнями, перстни и другая бижутерия говорят о том же.
Только вот руки — уже не совсем руки. Сквозь кожу пальцев пробиваются полукруглые чешуйки ксеноса рептилоидного типа. Тело, разодранное, видимо, о песок, тоже с местами проявившейся чешуей. Для Игорра путешествие сквозь замерший бой тоже, кажется, не проходит даром. Не всегда он скользит между песком.
Сквозь ободранное тело тоже пробивается костяной позвоночник, чешуя видна и со спины тоже, части волос нет. Лицо и голова уже слегка вытянутые, заострённые зубы и уходящие (назад) уши. В общем, всё показывает, что существо именно в этот момент переродилось, и, похоже, в этот же момент оно и застыло в этом киселе.
Это логично, получается, в эту секунду он перестал быть Игоррем и стал ещё одним монстром, который здесь застыл в вечности.
Похоже, я нашёл первого. Если же принять мои опасения насчёт тех кристаллов, что Игорь использовал для появления в этом пространственном кармане, то получается, он все же воспользовался ими как кристаллами навыка. И как-то очень активно подхлестнул развитие — обычно такого результата ксеносы так быстро не достигают. Да и вообще не достигают — это рождение ксеноса довольно высокого уровня, да ещё и мага.
Аккуратно обхожу его вокруг. Пока идеи, как спасти отца, у меня нет. Но и чего-то, что напоминало бы об отце, в этом существе тоже практически нет. Точнее, процентов на пятьдесят это ещё человек. Вот только почти неузнаваемые черты лица. Да и не помогло бы мне это. У меня нет ни одного воспоминания об Игорре.
Но это мой единственный из двух оставшихся родственников, который не пытался меня убить. Да и не уверен я, что воспоминаний совсем нет — все же память о маме возникла в нужном месте, а тут — никаких зацепок. Может, еще что вылезет.
Тишина в голове. Очень странно, но, ладно, разумом я понимаю, что это Игорр. А вот что с ним делать, пока не очень понимаю.
Получается, что Игорр жив. Просто он перестал быть Игорром в этот момент.
Неприятная штука. В том мире я бы не знал, что с этим делать. А тут…
Об этом надо поразмыслить. Только позже. Такое ощущение, что у меня есть решение. Разум буквально зудит о том, что что-то упускаю, и что-то очень простое. Буквально что-то такое, что лежит на поверхности.
Нужно просто отвлечься, и решение само придёт. Разворачиваюсь и иду в сторону боя.
Еще пара десятков расширяющихся шагов, так чтобы не терять Игорра из виду, и я все же выпадаю на почти пустое пространство. Кажется, дохожу и до центра боя.
Аккуратно иду вперёд. Свет, наконец, выхватывает еще одну застывшую картину.
И тоже не сильно обнадёживающую. Хотя тут хотя бы, все понятно.
Огромный ксенос-матка, почти такая же, как я уже уничтожил недавно в гнезде. В раздражении атакует мелкого, на фоне ее, человечка…
Так, стоп, матка, ритуал! Ведь в этом ответ, точно в этом ответ! Разворачиваюсь. Резко выдыхаю. Тут же успокаиваю сам себя. Стоп! Всё нужно взвесить аккуратно. Здесь ошибок быть не должно. Идею нашел, теперь немного надо покрутить. Горячку я пороть не