Алекс Орлов - Возвращение не предусмотрено

— Плохо, — не стал кривить душой Хоуп. — Кстати, ты не знаешь, откуда их берут — случайно, не из той деревни, что возле лаборатории?

— Случайно не из деревни, — насмешливо проговорил всезнающий Вассерман. Ему хотелось оставаться таинственным и надменным, однако свойственная ему хвастливость брала своё.

— С побережья их таскают, чтобы здесь никаких волнений не было… — сказал он.

— Понятно… А какой в этом смысл, Бакси? Зачем этих несчастных ошпаривают в горячей грязи?

— Ты что, тупой? Они же и есть катализатор.

— Да уж я понял, что они — катализатор. Хотелось бы узнать научное обоснование…

— Это невозможно. — Вассерман отрицательно покачал головой, не прекращая долбать по клавишам узловатыми пальцами и поглядывать на экран, где росли и множились колонки бесчувственных цифр.

— Я понимаю — секретность. Бакс перестал вводить информацию, посмотрел с ухмылкой на коллегу Хоупа и сказал:

— Нет, не поэтому. Просто никакого научного обоснования этой технологии нет. Мы суём в грязь этих папуасов, а грязь даёт нам кристаллы. Механизм срабатывает уже не одну сотню лет, а когда на Политехе и Суихабере попытались поэкспериментировать, две тысячи гейзеров просто-напросто умерли.

— Умерли! — повторил поражённый Хоуп, прижимая к груди чемоданчик.

— Вот именно. С тех пор о подобных вещах даже не заикаются.

Больше Вассерман не проронил ни слова. Он работал ещё с четверть часа, затем распечатал результаты и подал листок Хоупу.

— Вот, — сказал он. — Двенадцать из пятнадцати скважин заряжены на ближайшие полтора-два года. Три зарядки катализатора оказались неудачными. Это легко проверить — через десять часов гейзеры выбросят тела девайсов на поверхность… Ты чего, коллега?.. — спросил Бакс, видя, как пожелтело лицо Хоупа.

— Уже все нормально, — сказал тот и, глубоко вздохнув, через силу улыбнулся. — Я пошёл к Пятьсот десятому.

Начальника промышленной зоны Хоуп застал в его кабинете — одного, без майора Кархарда.

— А, инспектор, — очнулся от своих мыслей Пятьсот десятый. — Ну что, Вассерман видел результаты?

— Видел, сэр.

— Какова была реакция?

— Чья реакция?

— Реакция Вассермана, конечно. Что он сказал?

— Он сказал, сэр, что в двенадцати случаях закладка катализатора прошла успешно, однако три других скважины исторгнут тела девайсов обратно…

— Ну и ладно, это хорошие результаты… Кстати, — Пятьсот десятый, тяжело отдуваясь, выбрался из кресла, — пойдём, у меня для тебя кое-что есть.

— Да, сэр, конечно, — покорно согласился Хоуп.

— Это здесь, в соседней комнате. Начальник толкнул дверь и радушным жестом предложил капитану войти.

— Ну как тебе? — спросил он, указывая на молодую рослую женщину с широкими плечами, массивными бёдрами и соответствующим остальным частям тела бюстом.

— Я… — растерялся Хоуп. — Ну… на мой вкус она чуть великовата…

— Да я не об этом, капитан! Это же твой новый квантовый механик — лейтенант Элеонора Файвер. Рад?

— Ну конечно, — поспешно согласился Хоуп, глядя на румяную Элеонору.

— У неё, между прочим, солидный стаж экспертной работы в УРУ и… поощрения.

— Здравствуйте, сэр, — произнесла лейтенант Файвер и первой подала Хоупу руку. Тот ответил на рукопожатие и отметил, что оно у лейтенанта более чем крепкое.

— Выходите на улицу, лейтенант, капитан Хоуп сейчас же последует за вами, — сказал Пятьсот десятый. Элеонора молча подобрала свой вещевой ранец и вышла, а Хоуп невольно проследил за ней, оценивая её стать.

— Хоуп, хочу тебя предупредить…

— Слушаю, сэр!

— Я знаю, что у вас, у янычар… — Пятьсот десятый взял подчинённого за пуговицу и принялся её теребить, — В общем, я знаю, что вы любите размножаться, и все такое… Но учти, эту Элеонору перевели из разведывательного управления за то, что она оторвала своему начальнику… ну ты понял. Он попытался сделать с ней это, а она, ты сам видел, какая она. Так что я тебя предупредил.

«И очень вовремя», — подумал Хоуп, у которого уже промелькнула мыслишка поприставать к Элеоноре в салоне гиббера.

Прошло уже больше двадцати лет, а Гумай Эренвой до сих пор очень живо помнил свой первый день пребывания в Стране Варваров. Тогда ему, молодому разведчику, казалось, что только от него зависит судьба Урайи, несущей тяжёлое бремя войны с Примарской Империей.

«Мы открыли эту страну, чтобы она стала нашим другом и союзником, — напутствовал Гумая его тогдашний наставник. — Если это произойдёт, мы окончательно победим в войне».

«Ты должен найти их слабые места, — говорил начальник Эренвоя, — чтобы в случае необходимости покончить с этими варварами в два счета…»

Тогда ещё лейтенант, Эренвой был уверен, что добьётся если не одного, так другого, однако на деле всё происходило совсем по-другому.

Страна Варваров, как окрестили её в Разведывательном управлении, сама кипела от внутренних противоречий. Локальные конфликты и провокации, битвы индустриальных титанов и политических групп — все это требовало активной работы со стороны секретных служб, и устроиться на этой зыбкой почве было не так просто.

Позже, изучив местные обычаи, Эренвой понял, что лучшей защитой для него могут стать только нужные связи, которых он и начал добиваться щедрыми подношениями.

Вскоре Гумай приступил к созданию собственного плацдарма, на который позже и опёрлось Урайское разведывательное управление. В помощь резиденту потекли технологии, которые он научился превращать в местную валюту, и профессиональные кадры УРУ для укрепления организации.

А ещё ценные указания, в большинстве своём не блиставшие мудростью.

Как бы там ни было, Гумай Эренвой устоял и боролся изо всех сил, подминая тяжестью созданной им империи все попытки местных аборигенов выяснить, кого и что он представляет. Искусно раскинутые сети загодя предупреждали его об опасностях, и со временем Эренвой научился обходиться без крайних мер.

Руководство в Урайе отмечало его заслуги. Ему повышали жалованье и вручали премиальные бонусы. Однако Эренвой видел, что там, на родине, Страну Варваров никто не воспринимает всерьёз, а к нему, лучшему резиденту, относятся как к исследователю занимательной фауны.

В тот период вооружённые силы Урайи сумели переломить ситуацию и завладели стратегической инициативой на всех фронтах. Примары сдавали планету за планетой, а урайские руководители пьянели от успеха.

До Страны Варваров им не было дела.