Олеся Шалюкова - Джамп. Патруль будущего

— Расследовать сама будешь? — уточнил Змей.

— Нет. В данном случае придется привлекать весь русский патруль скопом. У нас есть видеозапись этих четверых и места, куда они были перемещены. Попробуем начать с этого.

— Сейчас куда?

— В Швецию. Город Лидинге.

— Там жил тот самый Холд? И там ты планируешь найти наших свидетелей?

— Именно, — кивнула Эми, отправляя по закрытой сети в русский патруль просьбу начать расследование по четырем подозреваемым. К просьбе прилагался пакет документов, полученный от французского патруля.

Больше задерживаться не было смысла, и Эми отправилась к Змею. Следовало отправляться дальше, искать информацию, опрашивать свидетелей, добывать улики. И следующей точкой был небольшой городок.

Лидинге встретил напарников пронизывающим ветром. Около городской ратуши практически никого не было.

— Итак, — Змей поднял повыше воротник джинсовой куртки. — Куда дальше?

— К дому Холда. Это небольшой коттедж, в десяти минутах неторопливой ходьбы отсюда. Правда, я не ожидала, что будет так холодно.

Змей вздохнул, а через пару мгновений на вздрагивающие плечи девушки опустилась темно-синяя толстовка с белым мехом.

— Где ты это нашел?

— В твоем шкафу в кабинете, — отозвался мужчина равнодушно. — Идем, Эми. У нас нет времени на то, чтобы задерживаться здесь.

— Хорошо, хорошо, — послушно кивнула девушка, двинувшись следом за Змеем.

Дорога вела вперед, к коттеджам.

— Это старый район города, — по дороге рассказывала Эми. — Лидинге — остров. Наплавной мост, который мы можем увидеть отсюда, был построен в начале XIX века. Первое время — это было владениями семьи Банеров. Затем здесь появились дачи. А потом Лидинге стал городом. Здесь не очень много людей. А в таких старых районах, где жил Холд, владельцы домов практически не меняются. Эти особняки передаются из поколения в поколение и очень редко продаются на сторону.

— Дом Холда?

— В том числе, — подтвердила Эми. — Раньше там жил старый профессор. Его дед. Отец и мать погибли во время крупной катастрофы. Взорвался бытовой газ на заводе. Это было, кажется…

— Двадцать семь лет назад.

— Да, точно! Холд в это время был уже достаточно взрослый. Деда он любил… Потом они начали спорить. Старший Холд скончался на семьдесят втором году жизни. От инфаркта.

— Ранняя смерть.

— Да, — кивнула Эми. — Ну а интересующая нас жертва, Фэйшон, был убит в сорок четыре года. Согласно отчету шведской полиции, несмотря на то, что дело было приписано Гюрзе, расследование начал отдел по уголовным преступлениям, а не патруль.

— Подозреваешь, что они могли что-то упустить?

— Не могу ответить на твой вопрос положительно, — уклончиво буркнула девушка.

— Ясно. Значит, подозреваешь, — мужчина посмотрел на бредущую за ним Эми. — Ты бледна. Всё в порядке?

— Да. Ничего страшного. Голова закружилась немного. Мы сегодня всё-таки только и делаем, что прыгаем.

— Тогда, — Змей остановился. — Может быть, вернемся в офис патруля? И продолжим там? Антик уже точно нашла пару-тройку гигабайт информации. У нас есть четыре невидимки, которые были на балу у графа под чужими именами. Вполне возможно, что один из них окажется Зигзагом.

— А еще у нас есть проблемы, — грустно вздохнула Эми.

Змей резко повернулся.

Небольшой коттедж, с жизнеутверждающим персиковым сайдингом, немного подзапущенным садом, в котором еще угадывалось былое великолепное, был оцеплен.

«Не пересекать». Черные буквы на желтом фоне. Та часть работы, на которую и Эми, и Змей успели насмотреться десятки раз.

Уголовный отдел. Сотрудники по расследованию убийств.

— Русский патруль джампа, — представился Змей, перешагнув через ленты. Следом за ним в оцепленное пространство вошла Эми, как обычно, отступившая за спину напарника. Как десятки раз уже было отработано на местах преступления.

— Вам здесь не рады, — подняла голову темнокожая женщина в форме полицейского, сидящая на крыльце и нервно курящая.

— О да, — кивнул Змей, показав корочки сотрудника патруля. — Я уже обратил внимание. Кто жертвы?

— Трое. Двое мужчин. Женщина. Были студентами ныне почившего профессора Холда.

— Дед недавно убитого Холда Фэйшона.

— Знаете его?

— Не слишком хорошо. — Мужчина повернулся к Эммануэль. — Эми?

— Новость хорошая. Мы нашли убийц Фэйшона, — коротко ответствовала девушка. — Новость плохая, мы потеряли свидетелей.

Коснувшись плеча полицейской, Эми тихо сказала:

— Вызывайте шведский патруль джампа. Здесь поработал отличный мастер по прыжкам. Более того, у этого мастера есть имя. Зигзаг. Вот здесь наши контакты. Скажите, чтобы всю информацию передали по нашим номерам.

— Эми, — Змей укоряюще покачал головой. — Что ты задумала?

— Кажется, только русский патруль это дело не поведет. В деле уже задействованы шведы и французы, — Эми провела рукой по своим встрепанным волосам. — Интересно, кто будет следующим.

— Мне не очень, — усмехнулся Змей. — Пошли отсюда. Потом будем изучать дела. Внутри нам делать нечего.

— Уже успел взглянуть?

— А то как же.

… Странные гости, не назвавшие ни фамилий, ни званий, уже скрылись внизу, в направлении порта, когда женщина полицейская отмерла. Вызвала начальство и шведскую службу джампа.

И только когда она передала дело прибывшим оперативникам, женщина облегченно вздохнула. Некое ощущение, незримая угроза, довлевшая над полицейской сразу же, как она прибыла на место преступления, исчезла. Словно некто опасный, некто пугающий нашел, что она, сержант Фернандес, ему больше не вредна, и перестал обращать внимания на букашку.

Вечером, сделав первый глоток бодрящего кофе, погладив кошку, сержант выбросила пугающее дело из головы…

Тишина дома окутывала приятным покрывалом. В родных стенах всегда становилось легче дышать. Да и дома было проще, не надо было притворяться, не надо было держать маску. Можно было быть собой. Скинуть надоевшие босоножки и это неудобное платье, облачиться в смешную пижаму, сварить крепкий кофе и заняться делами.

Поэтому, когда рабочий день закончился… а точнее, когда девушка поняла, что она больше не в силах находиться в четырех стенах офиса, она отправилась домой, прихватив все дела и всю информацию, которые собрали к этому моменту в русском патруле.

Сейчас всё, что было известно, все документы устилали плотным ковром комнату «Дум» в доме Эммануэль. Большая светлая гостиная выходила окнами на обрыв и на реку. Стены были поклеены белыми обоями с едва заметным серебристым набивным узором. Пол с подогревом устилал теплый паркет медово-золотистого цвета. Такого же цвета были легкий тюль и плотный ламбрекен на окнах. Под ними были противосолнечные щиты, которые девушка опускала, когда ей надо было что-то просмотреть.