Падение - Анастасия Пименова
Здесь никого более нет.
Он бросает на меня быстрый взгляд, не спешит отвечать, поэтому спустя почти минуту сообщает:
— Кэл, Заин, Джеймс, Аксель и Эндрю.
Я тут же сначала сбиваюсь с шага, а после и вовсе останавливаюсь, ведь точно знаю, о ком идет речь, потому что вряд ли Ник выбрал каких-то других людей с такими же именами.
Я знаю их всех, ведь с каждым пересекалась ранее на разных заданиях, но спрашиваю только про:
— Джеймс и Аксель? Они только недавно вернулись, ты не можешь их вновь отправить за пределы Авалона, Ник. Прошло даже меньше недели.
Впрочем, это не единственная причина, но озвучиваю я только её.
— Аксель единственный человек, который знает про твою особенность, Шоу. Поэтому я поручу именно ему вести переговоры вместе с Джеймсом. Если он узнает про меня, то не думаю, что будет сильно удивлен. Остальным… можно доверять.
— Доверять? — я почти не верю, что он говорит именно это, потому что Ник только недавно сцеплялся с Джеймсом. Да они на дух друг друга не переносят и тут вдруг какая-то речь о доверии?
— Доверие это сочетание навыков, ситуаций и необходимости.
Горечь и страх сжимаются в груди.
— Если что-то пойдёт не так, их убьют, — говорю я холодно, не давая себе права на мягкость.
Ник смотрит на меня, и в его взгляде на долю секунды появляется признание. Да, он это понимает.
Мы идем дальше, когда коридор начинает постепенно сужаться.
Больше ничего так и не говорит. Вероятно, дает мне время, чтобы понять всё это. Но я понимаю и ещё кое-что. Только не понимаю, почемуэто рождается в мыслях?
Если Аксель умрет, то не будет того, кто в курсе моей "особенности". Если умрет Джеймс, то дело Конрада Хадсона получится пересмотреть.
Это было бы удобно.
Надеюсь, что два заключения пришли в голову только мне и что я ошибаюсь, иначе это будет слишком жестоко. Неправильно и жестоко.
Чувствую себя так, словно Ник поднес острие клинка к моей груди и медленно надавил, вонзив лезвие на несколько дюймов. Ощущаю вкус железа в горле и понимаю, что теперь ставки стали совсем другими.
Я не могу этого допустить.
Не могу.
Глава 5
Я думала рассказать обо всём отцу, но так и не решилась на это.
Боюсь, если весь Совет вмешается, то будет только хуже. Они и вовсе, как и Ник изначально, могут не согласиться на предложение Сойера встретиться неизвестно где.
В мыслях последние дни творился настоящий хаос. Я пыталась предугадать множества вариантов исходов событий, но это были лишь глупые предположения.
Однако, я всё же на кое-что решилась.
Я тоже поеду.
Во-первых, я более, чем уверена, что мне удастся договориться с Сойером. Да, возможно, это всё самоуверенность, но… Дункан хотел переиграть его, избавиться. И я была свидетельницей того, что Ник убил Дункана. Помимо вируса внутри меня, это тоже что-то значит. Как говорят? Враг моего врага — мой друг? Так и бывший враг моего врага — тоже мой друг. Это вторая причина.
Третья — я не думаю, что Сойер замышляет что-то плохое, поэтому ему тоже что-то нужно. Вера в людей? Что в них осталось ещё нечто хорошее? Вероятно.
Четвертая — Джеймс и Аксель. Я…
Тут я ничего не могу объяснить, как и не могу позволить им туда отправиться, не зная всей ситуации в целом.
Конечно, Нику о своем решении я не сообщила, потому что прекрасно знаю его ответ. Это в лучшем случае, что он просто послушает и скажет мне, а в худшем… решит запереть в апартаментах на время.
Как я собираюсь тогда это сделать? Тайно уехать?
Это не так сложно, как кажется. Я бы даже сказала, что это будет самой легкой частью моего плана.
Они уезжают уже завтра утром, как раз после нашего совместного завтрака с Ником. Парень, как и обычно, уйдет в одно и тоже время, а я следом возьму сумку и вместо тренировки пойду прямо на место отправления.
По моим расчетам, я должна прибыть на место где-то за полчаса. Дальше… немного сложнее.
Я не могу просто сказать кому-то из них, например, тому же Джеймсу, что отправляюсь с ними, так как не знаю, какой реакции ожидать. Может быть, они будут против. Поэтому я спрячусь в багажнике. Оружие и всё необходимое загружают за несколько часов до отъезда, а при выезде из Авалона автомобили не досматривают. Главное, чтобы меня не обнаружили раньше времени. Где-то на полпути я дам о себе знать.
Это единственный возможный вариант. Был ещё — просто сесть в другую машину и направиться следом, но, как только я возьму машину, то об этом доложат либо моему отцу, либо Нику.
Ник заметит мою пропажу только к вечеру, когда мы преодолеем большую часть пути.
Безрассудный ли это поступок? Мне сложно судить. Как и сложно представить реакцию Ника, для которого я уже написала короткую записку со словами, что всё будет хорошо.
Это опасно.
Безумно.
Но впервые за долгое время я ощущаю, что этомой выбор, а не решение, принятое за меня.
Также я понимаю, что каждый выбор имеет свои последствия.
Мне нужно, чтобы Ник просто прочитал, понял и… отпустил. Хотя нет, не отпустил. Он не сможет. Но хотя бы не успел остановить. Да.
Закрываю глаза, стараясь выровнять дыхание.
В груди всё ещё тяжело, но теперь это не паника… это решимость.
***