Василий Сахаров - Булавин 1-2(СИ)

  Мне думалось, что сход атаманов откроет отец, но начал Лоскут, который привстал, заглянул в бумагу перед собой и объявил:

  - Первый вопрос, который необходимо решить - это назначение походных атаманов и направление наших ударов по царским войскам. Слово войсковому атаману.

  - Сейчас, - начал Булавин, который уже все решил и распланировал со своими ближними товарищами, - мы имеем сорок тысяч конного казачьего войска и десять пешего, преимущественно из беглых крестьян. Я предлагаю поделить все имеющиеся силы на пять частей и назвать их армиями. Первая армия - пять тысяч верховских казаков под командованием Григория Банникова. Их задача - при помощи заволжских калмыцких ханов, пришедших к нам на помощь, разбить не ждущих удара воинов хана Аюки. Затем, по возвращении из Сальских степей, эти войска займутся охраной Черкасска, а также борьбой с изменниками и предателями. Кроме того, на основе этих полков будет проходить подготовку молодежь.

   "Видать, - подумал я, - подействовали на батю мои рассказы, про гибель великих людей прошлого, которых ближние соратники предали и убили. Особенно он историей про Юлия Цезаря впечатлился. Это правильно, пусть остерегается, а то в истории Богданова, когда против него донские старшины с приближенными вышли, с ним только пять человек и оказалось. Теперь, глядишь, такого не случится".

  Продолжаю наблюдать за историческим событием.

  - Любо! - поддержали Кондрата атамана.

  - Вторая армия - пять тысяч реестровых казаков, три тысячи "молодыков", пятьсот сердюков и двадцать три пушки. Командир - полковник Скоропадский. Задача - осада Азова и Таганрога. Штурмовать не надо, сил не хватит, а наших сторонников ни в одной крепости нет, у тамошних казаков за стенами семьи, так что рисковать они не будут.

  - А почему бы не на Русь наши отряды направить? - спросил Скоропадский.

  - Пока, мы не можем показывать что реестр, а значит и гетман Мазепа, с нами. Будете держать осаду и остерегайтесь флота, полковник. Если корабли вдоль берега пройдут и обстрел учинят, то все ваши лагеря порушат.

  - Сделаем, - кивнул полковник.

  - Третья армия - пятнадцать тысяч донских казаков. Походный атаман - Василий Поздеев. Их цель - Воронеж. Стремительным ударом он должен быть взят быстро и без разрушений. Главное, сохранить в целости верфи и все оружейное производство. Наши люди в городе имеются, помогут, а сил у царя там немного, полк Рыкмана сформированный для охраны Воронежского Адмиралтейства, один новый солдатский полк и пара сотен драгун.

  Поздеев явно удивился своему назначению и спросил:

  - Доверяешь, атаман?

  - Доверяю, - только и ответил тот.

  - Любо! - поддержали назначение Поздеева все присутствующие.

  Отец продолжил:

  - Четвертая армия - десять тысяч сечевиков, которые должны взять Царицын. По слухам, в городе припаса продовольственного мало, так что если обложить его со всех сторон, то через месяц горожане сами сдачи попросят. Взяв этот город, мы блокируем Волгу, и получаем устойчивую связь с яицкими казаками да заволжскими ордами, которые можно нанимать в наше войско. После захвата Царицына на очереди - Астрахань, там еще тлеют угли от стрелецкого бунта. Походным атаманом станет Лукьян Хохол.

  - Любо!

  - Пятая армия - десять тысяч беглых, и как подкрепление для стойкости, две тысячи казаков из голутвенных и сиромашных. Самая голь, которая еще помнит, каково это рабом быть и которая знает, что помещики с людьми творят. Походным атаманом в это войско назначается - Семен Драный. Задача Пятой армии - двигаться вверх по Медведице и Хопру в сторону Тамбова и Саратова. Сманивать всех недовольных на Дон и Кубань для заселения пустынных земель и поднимать крестьян против царя.

  И это назначение поддержали старшины. Хоть военными талантами Семен Драный и не блистал, но зато, сам поднявшийся в атаманы из беглых холопов, он очень хорошо понимал крестьян и посадских людей. Единственная проблема, которая наметилась, это то, что некоторым не понравилась идея Булавина притащить на Дон крестьян, но пока, такие люди явного недовольства не выказывали.

  - Кроме того, - продолжил войсковой атаман, - есть еще и Шестая армия, казаки Максима Кумшацкого, прорывающиеся к нам на соединение с севера. Пока, про них мало что известно, но думаю, что они все одно вернутся на родные берега Тихого Дона.

  Кондрат оглянулся на полковника Лоскута, тот снова привстал и объявил следующий вопрос:

  - Атаманы-молодцы, требуется выбрать человека отвечающего за весь наш тыл и снабжение армий.

  Старшины и атаманы недоуменно переглянулись - не было ранее такой должности в Войске, но поскольку в царской армии многие уже послужили, то знали, чем такой человек должен заниматься.

  - Фролова Василия, - выкрикнул один.

  - Сурова Степана, - раздался второй голос.

  Завязалась перепалка, но всех остановил Булавин и сказал:

  - Предлагаю Зерщикова Илью Григорьевича.

  - Да ты что, Кондрат!? - вскочил с места Поздеев. - Он же с Максимовым против тебя злоумышлял.

  - Да, так и есть, - поддержали старшину сразу несколько голосов.

  Булавин поднял атаманскую булаву, и все затихли.

  - Зерщиков не подведет, человек он понятливый и вскоре разберется, что к чему. А дабы сомнений в нем не было, то люди полковника Лоскута за ним присмотрят.

  В конце концов, после жаркого спора, с выбором войскового атамана, хоть и со скрипом, но все же согласились.

  - Третий вопрос, и на сегодня последний, - провозгласил Лоскут. - Что делать с изменниками казацкого дела? И не стоит ли кого-то помиловать?

  С этим вопросом разобрались быстро. Допрос предателей, а затем смерть через отрубание головы саблей за городской стеной.

  Такими были основные вопросы, решенные Советом Атаманов, в первый же день после занятия Черкасска силами восставших казаков. Собравшиеся расходились, и только Василий Поздеев несколько задержался. Он хотел один на один о чем-то переговорить с отцом, но полковник Лоскут хлопнул его по плечу и сказал:

  - Пойдем, друже, выпьем, а все что хотел сказать, завтра скажешь.

  Поздеев несколько натужно улыбнулся, и вышел из войсковой избы. За ним следом полковник, и в помещении остались только я и войсковой атаман.

  Как только закрылась дверь, батя расслабился и откинулся на спинку мощного кресла с красивой и мягкой обивкой. Сразу стало заметно, как же он сильно устал: покрасневшие глаза, сильно проступившие морщины и сероватый оттенок лица. Да уж, как ни посмотри, а такое дело он на себя взвалил, что мало кто с ним может справиться. Впрочем, Булавин сдаваться не намерен, да и смысла в этом нет, так что придется ему продолжать идти в выбранном направлении и назад уже не оглядываться.