Александр Афанасьев - Меч Господа нашего-5 [СИ]

Или Аллаху.

Пистолетов-пулеметов почти не было, видимо потому, что пистолетные патроны довольно дороги. Он увидел несколько русских ППС и ППШ, пару Узи и МР-5. Зато автоматов — было море. Господствовал Его Величество Калашников — им были вооружены почти все армии здесь, он поставлялся и партизанам, этих автоматов было так много, что они стоили дешевле любого автоматического пистолета. Можно было выбирать все что угодно — от относительно нового югославского АК, непонятно как сюда попавшего до проржавевших или с вытертым до блеска воронением автоматов, которые когда то держали в руках бойцы местной армии, разбежавшейся после падения коммунистического режима и превратившейся в банды. Остальное — было представлено довольно редкими вкраплениями — G3, явно иранского производства, пара FN Fal, которая была популярна много южнее. Автоматы висели гроздьями на старых, пропитанных кровью и потом ремнях, стояли в корзинах, лучшие были горделиво разложены на прилавках. Тут же были и пулеметы — китайские ПК и РПК, иранские или суданские MG-42, непонятно как доживший до сего дня итальянский Бреда, патроны к которому не выпускались — он стоил меньше автомата, явно приманка для лохов. Выделялся русский Горюнов, тяжелое тело которого было прислонено к одному из прилавков и прицеплено цепью — чтобы не стащили. Станка видно не было — то ли продавец держал его отдельно, чтобы назначить на него отдельно цену, то ли его вообще не было, и пулемет предназначался для продажи в таком виде для установки на машину.

Но сержант пришел не за этим. Он пришел за снайперской винтовкой. Купил у одного из прилавков еще один ТТ, четыре магазина и две коробки патронов к нему — он продолжил поиски того, что ему на самом деле было нужно.

Снайперские винтовки были и даже в некотором ассортименте — он опасался обратного. Явно от армии остались снайперские винтовки Драгунова, многие без прицелов и в таком виде, что страшно было смотреть. У одной — приклад, явно расколотый, был замотан тряпкой. Еще у одной — его и вовсе не было — какой-то придурок сделал из снайперской винтовки обрез и гордо предлагал его покупателям. У многих винтовок приклад был либо покрашен в зеленый цвет, либо к нему был прикреплен портрет какого-нибудь лидера либо — амулет, для добавления точности винтовке. Африка…

Сержант имел дело со снайперскими винтовками Драгунова — как и все морские пехотинцы, он прошел краткий курс обращения с оружием вероятного противника, а потом, отправляясь в Сомали прошел и продвинутый курс. Драгунов был не таким уж и плохим оружием, как о нем думают. В хорошем состоянии он показывал точность равную примерно трети точности М40,[13] из нее вполне можно было гарантированно попасть в ростовую фигуру с четырехсот-пятисот метров. Приклад был нерегулируемым и довольно коротким для сержанта — но удерживать винтовку было удобно. Прицел был странным — без перекрестья, без делений, очень малой кратности — но и к нему можно было приноровиться, для посильных для винтовки дистанций он был вполне пригоден. Полуавтоматический механизм и отъемный магазин на десять патронов давал винтовке неплохую огневую мощь, в каких-то условиях позволяя использовать ее как штурмовую — тем более что она была легче М40. Однако, сержант не знал, с какого расстояния ему придется стрелять и при каких условиях. Поэтому, он решил продолжить поиски и взять СВД, только если ему не приглянется ничего больше…

Классические снайперские винтовки с продольно-поворотным затвором тоже были. Немного — но они были. В этой стране никогда не было ни диких зверей, ни нормальной охоты — поэтому охотничьих карабинов и штуцеров не было — но снайперские винтовки были. Он заметил один прилавок, где снайперское оружие занимало большую часть выставляемого к продаже товара и, кружа кругами, все время возвращался к нему. Хозяин товара — пожилой негр — приметил странного покупателя, но подзывать его посмотреть товар тоже не спешил. Вероятно — он был не просто торговцем, которому надо продать товар и неважно какой именно — но и снайпером. Возможно — в прошлом снайпером, хотя отставных снайперов не бывает, эта работа остается с человеком до смертного одра. Поэтому — он терпеливо сидел на перевернутом ящике из порта и ждал, пока странный покупатель подойдет сам. Если ему нужно будет подойти — подойдет…

Вероятно, этот человек имел какие-то контакты за границей, позволяющие ему получать оружие из складов распавшихся армий и мобилизационных ресурсов Восточного блока, стран Восточной Европы, освободившихся от коммунистической тирании — потому что практически все оружие у него было новым и оттуда. Автоматы АК двух видов — югославский и чешский,[14] причем новые. Еще какие-то пистолеты-пулеметы, похожие на советский ППШ — но все же не ППШ, с голым, без радиатора стволом, возможно — китайские. Пистолеты — причем неплохие. И снайперские винтовки. Драгуновы, но было кое-что еще.

Снайперские винтовки комблока. Во-первых — винтовки Мосина-Нагана, они были на вооружении советской армии до Драгунова, а потом — их распространяли в Африке и Азии, немало их было и во Вьетнаме и в Ливане. Классические, похожие на Маузеры винтовки, с простым, коротким прицелом времен Второй мировой войны. Непонятно в каком состоянии — но он знал, что вооруженные таким оружием снайперы Вьетконг наделали немало дел во Вьетнаме, и это оружие нельзя было недооценивать. Но и брать его как основное он не собирался: винтовки были выпущены в тридцатых-сороковых годах, им не меньше пятидесяти лет и в чьих руках они побывали, сколько выстрелов сделали — Богу весть. В Африке — не особо заботились о своем оружии, привычки такой не было.

Были и винтовки с более современными прицелами. Он выделил Мосин и кажется Маузер, обе — с прицелами, похожими на прицелы СВД с резиновыми наглазниками. Кажется… после войны советский блок передал производство таких винтовок своим сателлитам, а может быть на старые винтовки поставили новые прицелы. Как бы то ни было — надо было разбираться…

Во время очередного круга — он резко свернул к нужному ему лотку.

— Ас саламу алейкум — поздоровался сержант приветствием, которое было универсальным для Востока и приемлемым для Северной Африки, где было сильно арабское влияние.

— Ва алейкум ас салам — степенно поздоровался пожилой негр, пристально наблюдавший за новым покупателем из-под приопущенных век.

— Натака кунунуа бандуки — сержант на суахили, самом распространенном языке Африки, который он хорошо знал, сказал, что хочет купить винтовку. Он был слишком большим и упитанным чтобы быть из Сомали, страны, где в начале девяностых от голода умер миллион человек. Поэтому — он говорил как пришлый, человек из более благополучных стран.