Александр Афанасьев - Меч Господа нашего-3 [СИ]

Еще на троих было два фонаря — один из патрульных забыл фонарь дома, еще один был сломан.

Милиционер — водитель выбрался наружу, передернул затвор автомата

— Может, подождем, пока группа прибудет? Затопчем улики еще… — сказал лейтенант, тщательно скрывая страх.

— Ничего не затопчем. Пошли. Халиков, возьми фонарь, осмотри джип.

Халиков, молодой сельский парень, который пошел в милицию чтобы закрепиться в городе — держа в одной руке пистолет, в другой фонарь — подошел к внедорожнику, посветил в салон. Там было такое, что он едва не выронил оружие. На осколках стекла, на капоте, в салоне — всюду была кровь. И трупы — в машине была куча трупов в самом прямом смысле этого слова.

— Товарищ лейтенант! Товарищ лейтенант, тут…

Лейтенант подбежал от машины, где он стоял и «слушал эфир»

— Аллах всемогущий…

Сержант, полицейский-водитель в это время — держа автомат наизготовку — подошел к кабине КамАЗа. Со стороны водителя дверь — настежь, за рулем — труп, кровь аж на землю капает со ступеньки кабины. Он посветил дальше и обнаружил, что у ворот особняка — еще один труп, лежит навзничь. Кровь в свете фонаря — была почти черной.

— А… шайтан…

Сержант начал осторожно обходить КамАЗ, подошел к нему сзади, со стороны кормы. Полог был откинут, он посветил туда фонарем — вроде ничего нет. Поднялся, придерживаясь рукой на борт, посветил и…

В первый раз в жизни понял, что значит выражение «превратился в соляной столб».

— Е… твою мать…

Как только сержант обрел дар речи, причем почему то русской, а не татарской — он бросился бежать от этой страшной машины.

— Что там? — лейтенант испугался не на шутку — еще трупы?

— Хуже. Какие-то провода и бочки, полный кузов. Вызывай саперов, и давай за угол отъедем. А то ща как рванет!

Лейтенант побелел как мел.

В это же время — Рено Логан остановился за углом небольшого пятиэтажного дома в новом районе — тут были приличные, кирпичные дома. Совсем недавно построенные, с большими квартирами, два балкона на квартиру. Богато жили в Татарстане, богато даже в таких городишках, как Агрыз.

Три человека вылезли из машины. Сноровисто разобрали снаряжение. Почти новая Бенелли М4, Сайга, МР-156 с тактическом варианте со складным прикладом. Травматические и один настоящий, милицейский ПМ. За травматику сейчас гоняли, патронов было не купить — но кому надо, у того все что надо было…

— Ну, где?

— Четвертый этаж. Квартира слева, одиннадцатая… — обреченно сказал татарин — информатор

Один из боевиков — сноровисто пристегнул его к ручке двери машины изнутри. Вынул ключ из замка зажигания.

— Здесь посиди.

Бегом, придерживая оружие — бросились к первому подъезду. Путь им — преградила стальная дверь с кодовым замком, ночью ждать пока кто откроет — можно до второго пришествия.

Один из боевиков — отошел, посмотрел наверх. Крыша над подъездом, выше — стекло.

— Подсади…

Самый здоровый из них — подсадил Генку, маленького и юркого удмурта на крышу. Тот немного повозился там. Снизу услышали, как звякнуло разбитое стекло, потом — сыграла нехитрую мелодию, открываясь, дверь.

— Двигаемся!

Поднялись наверх, раскатали черные шапочки-гондонки, превратившиеся в маски. Сняли с предохранителей оружие.

Дверь — стальная, с глазком. Просто так не вскроешь, солидно сделано. Такие — сейчас обычно на точках стоят, где наркоту продают, просто так не сшибешь. Этаж — тоже нехороший. Если бы пятый — сверху бы, на балкон спустились, второй — с крыши подъезда по газовой трубе перескочили бы…

А тут — четвертый…

Один из боевиков показал на ружье.

— А если адрес левый, татарин соврал? Прикидываешь?

Да уж…

Решили — внаглую. Один из бойцов — нахлобучил свою полицейскую фуражку, достал удостоверение. Глазок вроде как примитивный. А сталь — она не только с одной стороны защищает, с двух.

— Встань правее….

Постучали в дверь. Еще раз. Сначала ничего не было, потом — послышалось какое-то шевеление. Секунда за секундой — летели как безнадежно опаздывающий поезд…

— Откройте, полиция!

Бах!

Стеклянный глазок взорвался изнутри стеклянными брызгами, в квартире — глухо громыхнуло

— с…а!

Один из бойцов, самый опытный, раньше служивший в ОМОНе — дернул на себя «полицейского», вскинул Бенелли, выстрелил по замку.

Нет!

Новый выстрел — грохот закладывает уши, пахнет горелым порохом и раскаленным металлом. На месте замка и чуть повыше, где, по мнению ОМОНовца может быть защелка засова — рваные дыры…

— Есть!

В квартире оглушительно жахнуло, дверь рвануло из рук от удара дроби с близкого расстояния. ОМОНовец — просунул ствол в дверь, несколько раз нажал на спуск, посылая в квартиру картечь заряд за зарядом. Обернулся, вырвал у стоящего за ним полицейского МР-153, сунул ему Бенелли. Патроны одни и те же, перезарядит.

Толкнул стволом искалеченную дверь, на всякий случай шарахнул еще пару раз, заглянул. На полу — кто-то лежит и явно дохлый — не успел спрятаться, сразу под ружье и попал. Больше никого нет — только пороховой дым и искалеченные картечью внутренние двери.

И все это — освещает горящая под потолком в светильнике лампочка — она не разбилась.

— Ложись, работает ОМОН! — выкрикнул он, шарахнул еще раз из ружья вдоль коридора, заскочил в квартиру. На ружье был фонарь, хоть какое-то подспорье. Четыре шага, коридор дальше разветвляется — ход на кухню, тут же — туалет и ванная. Следом — громко топая ворвались еще двое, он тормознул полицейского, отправил его направо…

— Проверь!

С ружьем проверять — самое то, но единственный боевой пистолет — у него. Ничего, проверит…

Из-за двери впереди бахнуло — и ОМОНовец ответил двумя снопами картечи. Не чувствуя боли — бросился вперед, саданул стволом ружья по остаткам стекла в двери.

Луч подствольного фонаря — в одно мгновение высветил женщину, темноволосую, одетую как обычная пассажирка. Глаза ее сверкали дикой ненавистью, в руке — сумка, в другой — ничего. Кто стрелял — он так и не понял.

Шахидка!

ОМОНовец выстрелил — и в этот момент, все взорвалось. Стена пламени рванулась на улицу, плеснула через окна, на балкон, одновременно по всей площади — лопнуло, разлетелось на мелкие части остекление. Потом — не выдержав, рухнуло перекрытие…

На небольшую улицу, где строилась местная элита — приехала прокуратура, потом — еще люди. Воскресение — поднимали кого могли и как могли, кого и не нашли. Один из милиционеров — оказался ветераном Чечни, он поднялся в кузов и сбросил клеммы со стоящего в кузове аккумулятора — чтобы лишить взрывное устройство питания. Из Ижевска — ближе — вызвали отряд спецназа ФСБ и саперов, позвонили в Казань — те тоже обещали прислать отряд специального назначения полиции. Начали эвакуацию жителей по всей улице. Было известно о том, что ночью в городе произошла еще одна перестрелка, взорвался жилой дом, есть погибшие.