Сахалин, 1962 - С. Тарасевич
К у р и л о в а. Хочу мороженого.
Б а ч у р и н. Слушаюсь, мисс. (Делает несколько шагов.)
К у р и л о в а. Подожди, негр. Вернись. Я передумала. Ты песни петь умеешь?
Б а ч у р и н. Прикажите, мисс.
К у р и л о в а. А стихи знаешь?
Б а ч у р и н. Любое ваше желание.
К у р и л о в а. Давай про любовь.
Появляется М у х а. Заметив К у р и л о в у с Б а ч у р и н ы м, прислушивается.
Б а ч у р и н.
«…Любовью дорожить умейте,
С годами — дорожить вдвойне.
Любовь не вздохи на скамейке
И не прогулки при луне.
И стужа будет, и пороша:
Ведь вместе надо жизнь прожить.
Любовь с хорошей песней схожа,
А песню нелегко сложить!»
К у р и л о в а. Это я знаю. Но ты, негр, начинаешь мне нравиться. Садись.
Б а ч у р и н. Благодарю, мисс.
К у р и л о в а. Поближе. Не бойся. И скажи, как ты, не Щипачев, а ты сам понимаешь любовь?
Б а ч у р и н. В этом вопросе у нас со Степаном разногласий нет.
К у р и л о в а. Хитренький ты, Костя. А своего, значит, мнения не имеешь?
Б а ч у р и н. Видишь, Галочка, каждый любит по-своему. Вот, например, Лермонтов советует не говорить женщине: я тебя люблю. Понимаешь?
К у р и л о в а. Нет, не понимаю. Это ты про Лермонтова или про себя?
Б а ч у р и н. Ну, и про него, и про себя тоже. Так вот, оказывается, надо не говорить про любовь, а показывать любимой, что такое жизнь! И тогда…
К у р и л о в а. И тогда?
Б а ч у р и н. Вот тогда она тебя и полюбит.
К у р и л о в а. Она — тебя?
Б а ч у р и н. Да.
К у р и л о в а. Обязательно?
Б а ч у р и н. Обязательно.
К у р и л о в а. Интересно. Ну, а как надо показывать жизнь?
Б а ч у р и н. По-разному.
К у р и л о в а. Взять, например, и перегородить самосвалом дорогу, да? Это тоже Лермонтов научил?
Б а ч у р и н. Тогда машин еще не было.
К у р и л о в а. Или, скажем, раскритиковать на собрании?
Б а ч у р и н. Если любишь — обязательно даже. А что ж, смотреть, как волна уносит за борт и улыбаться? Конечно, если человечишка дрянь, так, пакость одна, — черт с ним пусть тонет. Горизонт чище будет.
К у р и л о в а. Вот ты какой. Говорят, в Гараже шоферы скандал устроили. Ты был там?
Б а ч у р и н. Был.
К у р и л о в а. А за что ругали Якова?
Б а ч у р и н (мнется). Я позднее пришел. Не слышал…
К у р и л о в а. Ты любишь Яшу?
Б а ч у р и н. Так мы друзья.
К скамейке подходит М у х а.
М у х а. Хорош друг. Морду бить таким друзьям надо.
Б а ч у р и н. Ты чего, ошалел?
К у р и л о в а. Что с тобой, Яша?
М у х а. Еще спрашивают! Они еще спрашивают!
К у р и л о в а. Ты чего кричишь на весь двор?
В беседке постепенно становится светлее. В о л к о в а и Л ю д м и л а прислушиваются.
М у х а. А чтоб все знали, какой он мне друг!
К у р и л о в а подходит к М у х е.
К у р и л о в а. Да ты пьян. Яшка!
М у х а. Муха с одной стопки пьян не бывает! Спроси Венеру Егоровну, она поднесла. Не в этом дело!
Б а ч у р и н. А в чем дело? Какое дело?
М у х а (сжимает кулаки). Не было б здесь Галки, я тебе сказал бы! Дурак я, что к вам подошел! Сидите. Обнимайтесь! Целуйтесь! Эх, Галка, Галка! (Уходит.)
Из беседки выходят В о л к о в а и Л ю д м и л а и направляются к скамейке.
В о л к о в а. Тебе не нужно слушать. Иди домой. До свиданья.
Л ю д м и л а останавливается, но вскоре крадется к скамейке и прячется за кустами.
К у р и л о в а. Сумасшедший. Он может что-нибудь сделать с собой! Беги скорее!
Б а ч у р и н. Пусть делает: дуракам закон не писан.
В о л к о в а. Что тут у вас?
Не отвечая, К у р и л о в а бежит вслед за М у х о й.
Б а ч у р и н. Разве так добиваются взаимности? Поднял шум на весь двор! Феодал. Ему девушка нравится — значит, все расступись? А может, ей со мной хочется быть, а мне — с ней? Что ж, разрешение у него спрашивать? Вот дубина. Еще драться лезет. (Закуривает.) Ноги моей у него больше не будет!
В о л к о в а (после паузы). А вы знаете, что Курилова собирается увольняться?
Б а ч у р и н. Нет. Почему?
В о л к о в а. Низкие заработки.
Б а ч у р и н. Да. Разбегутся шоферы.
В о л к о в а. Андрей Петрович очень встревожен сегодняшним событием в гараже. Просил вас зайти.
Б а ч у р и н. Как он?
В о л к о в а. Бодрится. А врачи прячут глаза, вздыхают.
Б а ч у р и н. Не узнаю я Илью Романовича. Техника запущена. Солнечное почти забросили. Предлагал переоборудовать стеновозы… да ведь это при вас было. Будто я для собственной выгоды.
В о л к о в а. Говорят, пока Сабуров не болел… Я ведь недавно здесь, каких-нибудь полгода.
Б а ч у р и н. А раньше где работали?
В о л к о в а. Раньше, раньше… Была студенткой. Бросила. Учила мужа. Выучила. Ну, а потом оказалась ему не парой.
Б а ч у р и н. Топить таких надо.
В о л к о в а. Сегодня узнала потрясающую вещь: оказывается кое-кто из шоферов сливает бензин на помойку.
Из-за кустов показывается голова Л ю д м и л ы.
Б а ч у р и н. Каждый — себе. Одни ловчат, другие из горла рвут, Яшка к завгару в холуи записался. И доволен. Мне такого счастья не надо. Я работать хочу, а не комбинировать!
В о л к о в а (задумчиво). Даже не верится. И этот скандал в гараже. До революции боролись за 8-часовой, а мы бунтуем против свободного времени.
Б а ч у р и н. На флоте с ребятами мечтали: вот вернемся на производство, засучив рукава, коммунизм строить будем. Что я им напишу?
В о л к о в а. Напишите: «Трудно, отдал швартовы». Так, кажется, моряки говорят?
Б а ч у р и н (зло). Так моряки не говорят! Трудно. Думаете, легко товарищей бросить, гараж? Я вырос здесь! (Пауза.) Сашка Космачев где? Иван Парфенов где? Душа болит. «У Космача, морячок, счетный аппарат был плохо отрегулирован»… Каждый недоумок считает себя Наполеоном. А кончает, как кролик, в клетке. А Береговой что смотрит? Никогда в гараже не найдешь. Парное молоко все пьет на даче. Другой раз поглядишь на эту шарашкину контору и такое желание — ворваться в рубку и отстучать СОС! Несет на скалы!
В о л к о в а. И покинуть судно?
Б а ч у р и н. Не могу я так жить. Уйду. Работа везде найдется. В Целинный край поеду.
В о л к о в а. Уйти, конечно, проще. А вот побороться…
Б а ч у р и н. Вы, Анастасия Ивановна, душу мне не мотайте. Ясно?
В о л к о в а. Не сердитесь, Костя. Андрей Петрович говорит: когда мотор начинает давать перебои, надо искать причину. Самим искать. А не взывать о помощи. И уж, конечно, не разбегаться. Вы же сами сказали, что в Первой АТК совсем другие заработки. Значит… Неужели и вы?..
Б а ч у р и н. Не знаю. Ничего я не знаю! (Отвернулся.)
В о л к о в а (после паузы). Так не забудьте сходить к Сабурову. Спокойной ночи. (Уходит.)
Б а ч у р и н. До свиданья. (После паузы.) Что делать?
Появляются П и р о ж о к и Б е р е г о в о й. Они заметно под хмельком.
Б е р е г о в о й. Вот, значит, Лука Карпыч, ты такого курса и держись.
П и р о ж о к. По этому поводу, Илья Романович, вопросов, так сказать, не имеется.
Б е р е г о в о й. Ну, а в воскресенье, значит, — на дачу.
П и р о ж о к. Благодарствуем, Илья Романович. Бывай, так сказать, здоров.
Б е р е г о в о й замечает Б а ч у р и н а, идет к нему.
Б е р е г о в о й. Это ты, Константин? Чего заскучал?
Б а ч у р и н. А с чего веселиться? Комнату обежали? Где она? На скамейке вот спать